Опустив голову, она закрыла глаза и принялась выплетать переход из нитей судьбы. Разлом трещал и увеличился, как только Леарин прекратила вливать в него Силу. Оттуда мигом полезли твари, посерьёзней тёмных сущностей и душ. Вирату и безликие уже не могли сдерживать врагов, поэтому постепенно отступали ближе к богам, и тут вздрогнула земля.

Абсолютно все, включая нападающих тварей пошатнулись, едва удержавшись на ногах. Беспокойно переглянувшись, боги попытались обнаружить причину землетрясения, но она нашла их сама в виде падшего бога, ударившего в разлом с другой стороны.

В одно мгновение трещины увеличились и в самую большую проскользнул высокий мощный мужчина, объятый пламенем. Ступив на землю, он приглушил огонь и криво усмехнулся, демонстрируя присутствующим кончики клыков. Его тёмно-красные глаза сверкали торжеством и злобой, а кончики не менее тёмных очень коротких волос всё ещё полыхали огнём.

– Смотрю, мне организовали тёплый приём, – низким обволакивающим патокой голосом проговорил падший бог. Тут его взгляд наткнулся на Леарин, которая лишь ускорила формирование пути, совершенно не обращая внимания на мужчину. – Нет-нет, не стоит так спешить. Мы ведь только что встретились. Давайте познакомимся поближе, пообщаемся, обсудим дальнейшее сотрудничество. Позвольте представиться, —проговорил он тоном аристократа, встретившего простолюдина, – Дрейгиан, правая рука и верный помощник Повелительницы. Сегодня вам сказочно повезло, ведь наша Повелительница решила дать право выбора всем богам…

Воздух загудел от напряжения, когда путь судьбы начал открываться, что совершенно не понравилось падшему богу. Нет, он не лгал, когда говорил о выборе. Все, кто не присоединится к ним должны умереть!

– Зря, – хмыкнул Дрейгиан.

Пламя вспыхнуло вокруг него ярче прежнего. Демонстративно подняв руку, он щёлкнул пальцами и в Леарин полетел огненный шар. Дарион среагировал молниеносно, закрыв возлюбленную щитом, но даже это не спасло от нового землетрясения, отчего они с Леа рухнули на землю.

На щит посыпались огненные шары один за другим с такой скоростью, что Дар засомневался, смогут ли они сегодня выжить. К сожалению, остальные боги не могли помочь, потому что вынуждены были держать разлом, помогать Леарин удерживать путь, и защищать от огня не только себя, но и созданий, которые находились ближе всех.

Земля уже тряслась без остановки, камни взмывали вверх и падали на головы, грозя зашибить не хуже огненных шаров. Один такой булыжник приземлился аккурат рядом с щитом Дариона, на который уже лилась целая огненная река. Путь судьбы дрожал и вот-вот готов был рассыпаться, держась лишь на упрямстве даже не Леарин, а близнецов, ринувшихся помогать сестре. И в какой-то ми щит Дариона не выдержал – дрогнул и разлетелся на мириады сверкающих искр.

Отчаянный крик боли, который издала Леарин, неожиданно заставил Тиарина открыть глаза. Он моргнул раз-два и наконец увидел, что происходит. Точнее он смотрел только на Дариона, который закрывал собой словно живым щитом Леарин. По лицу сестры текли алые струйки крови, что вызвало настоящую бурю гнева.

Взгляд переместился на близнецов – бледных, посеревших от нехватки энергии, но до сих пор удерживающих путь судьбы. Они всё ещё надеялись спасти хоть кого-то, но уже едва держались. Рядом с ними застыли Эриолин с Эшем, напоминающие каменные статуи, поскольку из последних сил держали щиты над вирату с безликими и продолжали вливать энергию в разлом, не позволяя тому полностью открыться. А следом Тиарин увидел падшего бога, который готовился нанести последний решающий удар.

– Убью, – едва слышно выдохнул Тиарин и пошевелился.

За грохотом, треском пламени, криками и звоном оружия, никто не услышал скрежет камня, который раздался, когда бывший Верховный бог поднялся на ноги. Аккуратно положив Маири около ступеней Храма, он одним смазанным движением переместился прямо к Дрейгиану и ударил. Быстро, стремительно, сильно. Любой другой не смог бы пережить подобный удар, но не падший бог.

