Иварр активировал артефакт, и полог тишины отгородил их от любопытных ушей, ежели такие скрывались в ночи.

***

Прощание вышло слишком пафосным, девочкам бы не понравилось. Толпа одетых в черное придворных едва вмещалась в центральный храм и каркала, словно вороны, разнося последние сплетни. К высоким сводам возносилась заупокойная месса, королевский оркестр играл реквием, а украшенные драгоценными камнями урны с прахом утопали в свежих лилиях, чей густой запах почти сбивал с ног.

Король так расстарался, будто это могло вернуть мертвых к жизни.

Антония принимала соболезнования с присущим будущей королеве величием. Зря Хильда переживала и держала в запасе укрепляющие зелья: за несколько дней подопечная окончательно оправилась и вновь была холодна и невозмутима. Идеальная пара для принца. Арий от невесты не отходил, то держал за руку, то наклонялся к самому уху, всем видом демонстрируя поддержку и понимание. Если кто-то до сих пор не верил в помолвку, то теперь сомнениям был положен конец.

Это было хорошо и плохо одновременно. Подтвердив статус невесты принца, Антония обретала власть, но вместе с ней мишень на спине. Тот, кто собирался избавиться от нее, теперь вряд ли станет бездействовать. А в вину водителя, на которого пытались свалить взрыв, Хильда не верила ни на кровент.

«Возможно, тебя захотят подкупить. Подобраться через близкого человека всегда проще. Так что не удивляйся моей резкости или холодности – чем меньше у тебя общего с Хаврией, тем лучше, – предупредил Иварр. – И присматривайся к окружающим. Вдруг кто-то покажется тебе подозрительным?»

Что же, выглядеть белой вороной была определенно лучше, чем легкомысленной кокеткой. Ветреную фрейлину готовилась отыгрывать Сида, которая любовников меняла как перчатки. Смешливая, яркая, она притягивала взгляды и училась этому не один день. Ее роль должна была достаться одной из прибывших в числе делегации фрейлин, но момент был упущен. Хильду уже знали во дворце и поняли, что она близка к принцессе. Заговорщики не упустят шанса или убрать ее, или перетянуть на свою сторону. Вон, к Амберу уже пытались подобраться.

Хильда нашла взглядом секретаря – он затесался в толпу придворных, и местная стража за ним приглядывала. По личной просьбе Антонии, между прочим, и настоятельной рекомендации принца. Потому что внезапно выяснилось, что лекарское крыло как проходной двор, а дочкам не самых важных придворных очень туда надо. И они готовы оказать благосклонность – или хорошо заплатить! – за совершенно пустяковую информацию: от расписания принцессы до ее любимых пирожных.

Хильде ни денег, ни тела пока не предлагали, даже обидно. Жаль, отказаться от спектакля было нельзя. Сцена подготовлена, зрители в зале. И если вместо умелой актрисы выйдет переодетый капельдинер, кого это волнует? Главное, чтобы спектакль продолжался!..

Попытка номер один вышла неплохой. Хильда покосилась на бывшего мужа – Иварр стоял чуть в стороне и на нее не смотрел. Сегодня она поздоровалась с ним первой, попробовала задержать разговором, но тот прошел мимо, окинув недовольным взглядом. Только шепотки за спиной показали, что сценка не осталась незамеченной.

– Тьенна Моник, вы очень бледны. Нюхательной соли? – к ней проскользнул главный королевский целитель, протягивая флакончик, но Хильда качнула головой.

– Благодарю, не нужно. Это всё духота. Думаю, на свежем воздухе мне сразу станет легче.

– Тогда позвольте составить вам компанию.

– Вновь вынуждена отказать. В такую минуту я должна быть рядом с ее высочеством. Не волнуйтесь, тьен Тарко, церемония скоро закончится. Слышите? В реквиеме играют последние аккорды.

– Я все-таки постою здесь. Не хочу чувствовать себя виноватым, если вы упадете в обморок.

Насчет времени Хильда оказалась права. Все речи были сказаны, прощальные слова произнесены, а урны вручены послам – прах надлежало вернуть на родину. Торжественная часть прощания завершилась, а личная скорбь не имела к ней никакого отношения.

