Я ничуть не удивился, когда мы достигли ворот Верхнего города, прошли внутрь и оказались в квартале, совершенно отделенном от всего остального мира. Выкречь словно разделилась на две половины.

Здесь не было беженцев, забитых окон, телег с ранеными или полевых лазаретов. Здесь даже пахло не потом и кровью, а кофе со свежей выпечкой. Это всё потому, что здесь лавочки, чайные и ресторанчики не закрылись или не сделали перерыв в работе на неопределённый срок. Нет, всё продолжало работать. Как ни в чём не бывало.

Разве смог бы купец или зажиточный горожанин начать свой день без любимой заморской или родной выпечки? Может, и дворяне Выкречи заказывали здесь завтраки. Вряд ли, конечно, они сами ходили по ресторанчикам, но думаю, слуги регулярно забирали желаемое.

Вот такая вот она, война. Что с монстрами, что с людьми.

На этот раз правда, встреча явно проходила не в доме Володиных. Ведь мы приблизились к незнакомому мне особняку. Надо сказать, что он был совершенно не похож на поместье Володиных.

Нет, здесь были высокие кирпичные стены с вязью защитных рун и железными воротами. Вот только в остальном за ними скрывался какой-то уродливый особнячок. Иначе его назвать было нельзя.

Даже отсюда я видел, что когда-то здесь было одно главное здание, а уж потом к нему начали пристраивать дополнительные крылья. Причём в разных стилях и из разных материалов: вот красный кирпич, вот зачарованное дерево, вот мрамор. Так, небольшая пристройка. А главная крыша словно позолоченная.

— Какая безвкусица… — не удержался я.

— Да, — коротко ответил Владимир. — Караваевы по-другому не умеют.

Знакомая фамилия. Видел их товары и много слышал о них в Торговом квартале и на рынке. Значит, мы будем в гостях у местного торгового Рода. Ну тогда я не удивлен подобной отделкой. Было страшно представить, что там внутри.

Надо сказать, что пропустили нас довольно быстро и без всяких проблем. Разве что саблю мне пришлось сдать. Впрочем, после недавнего повышения ранга и добавления нескольких полезных заклинаний в ауру, я вполне могу обойтись без неё. Думаю, что так даже было сподручнее. Я теперь и сам вполне мог использовать заклинания пятого-шестого ранга. Сабля для этого была не нужна.

У Владимира клинок не забрали. Похоже, что он был здесь в статусе сопровождения или охраны. А им по службе положено.

Когда мы зашли за ворота, я невольно прикрыл глаза. Пришлось проморгаться.

— Что такое? — спросил Владимир.

Как бы объяснить ему, что я, человек с повышенной магической чувствительностью, видел гирлянду волшебных огоньков? Именно так выглядела магическая защита вотчины Караваевых. Словно кто-то отсыпал несколько ящиков полновесных золотых монет и сказал: «Сделай красиво». И сделали. Только не красиво, а по-ублюдски, чтоб в глаза бросалась.

Функционально сложенные друг с другом защитные заклинания с кучей пересечений, недочётов и неровных линий вообще могли сработать не так, как задумывалось. Что там защита — тут бы сам дом не разнести.

Хотя, ладно, это во мне играла профессиональная гордость. Я бы за такое магу, что это сделал, руки оторвал. Буквально.

— Ничего, — отмахнулся я. — Всё нормально.

— Прорвёмся.

Владимир решил меня подбодрить. Мировой он мужик. Думал, я испугался или ещё чего. Может, волновался. Повезло Сереге с Ирой с наставником. Повезло.

А мне повезло, что внутрь дома мы не пошли. Нет, мы прошли по выложенным камнем тропинкам мимо невпопад высаженных деревьев и разбросанных по территории домов. В одном из которых я узнал оружейную, в другом — барак.

Ещё до того, как мы вышли к беседкам у небольшого искусственного пруда, я почувствовал запах жареного мяса. Интересно, мне предложат? Я был чертовски голоден.

Надо сказать, что прудик был симпатичный, с десятками разноцветных, сияющих бирюзовым, красным и оранжевым рыб. Странно, что золотой рыбки там не было. А что, золотая крыша есть, а рыбы нет? Непорядок.

