Ворота тоже выглядели не такими уж старыми, их как будто даже заменили недавно. Одна створка была приоткрыта, словно приглашала войти. Юлия Вадимовна задумалась на секунду – стоит ли вернуться к машине и поискать что-то для защиты от собак, но странное заманчивое и в то же время пугающее волнение влекло ее вперед. Впрочем опасения ее оказались напрасными – в тихом дворике котельной было достаточно светло, благодаря снегу, нетронутому ничьими следами и даже как будто уютно.

Она подошла к распахнутым дверям и включила фонарь. Луч прошелся по старым водогрейным резервуарам, покрытым коррозией насосам и громоздким трубопроводам над головой. За одним из котлов она увидела темный провал «П-образной» лестницы и, вспомнив описание из тетради Зуева, почувствовала как что-то кольнуло в сердце. Из провала тянуло холодом и странным запахом – в примеси бетонной крошки и возможно мела, еле слышно веяло тиной. Спустившись, она оказалась перед тамбуром с откидными воротами, за которыми что-то гудело.

Юлия Вадимовна приподняла створку и увидела узкую железную лестницу, ведущую в странное полукруглое помещение с арочным проемом, закрытым стальными жалюзи. Помещение ярко освещалось по всему периметру люминесцентными лампами, которые и издавали гудение. Оно было совершенно пустым – бетонный пол, стены выкрашенные в казенный синий цвет, как в бомбоубежище или метро. Только на стене слева висел старый телефонный аппарат.

Охваченная все тем же волнением, нараставшим с каждой минутой, Юлия Вадимовна спустилась в зал, еще раз осветила стены вокруг, убедившись, что кроме телефона и арочного проезда в нем ничего не было, и подошла к жалюзи, потрогала их, с ужасом понимая, что слышит за ними чьи-то далекие вопли. Не желая поддаваться ненужным эмоциям, она попыталась как-то интерпретировать эти странные звуки, и вздрогнула от телефонного звонка.

Долго смотрела она как настойчиво трезвонит телефон на стене, пока не решила, что это просто глупо. Подойдя к телефону, она сняла трубку.

– Помогите! – не дожидаясь ответа закричал на том конце грубоватый женский голос. – Нас хотят убить!

Где-то на заднем фоне слышались визги и звуки тяжелых ударов.

– Девушка! Где вы находитесь?! – строго спросила Юлия Вадимовна.

– Я не знаю, тут…

– В Зимнем?

– Да, где-то за рекой. Помогите, нас хотят сжечь!

– Где именно за рекой?!

– Не знаю…

– Опишите, что видите!

– Тут башня… девятиэтажка, рядом пятиэтажка и котельная…

– Все ясно, это поселок Северный. Слушайте меня внимательно! Я глава администрации Зимнинского района Юлия Вадимовна Колмакова! – четко выговаривала она каждое слово. – Запомните мое имя! Кто бы они ни были, скажите, что полиция уже едет. Назовите им мое имя и не отключайтесь! Не кладите трубку!

– Хорошо.

– Сколько вас?

– Нас двое! А их – толпа. Они уже сожгли одного мужчину!

– Где вы?

– Мы заперлись в квартире на девятом этаже, но они ломают дверь!

– Не кладите трубку!

Но трубка судя по оглушительному удару выпала из рук девушки, следом послышался визг и мужские голоса, а потом связь оборвалась.

Юлия Вадимовна повесила трубку и достала смартфон.

– Черт! – тихо выругалась она, обнаружив, что сеть не ловит и направилась к лестнице, но не сделав и пары шагов, замерла – на площадке перед ней стоял крепкий темноволосый мужчина в кожаной куртке.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, а потом мужчина выхватил пистолет и выстрелил ей в лоб.

Глава администрации Зимнинского района рухнула на бетонный пол. Мертвые глаза уставились в потолок.

Нельзя сказать, чтобы в этой вышке было что-то такое из ряда вон выходящее, вынуждавшее отводить взгляд – если бы Ольга увидела ее в Москве или в Питере, она бы даже не обратила на нее внимание, но на фоне выбитых окон и ржавых букв крышной конструкции Дома быта эти пестрые неоновые абстракции выглядели чертовски нелепо. Как будто посреди тундры кто-то решил открыть казино. Возвышаясь над мертвыми домами, она исчезала во мгле нависающего тумана, переливаясь в зримой части разноцветными световыми потоками и вызывала если не страх, то как минимум дискомфорт своей радикальной неуместностью.

