— Вы это уже говорили, сеньора, — не меняясь в лице, согласно покивал мистер Гонсалес. — Но позволю себе еще раз напомнить — вы взяли судно в субаренду! Вот если бы вы арендовали корабль непосредственно у Педро Гонсалеса, он бы вам точно предложил другой вариант. Но вы наняли корабль у другого человека. Так зачем вы с этими странными вопросами пришли ко мне?

— Этот мерзавец не выходит со мной на связь, — поставив стакан, она положила руки на стол. — Я не могу его найти. По его вине... Не по вашей, мистер Гонсалес, а именно по его вине, я понесла колоссальные убытки. Единственная зацепка — это ваш корабль. Поэтому я и прошу вашей помощи — помогите мне выйти на того, кто подсунул мне эту проклятую... То есть ваше судно, конечно.

— Честное слово, сеньора, я вас не понимаю. Наверное, я плохо говорю по-русски? — мистер Гонсалес вопросительно развел руки в стороны. — Я сдаю в наем космические корабли. Это мой семейный бизнес. Когда-то этот бизнес принадлежал моему отцу, но тогда он, конечно, не был таким процветающим. Почему же вы не обратились сразу ко мне? Почему вам стала нужна субаренда? Вы могли бы избежать всех этих неприятностей, сеньора, если бы сразу пришли к Педро Гонсалесу. Но вы взяли корабль в наем у другого человека. Мой корабль, понимаете? Но у другого человека. К сожалению, я не смогу вам помочь. Вам сможет помочь только тот человек, который сдал вам судно. Таковы правила. Понимаете?

— Мы все время ходим по кругу, мистер Гонсалес. Я не вижу взаимного понимания в нашем разговоре. — Кира зябко поежилась в открытом сарафане — климат в павильоне гудел на все деньги. — У вас тут чертовски холодно...

— Это потому, что вы пришли с улицы, сеньора. Сейчас сиеста. Здесь, на Меркадо, в это время по улице ходят только туристы. В сиесту мы не решаем вопросы. В сиесту мы сидим в тени, сеньора, и пьем холодное пиво. Предложить вам пива? Или вина?

Кира убрала со лба непослушный локон. Эта бестолковая игра в любезности начинала доставать.

— Мистер Гонсалес! Как вам, наверное, известно, время — деньги. Мы с вами сейчас сидим и отнимаем друг у друга и то, и другое. Давайте начистоту — вы знаете, кому вы сдали интересующий меня корабль?

— Конечно, знаю, сеньора. Как я могу не знать, кто берет в прокат мои корабли! — Мистер Гонсалес нарочито громко рассмеялся. Вместе с ним так же противно рассмеялся его телохранитель с пистолетами. — У меня все время берут корабли. Туристы, уважаемые люди, берут, чтобы слетать на наши луны. Молодые ребятки с Вила-Коста берут, чтобы полапать в космосе своих цыпочек. И всех, всех своих клиентов я знаю, — он принялся загибать пальцы, — как их зовут, где они живут, сколько могут заплатить. Я знаю о них все, сеньора! Без этого мой бизнес не был бы таким процветающим.

— Вы скажете мне, где найти человека, сдавшего мне ваш корабль? — напрямую спросила Кира.

— О! Конечно, сеньора, сейчас я вам все про него напишу, — он широко ухмыльнулся и сделал вид, что хочет встать, но вместо этого просто сменил позу. — Хорхе, дай-ка мне огромный лист бумаги, чтобы я мог написать уважаемой сеньоре все-все-все, что знаю о своем клиенте!

Оскалив в улыбке свои идеальные зубы, Хорхе не двинулся с места. Мистер толстый Педро сидел и тоже самодовольно улыбался.

— То есть не скажете? — сухо уточнила Кира.

— Конечно, не скажу, сеньора! Вы же знаете, как ведутся дела! Вы же бизнесмен, как и я. Вы же бизнесмен, сеньора?

— Может быть, я смогу вас чем-то заинтересовать?

Толстяк Педро Гонсалес уже не улыбался. Они с Хорхе откровенно глумились над жалкой последней попыткой залетной туристки.

— А что вы мне можете предложить, сеньора? — он всем телом подался вперед и немного понизил тон. — Вы со своим спутником прилетели на Меркадо на старом полудохлом рудовозе, перекрашенном в ливрею варяга. Приехали ко мне на самом дешевом электромобиле из портового проката. Полкилометра шли пешком под палящим солнцем... чтобы предложить мне что? Деньги? Или вы предлагаете то, о чем я думаю? Но сеньора, я старый женатый человек, у меня шестеро детей! Поверьте, если бы мне это было нужно...

