– Я слышал тут краем уха, – сказал Виктор, – что ментам не особенно интересно с нами возиться. Так что вопрос, можно сказать взаимовыгодный со всех сторон. Решим, да разбежимся?

Сержант бросил взгляд в дверной проем и Летягин понял, что там, за приоткрытой дверью стоит прапорщик.

– Ну, а как ты предлагаешь его решить?

– Довезите нас до ближайшего банкомата да и решим.

Сержант вдруг захохотал.

– Ну ты гусь, – сказал он, направляясь к выходу, – «к банкомату!»

Виктор закусил губу.

– У меня есть наличные! – поспешно бросила Ольга.

Сержант замер, наполовину скрытый распахнутой дверью, отделявшей проход от решетки, затем отклонился, посмотрел на Ольгу.

– Я тебя обыскивал.

– Без обид, но вам еще учиться и учиться, парни.

Сержант растянул улыбку до ушей и вышел из-за двери, уперев руки в бока.

– Ну и что ты предлагаешь? – он сделал акцент на слове «ты».

Ольга задумалась. Виктор ждал, заинтересованный тем, что она скажет, но Ольга не стала изобретать велосипед – она оставалась обычной Ольгой.

– По пятерке на каждого.

Сержант усмехнулся и скрылся за дверью.

– По десятке!

За дверью послышался шепот, затем сержант вернулся и подошел к Ольге.

– Ну? – сказал он.

– Что «ну»? Договорились?

– Допустим.

– Это не ответ.

– Ладно, договорились.

– Я отдаю бабки, и вы нас выпускаете.

– Ага.

Ольга задрала штанину, достала из носка деньги, которые передал ей Виктор, под пристально-жадные взгляды военных отсчитала тридцать тысяч и хотела было протянуть их сержанту, но Летягин схватил ее за руку.

– Сначала выпустите нас. – Сказал он.

– Мужик, ты угомонишься сегодня или нет? Я ведь могу повторный досмотр организовать – с пристрастием.

Виктор нехотя отпустил руку Ольги и она протянула военному деньги. Тот их забрал и тут же поманил пальцами.

– Остальное.

– Что? Уговор был на тридцатник.

– Налог на тупость. – Хохотнул он.

– Парни, не наглейте, это последнее.

– Ничего страшного, – сержант кивнул на Виктора, – вон «буратино» богатый с тобой поделится, довезет до банкомата.

Ольга бросила быстрый взгляд на Виктора и достала оставшиеся двадцать тысяч, утешая себя тем, что выбора у них и правда не было. Так или иначе надо было использовать этот козырь. Она протянула военному оставшуюся двадцатку. Тот забрал деньги, и сразу вышел из каморки вместе с ефрейтором.

– Эй! – заорал Виктор, принимаясь трясти решетку.

Сержант с прапорщиком вскоре вернулись. Летягин посмотрел на их руки – никаких ключей, зато сержант зачем-то прихватил автомат.

– Выпускайте, – сказал Виктор, – был уговор.

Военные переглянулись и засмеялись. Виктору показалось, что прапорщику, в отличие от сержанта было все же немного стыдно, но этот стыд терялся в жадной масляной улыбке.

– Ты что, совсем тупой, хрен небритый? Сиди тихо, и не буянь.

– Выпустите хотя бы девушку. Вы забрали ее последние деньги.

– И как же ты, тупица, столько прожил?

– Надо было родиться таким мудаком как ты?

Сержант не рассердился, а широко улыбнувшись вплотную подошел к решетке.

– А че вы так хотите уйти? Даже типа «последнее» не пожалели… – Сержант кивнул на Ольгу. – Знаешь, что вам светит за проникновение на территорию части?

Виктор напряженно молчал, глядя в наглые глаза перед собой.

– Штраф. – Ответил на свой же вопрос сержант. – Пять тысяч рублей. Ну может десять. В крайнем случае пара суток ареста. Но это вряд ли. Держать арестованных тут особо негде, еще и корми три раза в день.

Сержант приблизил лицо к решетке и перешел на вкрадчивый тон.

– Но ты ведь и сам все это знаешь, да? Вы же неспроста от мусоров щемитесь. – Взгляд его быстро перебегал от одного к другому. – Можешь не отвечать. Я таких как ты ушлепков насквозь вижу.

Сержант мелко засмеялся, довольный собой и отступив, вместе со слегка удивленным прапорщиком вышел из каморки.

Летягин схватился за решетку и уткнулся в нее лбом. Ему хотелось думать, что военные закрыли за собой дверь из-за понимания, что сделали узников своими врагами, пускай даже заведомо поверженными.