Первыми храм покидали король и наследники. Арий подал руку принцессе, что-то попутно объясняя и жестикулируя, указывая в сторону отца. Хильда собиралась пойти за ними, но кто-то придержал ее за локоть.

– Не спешите, этот разговор не для ваших ушей.

Нур Лерок не оскорблял, а констатировал факт. Что же, если там будет важная информация, Антония наверняка расскажет ей позже.

Волну гостей вынесло из храма. Вот в такой тишине, глухой и скорбной, и стоило проводить прощание. Еще бы не этот удушающий запах!.. Хильда развернулась к выходу в надежде поскорее покинуть храм и оступилась – ногу свело.

– Вы уверены, что сможете идти? Может, все-таки соль?

Тьен Тарко никуда не ушел, все еще оставался рядом.

– Не беспокойтесь, я провожу тьенну, – отвел его руку Нур.

– Тогда доверяю ее вам, тьен Лерок, – не стал спорить целитель. – Мне пора вернуться к пациентам. Но будьте внимательны – эта дама совсем не заботится о своем здоровье.

– Я заметил, – кивнул Нур, и мужчины обменялись понимающими взглядами.

Очень хотелось фыркнуть и проигнорировать обоих, но на сведенной ноге далеко не уйдешь. Хильда постаралась незаметно потереть бедро, выдавила вежливую улыбку на прощание – не задерживать же королевского целителя из-за такой ерунды. Тем более она прекрасно понимала причину: из-за неудобного каблука вес на одну ногу падал больше, чем на другую, и вот результат. Хильда смогла сделать несколько шагов к выходу, но Нур, заметив неладное, резко остановился, потянул ее на себя и заставил сесть на ближайшую скамейку. У ее ног он оказался быстрее, чем Хильда спросила, что он задумал.

– Да вы издеваетесь? – негромко протянул капитан, ощупывая ее ногу. Судорога на мышце прекрасно чувствовалась сквозь чулки. – Как вы идти собираетесь? Надо было сказать целителю.

– Если тьен Тарко начнет отвлекаться на подобную ерунду, то на серьезные дела никакой магии не хватит. Прекратите, само пройдет. Тшш, – она заскрипела зубами, потому что сильная мужская рука проехала по лодыжке, разминая. – Вы что делаете?

– Помогаю. – Нур опустился к самой косточке, продавливая круговыми движениями. Он явно знал, что и как делать, потому что вместе с болью пришло и облегчение. Ногу отпустило. – Я достаточно сильно надавил, могут остаться синяки, – предупредил он, продолжая массировать. Больно уже не было.

– Обычно в таких случаях извиняются.

– Обычно в таких случаях говорят спасибо, – не остался он в долгу.

Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами.

– Спасибо.

– Извините, – произнесли они одновременно.

Сказать что-то еще не успели. Мимо прошел храмовый служка с метелкой и неодобрительно покосился в сторону припозднившихся гостей.

Нур тотчас убрал руку и поднялся, а Хильда оправила юбку, покраснев, будто их застали за чем-то непристойным. Вот уж не ожидала! Кто бы подумал, что ее можно смутить обычным массажем!

– Вы будете на ужине? – уточнил капитан, прерывая молчание.

– Разумеется. Это первое официальное появление принцессы в свете. Я не могу оставить ее одну, – отвлеклась на работу Хильда. Идти и правда стало легче, несмотря на каблук.

– Ваши послы тоже приглашены.

– И это дополнительная нервотрепка: так не посмотри, то не скажи, – пожала она плечами. Сегодняшний ужин должен был стать настоящим испытанием для принцессы, и Хильда всерьез размышляла, не накапать ли подопечной успокоительного перед едой. А то от пристального внимания придворных как бы кусок не пошел в другое горло.

– Но вам нервотрепка не грозит, вы за словом в карман не лезете.

– Это только с вами, тьен Лерок. Считайте это своего рода доверием, – парировала Хильда и сама задумалась над собственными словами. В каждой шутке есть доля шутки, а увлечение капитаном личной стражи начинало выходить за рамки. Любой интерес имеет пределы. Пожалуй, стоило еще раз дернуть кота за усы, показав всем, что она не против общения, – и остановиться на этом. Нур Лерок точно не был ее целью, а непринужденные беседы могли истолковать превратно.