Дрейгиана подняло в воздух и отшвырнуло в сторону разлома чудовищной волной энергии. Всё-таки не зря Тиарин столько лет собирал Силу. Дать по морде какому-то зарвавшемуся богу всегда можно. Вот только это был падший бог, который поднялся на ноги и прорычал:

– Ты будешь молить о смерти…

Что ещё он хотел сказать и сделать, никто не узнал, поскольку внезапно мир озарила яркая золотистая вспышка света. Все часто заморгали, пытаясь разглядеть, что происходит, и вдруг ощутили, как их тела наполняются Силой. Вскоре золотистый свет исчез и все увидели Зара, который со свистом кружил по воздуху, роняя на измученных и израненных богов искры.

Но стоило Дрейгиану опомниться и сделать шаг в сторону Тиарина, как по миру прошла дрожь. Не та, что сотрясала землю, а другая: мощная, неистовая, сбивающая с ног невероятной волной энергии.

Замерев, падший бог испугано выдохнул и в одно мгновение оказался рядом с разломом. Бросив последний взгляд на богов, он исчез в прорехе мироздания и был таков. А Эш ощутил, как всколыхнулись вокруг потоки, и кто-то дёрнул его за рукав. Опустив взгляд, он увидел маленькую девочку с золотистыми глазами, одетую в рваный серый балахон.

– Они и без тебя тут справятся, – сказал Создатель. – Но вот кое-кого требуется спасти. Прямо сейчас.

– Что?! – шумно выдохнул Эштиар, ощутив, как накатывает ужас. – Неужели Тьма что-то сделала с Элиной…

– А кто сказал, что спасать надо именно её? – усмехнулся Создатель. Перед Эшем внезапно вспыхнул золотистый портал, ведущий в пещеру с источником. Создатель молча кивнул и тихо добавил: – Не всегда можно понять, кто жертва, если её заставляют совершать ужасные дела. Поспеши.

Не задавая больше вопросов, Эш рванул в портал, чтобы застыть на выходе. Ноги буквально приклеились к каменному полу пещеры, а тело окутало нестерпимо жгучим, ярким пламенем. Изумлённо моргнув, он попытался позвать Элину, но не смог произнести ни звука, зато смог вздрогнуть, когда раздался грохот.

Свет тут же слегка приглушился, и Эштиар обалдело уставился на возлюбленную, которая старательно швыряла Каина в стены.

Очередной удар и бросок в стену Каин воспринял с мрачным восторгом. В тот миг он думал всего о двух вещах: справится ли Элина с Тьмой, пусть и ценой его собственной жизни, и как же прекрасна девушка. Второе пришло в тот момент, когда Элина утащила его в портал. К слову, Каин уже догадался, что эти чувства испытывает вовсе не он, но давать подсказки Тьме раньше времени не хотел.

Тьма же, ощутив притяжение бога к девушке, не стала разбираться в причине внезапно вспыхнувших чувств, а усмехнулась. Нет ничего лучше, чем эмоции, которые можно использовать против хозяев.

– Какая прелесть, Искорка, ты решила уединиться? – произнесла она голосом Каина. – Жалеешь об упущенных возможностях?

Подняв бога, словно марионетку, на ноги, Тьма в один миг оказалась возле Элины. Схватила её за плечи и наклонилась, внимательно вглядываясь в лицо глазами Каина. Очень хотелось свернуть эту тонкую шею, но отчего-то руки не двигались, стоило об этом подумать. Такое могло произойти лишь в том случае, когда пытаешься кого-то заставить причинить вред любимому… Но разве Каин не перестал испытывать чувства к этой девчонке, как только та стала богиней?

– Как же это всё странно… – протянула Тьма, продолжая разглядывать Элину. – Он вновь тебя желает так, словно ты единственная женщина во всех мирах. Но ещё час назад ничего подобного не было, значит дело во мне… И тут появляется закономерный вопрос: почему, Каин так тянется к тебе, когда становится тёмным?

– А может, это не он? – вопросом на вопрос ответила Элина и коварно усмехнулась.

В углу пещеры дёрнулся Эштиар. Зная любимую, она собралась сделать нечто самоубийственное. Вот именно с таким выражением лица Элина обычно и совершала самые отчаянные и опасные поступки. Но к следующему её действию он оказался морально не готов и точно пошатнулся бы и привалился к стене, если бы мог. Элина внезапно подалась вперёд и, прижавшись к Каину всем телом, будто в попытке слиться с ним в единое целое, поцеловала.