Ольга сползла по стене на пол, уперев свои длинные ноги в основание решетки. Виктор молча «бодал» прутья еще минут пять, а потом вдруг поднял голову, посмотрел в обе стороны, почесал затылок и что-то беззвучно шепча принялся разглядывать пачку сигарет «LD», валявшуюся под окном у стальных дужек от кроватей.

– Думала выйду из тюрьмы и вернется прежняя жизнь. – Ольга усмехнулась, отстраненно глядя перед собой. – Ага, держи карман шире.

– Может кто-то испытывает тебя? – Виктор продолжал пялиться на пачку сигарет.

– Прикалываешься?

– Просто не верю, что кому-то может так стабильно не везти. Здесь явно что-то не так.

– Что ты хочешь сказать?

– Что пока рано опускать лапки.

Ольга фыркнула и махнула рукой.

– Ты же спортсменка, в конце концов.

– В спорте ты по крайней мере всегда знаешь, что тебе делать.

Виктор обернулся, посмотрел на нее.

– Подойди сюда.

Ольга подняла на него усталый взгляд.

– Серьезно?

– Я покажу, что делать.

Взгляд его был серьезен. Ольга неохотно поднялась.

– Видишь пачку сигарет?

– И?

– А за ней в пыли – ржавую штуковину?

Ольга прищурилась.

– Ну.

– Это стальной равнополочный уголок. Если мы достанем его, сможем использовать как зенкер.

– Чего?

– Решетка тут на честном слове держится, анкера болтаются. – Виктор дернул решетку на себя. – Из-за высокой влажности и дерьмового цемента бетон крошится. Если расковыряем отверстия, ее можно будет выбить одним хорошим ударом.

Ольга посмотрела на него.

– А с ними как быть?

– Поэтому мы ее просто раскачаем и вынесем. А когда они сядут обедать… – Виктор показал на узкое окошко под потолком в стене слева. – Ты полезешь первой, у тебя получится. Будет непросто, но…

Ольга сдвинула брови и Виктор, наконец, увидел в ее лице решимость.

– Да уж, непросто. – Вздохнула она.

На первом же шаге они столкнулись с серьезной проблемой – как собственно достать проклятый уголок? Виктор сел на пол и попытался дотянуться ногой, но не дотянулся даже до пачки сигарет. Ноги Ольги были длиннее, но широкие бедра тоже не позволяли ей просунуть ногу дальше пачки.

– Попробуй перевернуться, – предложил Виктор, – и вытянуть носок.

– Я ничего не увижу.

– Я буду подсказывать.

Ольга ловко перевернулась и упершись о пол руками, словно собираясь отжаться, просунула обе ноги между прутьев. Виктор на всякий случай встал поближе к двери – в надежде, что слух его не подведет.

– Чуть левее! – командовал он. – Носок подальше. Еще. Пара сантиметров!

Ольга старалась изо всех сил. Носок ее кроссовки уже несколько раз пролетел над уголком, несколько раз опустился на пачку сигарет, смяв ее, и в конце концов нога дернулась и стукнула по дужке кровати. Раздался отчетливый звон. Не очень громкий, но в соседнем помещении давно уже царила какая-то подозрительная тишина. А вот теперь там послышались шаги. Ольга проворно убрала ноги и села у стены. Лицо ее было красным от напряжения. Виктор коснулся собственных щек и Ольга успела закрыть лицо руками, прежде чем распахнулась дверь и в нее заглянул прапорщик.

– Че за шум, а драки нет? – спросил он оглядывая узников и каморку.

– А ты как думаешь? – с укором спросил Виктор. – Довели девчонку.

Прапорщик поморщился и тут же исчез за дверью, к радости Летягина снова плотно прикрыв ее за собой.

Виктор пригляделся и увидел, что Ольге все-таки удалось слегка сдвинуть уголок вместе с пачкой «LD» – теперь он лежал ближе, так что Ольга смогла достать его уже без лишних выкрутасов. После нескольких секунд напряженных усилий полуметровый уголок оказался в руках Виктора, который тотчас принялся обрабатывать им отверстие под нижним анкером.

Бетон действительно неплохо крошился, но из-за тишины, в которой покашливание замолчавших вдруг военных, слышалось как громыхание жестяной банки под окном, Виктору приходилось прилагать усилия, и дело продвигалось очень медленно. Вдобавок надо было как-то избавляться и от песка, скапливавшегося на полу под анкером. Об этом Летягин совсем не подумал. Ольга попыталась разметать его кроссовками, но он только втирался в пол, оставляя яркие разводы. Примерно через полчаса Ольга забрала у Виктора уголок.