Ольга перешла на шаг, не спуская глаз с бордовых волн на глянцевой поверхности, медленно перетекавших одна в другую, пока их не скрыла обшарпанная стена торцевого фасада Дома быта. На отмостке она встретила поток стылого тягучего ветра и застегнула до шеи молнию своей спортивной куртки, впервые различив в монотонном вое слабые звуки однообразной мелодии, повторявшейся каждые три-четыре секунды.

Добравшись до угла здания, она остановилась с настороженностью разглядывая расположенное за ним купольное сооружение – нечто вроде исполинской ротонды диаметром примерно в полторы сотни метров и высотой около десяти; сделанное из чего-то вроде бетона, но без видимых швов и ожидаемой строгости линий – сооружение будто отлили или распечатали на огромном 3D-принтере.

В центре сферической конструкции переливалась нижняя часть вышки, представлявшая собой световой столб диаметром около пяти метров. Его окружали равноудаленные простенки, между которых мелькали излучаемые вышкой неоновые молнии. Судя по трещинам и темным следам от осадков под куполом, на фундаменте и тонких высоких колоннах по краям, конструкция простояла здесь не один десяток лет, однако несмотря на монолитность и внушительные габариты, она выглядела просторной и воздушной, усиливая диссонанс с окружающей разрухой и вызывая ассоциации со зданием аэропорта или легкого экспериментального вокзала в какой-нибудь южной стране. Сходству с общественным объектом придавали и расположенные по краю сенсорные стойки со световыми экранами. На ближайшей из них под аккомпанемент однообразной мелодии двигалось миловидное женское лицо.

Преодолев странное внутреннее сопротивление, Ольга вошла в сферический зал, с удивлением обнаружив, что большая часть пространства внутри, за исключением внешней трехметровой кромки со стойками, представляло собой глубокий резервуар такой же сферической формы, окружавший остров с вышкой и то что она приняла поначалу за напольное покрытие оказалось водной гладью, слегка подернутой рябью от ветра.

Не считая легкого зеленоватого оттенка, вода в резервуаре была настолько прозрачной, что несмотря на плавающие на поверхности листья и мелкие ветки, можно было хорошо разглядеть дно, расположенное примерно на глубине двенадцати метров.

Чуть в стороне у края резервуара лежал ничком труп мужчины в военной форме – одна рука его была вытянута, запястье погружено в воду, а нога согнута в колене – как будто он полз к бассейну из последних сил и умер так до него и не добравшись.

С удивительной простотой, словно речь шла о сложении однозначных чисел, Ольга вдруг поняла, что вода здесь служила динамическим компенсатором – замкнутый контур перераспределял давление между несущими секциями, как в многоарочной плотине, а демпферный пояс снижал нагрузки через циклическое смещение воды. Оставалось непонятным только как при такой чудовищной массе вышка обходилась без опоры. Сияющий в центре столб сам по себе оставался загадкой. Неожиданные мысли, будто диктуемые кем-то извне меланхолично накатывали друг на друга, но Ольга не испытывала никакого восторга от новых знаний – возможно, потому что помимо прочего поняла и чей труп лежал на краю резервуара и с какой целью вообще все это возникло здесь.

Еще один труп она заметила на другом краю технического бассейна благодаря вспышкам красноватых молний, взбегающих по поверхности вышки.

На экране стойки азиатская девушка в пилотке «Аэрофлота» под заунывную мелодию жестами предлагала выбрать режим, отображавшийся в нижней части экрана в виде сенсорных кнопок, подписанных: «Режим 1», Режим 2», «режм3» и «ре模式四».

Справа, на самом краю сферического основания между колонн стояли два ржавых жукоподобных устройства с манипуляторами на гусеничном ходу, похожих на допотопных роботов-саперов. На боку одного из них можно было увидеть облезлую красную звезду, а боковину второго прикрывала прислоненная к нему плексигласовая табличка – из-за грязи и подтеков на ней можно было разобрать только слово «Цифровои».