Максим решительно сделал шаг вперед. В маленьких глазах Педро промелькнул страх. Вместо того, чтобы рвануть наперерез, Хорхе принял устрашающую позу и запутался в скрещенных ногах. Не оборачиваясь, Кира грациозно вскинула раскрытую правую ладонь.

— Отставить, стар-лей...

— Есть, капитан, — Климов вернулся на место, с удовлетворением отметив реакцию обвешанного пистолетами Хорхе. «Он, может, и стрелять-то не умеет?»

— Я думаю, наш разговор на этом окончен, сеньора, — резко изменившись в лице, мистер Гонсалес отодвинул кресло назад и закинул ноги на свой роскошный стол. — Хорхе, гости хотят уйти!

Здоровяк грозно двинулся вперед, но его босс решил повторить эффектный прием Киры и властно выбросил в сторону левую руку. И случайно заехал верному Хорхе по причинному месту.

— Спокойно, мой друг, — не оценив комичности момента, продолжал свою актерскую игру Гонсалес. — Просто скажи гостям «до свидания». Надеюсь, сеньора, вам понравилась наша вода?

...Выйдя под знойное небо, Кира в отчаянии сжала кулачки.

— Черт побери, что происходит? Он не повелся! Я теряю хватку? — вполголоса зашипела она и быстро зашагала по улице. Макс едва поспевал следом. — Я не смогла его убедить! Я не смогла уболтать этого старого жирного козла! Я — лучшая из лучших! Я старею. Максим? Я уже не красивая?

— Ну, учитывая, что в молодости я тебя не знал, — Климов легко увернулся от замаха острого кулачка. — Милая, ты очень красивая. Может, он из этих, которые не про женщин?

— Ты не слышал? Он «женатый человек, у него шестеро детей», — передразнила Кира насмешливый тон Гонсалеса. — Так бы и втащила ему по заплывшей жиром харе!

— Я восхищаюсь твоей стойкостью, — он попытался взять ее под локоть, но девушка отдернула руку. — Думал, вот-вот сорвешься, особенно когда они стебаться начали.

— Эх, Макс, не все проблемы можно решить кулаками, — она тяжело вздохнула и замедлила шаг. — Всегда знала, что дипломатия — не мой конек!

— Да нет. Просто вы в разных категориях. Он в этом дерьме с детства варится, а тут ты — такая горделивая, неприступная, в своем мини-сарафане...

— Перестань! — она попыталась рассердиться, но вместо этого заулыбалась. — Круто прокололась. Дофига богатые. И приехали на дешевом рыдване, и корабль у нас развалина.

— Но-но, полегче! Это наш варяжский...

— Да-да, наш варяжский крейсер, — она резко остановилась и посмотрела на Максима. — Вот если бы мы с Ликой эту операцию заранее подготовили!

— Ага. Купили бы новый корабль, купили бы новый атомокар. Слушай, а без денег-то ГРОЗА уже не так грозно звучит.

— Ты меня сейчас обидишь! — взяв его за плечи, Кира уткнулась лбом Максиму в грудь. — Ничего. Я его додавлю. Только уже не как бизнесмена. Как сарацина. Пустим в ход тяжелую артиллерию. Поехали в порт, а то ты у меня скоро прожаришься!

...Когда они вернулись к «Спартанцу», Сан-Кали уже клонился к закату. Жара постепенно спадала, вечерний ветерок принес долгожданную прохладу. Кира сняла свои высокие представительские туфли и шла босиком по горячему армобетону космодрома. Максим расстегнул пуговицы и с наслаждением распахнул китель.

Анжела и Алексей сидели на стартовом поле перед опущенной аппарелью за маленьким столом и пили неизменный зеленый чай. Увидев приближающуюся Киру, испанка радостно вскочила и сделала театральный реверанс.

— А Лешка меня на рынок сводил! Смотрите, какая красота! — она указала на легкий походный столик и четыре складных кресла. — И еще очки!

Она нацепила модные солнцезащитные очки и немного покрасовалась. Затем, словно что-то вспомнив, нырнула руками куда-то за столик.

— А, вот еще. Па-бам!— девушка вытащила и разложила на поле шезлонг. Без гравиподушки, без системы ориентации на солнце — самый обычный лежак-раскладушку. — Зацените! Кирка, ну смотри, как классно!

— Прошлись по рынку. Просто посмотрели, — проходя мимо, съязвила Кира.