Надо сказать, что стражи внутри вотчины Караваевых было прилично. Большинство без родовых гербов — значит, наёмники. Но довольно сильные, четвёртой-пятой звезды. И маги толковые были.

И вот, когда мы приблизились к беседкам, я заметил ещё два знакомых герба у воинов, укрывшихся в сторонке: Володины и Островские. Был и третий, незнакомый.

В главной беседке, прямо у пруда, за столом сидели все основные действующие лица. Сама беседка была из чёрного дерева, расписанная, сюрприз-сюрприз, золотыми вензелями и узорами. Даже здесь, в нескольких шагах от неё, я чувствовал тепло.

Здесь, в отличие от дома, защита была эффективной и простой. И не только от заклинаний, но и от холода.

Ратибор, заметив меня и Владимира, приветственно кивнул. Остальные же сделали вид, что меня не существует. Владимир занял позицию за спиной Ратибора и виновато посмотрел на меня.

Возникла небольшая пауза, во время которой я слышал лишь чавканье, звон посуды и прихлебывание.

Во главе стола, неспешно жуя кусок жаркого, сидел мужчина лет пятидесяти. С тёмно-русыми волосами, уложенными на правый бок, и с сединой на висках.

Он, после приличной паузы, и заговорил первым:

— Добро пожаловать. Меня зовут Тимофей Астахов. Я комендант этого прекрасного города. Впрочем, ты, наверное, слышал эту фамилию.

Снова пауза. Явно давал время мне на ответ.

— Конечно, — сказал я.

Честно говоря, в воспоминаниях не было ни одного момента о текущем коменданте. Ну, фамилию я знал, слышал.

На лице Астахова появилась вежливая улыбка.

— Славно. Давай-ка, Максим, я представлю тебя остальным.

Мне было интересно, кто, кроме Островских и Володиных, собрался за этим столом.

Первым, на кого он указал, был грузный мужчина с торчащим пузом, весь увешанный украшениями. Золото и серебро. Камни.

— Это Иван Караваев, хозяин дома, замечательный предприниматель и глава рода Караваевых.

Я молча кивнул. Этого он мог бы и не представлять. Я бы и сам догадался.

Второй, на кого он указал, был мужчина с зализанными назад русыми волосами. Он был одет в костюм на европейский манер, только без галстука или бабочки. Пиджак лежал на скамье рядом.

— Это Константин Островский, владелец аукционного дома.

— Приятно познакомиться, — поприветствовал его я.

— Взаимно, приятно сопоставить словесное описание с личностью.

Голос Островского был на удивление мелодичным. Вот он точно хорошо пел. В отличие от карги.

Следом мне представили Володина, который лишь коротко сказал, что мы уже знакомы. Были ещё пару каких-то купцов, явно приглашённых сюда Караваевыми, и напоследок перешли к самому интересному персонажу.

С самого момента моего появления он смотрел на меня с неприязнью и враждебностью, которые даже не пытался скрыть. За столом он был вторым по силе после Ратибора. Тоже Мастер, но слабее. Хотя второе место он делил с Астаховым. Не знаю, кто из них там выиграет в схватке.

— Кречетов Игорь, — больше Астахов не добавил ничего.

Кречетов был пострижен почти под ноль. С наглыми серыми глазами, слегка вздёрнутым носом и пятидневной щетиной. Было интересно, что он единственный за столом был в кожаном доспехе с вензелями и узорами. Серебряными. Это могло бы сойти за парадную одежду, но так — на троечку. И не на костюм.

— Максим, у вас есть идеи, почему мы вас сюда пригласили? — спросил Астахов.

Какой же он дипломатичный. Жаль, что-то не улыбается. Надо бы исправить.

— Признаться, об этом меня не просветили, — спокойно произнёс я. — Уж точно не мяса поесть, как я понимаю…

Астахов едва заметно усмехнулся и покачал головой, не говоря ни слова. Ну, хоть чувство юмора присутствует… Караваев вообще замер с рёбрышком в руке, затем бросил его, разбрызгав жир по сторонам, и расхохотался. Заливисто, душевно, раскатисто.

— Да что ты себе позволяешь, насекомое⁈ — процедил Кречетов. — Ты с кем, по-твоему, разговариваешь, быдло⁈

Его быстро прервал Астахов:

— Игорь, спокойно. За него всё-таки поручились.