– Здорово, Вол! – с напускной бодростью объявил Разводилов, хлопнув его по плечу, будто и в самом деле был его хорошим другом. – Слышал завтра свадьба у тебя! Принимай поздравления!

– Спасибо. – Еле выговорил парень и добавил заикаясь. – Ты че-чего тут делаешь?

– Да вот! – наигранно «расстроился» Разводилов. – Непонятки какие-то, братишка! Меня-то на свадьбу не пригласили. Забыли, наверное?

Вол нахмурился, полноватые щеки его задрожали.

– Тебя?

– А что? – прищурился Разводилов. – Мы разве не друзья?

– Ты прикалываешься?

– Я?!

– Слушай, не я все оплачиваю…

– Ну-у, началось.

– Там все скромно, по-семейному.

– Не хочешь приглашать так и скажи! – снова «обиделся» Разводилов.

Парень вздохнул.

– Ладно, – Разводилов опять хлопнул его по плечу, и не убирая руку, стал сжимать, – не кисни, знаю, как тебе исправиться.

Вол посмотрел на него с недоверием.

– За-зачем мне исправляться?

Разводилов стал серьезен – выстрелил колючими глазами по сторонам и уставился на парня.

– Сам знаешь зачем. Напомнить?

– Не надо.

– Значит ты пришел в себя?

– Ну, говори.

– Выведай завтра у Джедая, что ему шеф поручил по поводу парочки незваных гостей в Зимнем. Главным образом кто они такие и зачем их ищут. Понял?

– Как я по-твоему, это узнаю? – испугался Вол.

– Да легко! Завтра на свадьбе под пьяную лавочку разведи базар о работе да и выведай! По пьяни они сами о наболевшем расскажут. Ты главное знай сиди себе уши грей да вопросы наводящие подкидывай.

– Он не любит при посторонних о работе трепаться.

– Не вешай мне лапшу, Вол!

– Да почему бы тебе самому не спросить у него?

Разводилов поджал губы и глянув по сторонам без замаха резко ударил Вола в живот. Тот скрючился, закряхтел.

– Я ведь не шутил, Вол, насчет дружбы, – тихо сказал ему Разводилов в лицо, – в отличие от твоих завтрашних гостей мне плевать на твои проделки в сауне, но если все в отделе узнают, что сводный братец Джедая членосос – сам знаешь, что он с тобой сделает.

Разводилов схватил Вола за отворот рубашки, подтянул к себе.

– Они тебя не ценят и размажут, а я знаю – ты справишься. Ты не так глуп, каким любишь прикидываться и умеешь осторожно влезть куда надо, потому считай что я прошу тебя по-хорошему. Понял меня?

– Понял, – неохотно согласился Вол.

– Молодец! – улыбнулся Разводилов, отпуская его.

***

Обшарпанный подъезд встретил их холодом, запахом неисправной канализации и узорами из плесени на стенах, напоминавшие пятна Роршаха жабьих оттенков, но настоящий ужас наводили нечеловеческие вопли, прилетавшие с верхних этажей.

Виктор с Ольгой переглянулись.

– Будто рвут на части кого-то. – Прокомментировал Летягин.

– Лучше молчи.

Едва они ступили на истертую деревянную лестницу, вопли прекратились. На третьем этаже Ольга остановилась у скособоченной двери со следами подошв на пузырящемся дерматине. Когда-то давно кто-то написал на ней мелом «27». Теперь надпись была едва заметной. Ольга нажала кнопку звонка и тотчас за дверью раздался тот самый замогильный вопль.

– Может, не та квартира? – понадеялся Летягин.

Ольга обреченно покачала головой.

– Похоже та.

Взгляды обоих уставились на дверь – кто-то уже отпирал замок.

На пороге стояла невысокая девушка с неестественно скорбным выражением лица.

– Ольга-а?! – удивилась девушка.

Ольга не узнавала девушку, но присмотревшись, уловила схожие с Тимкой черты.

– Ты сестра Тимки? – догадалась она. – Олеся, кажется?

– Ага!

– Извини, я помню тебя совсем маленькой.

Девушка шире приоткрыла дверь и они увидели захламленную прихожую, центральное место в которой занимало зеркало накрытое старым советским покрывалом.

Жуткая догадка повисла в воздухе. Ольга прикрыла руками бутылку, которую держала перед собой завернутую в пакете.

– Вы, может, зайдете? – девушка видимо смущалась криков, которые исходили из ее квартиры.

Виктор с Ольгой вошли и едва Олеся закрыла за ними дверь, из мрака комнаты снова вырвался вой, от которого стыла кровь. Однако на этот раз в нем можно было разобрать и слова: «Дайте мне сдохнуть!»

– Мам, ну прекрати! – крикнула девушка.

На пороге комнаты вдруг появилась тощая старуха. Седые волосы растрепаны, безумный взгляд сканировал смущенных гостей.

– Что у вас случилось? – запинаясь на последнем слове выговорила Ольга, хотя сама уже обо все догадалась.

– Тимка умер вчера. – Буднично сказала Олеся.

Женщина в дверях комнаты снова зашлась воем. При этом лицо ее не выражало никаких эмоций – она просто открыла рот и начала выть, продолжая пялиться на них своим стеклянным взглядом.

– Нет больше Тимки! – зычно громыхала она. – Убили его! Убили!

– Господи-и-и! – устало протянула Олеся. – Да никто его не убивал, мам, ну хватит! Иди в комнату!

– Нет, убили! – решительно не согласилась старуха, вперившись безумным взглядом в Ольгу. – Тварь какая-то паскуда споила его! Два дня ему оставалось продержаться! Закодированный он был! Два дня и все! Излечился бы! А так нет! Мразь какая-то подсунула ему водку! Будь она проклята, пускай сдохнет и в аду сгорит!

Каждое слово оно произносила четко и громогласно, словно проклинала, как ведьма или обвиняла на каком-нибудь древнем инквизиционном процессе, а последние слова достигли такого градуса экспрессии, что им позавидовал был даже какой-нибудь одиозный диктатор.

Ольга прижималась к стене. Ей казалось, что пространство вокруг уменьшилось, и она как Алиса в стране чудес не знает как в нем в нем разместиться.

– Мам, хватит людей пугать! – девушка подошла к старухе, взяла под руку. – Пойдем в комнату.

– Горит в аду! – выкрикнула она напоследок, погрозив костлявым кулаком в воздухе. – Тварь, что убила Тимку пускай горит в аду! С-с-скотина!

Виктор заметил странную бледность Ольги, и молча забрал у нее пакет с бутылкой.

– Так вы к нему пришли? – догадалась вернувшаяся Олеся. Дверь в комнату со старухой она плотно прикрыла.

– Во-первых, примите наши соболезнования. – Сказал Виктор. – Во-вторых, да, мы хотели с ним поговорить.

– О чем?

– О воинской части.

– А что там в воинской части?

– Дело в том, что я ищу свою дочь. Она с друзьями возможно была там. Они диггеры, любят подобные места… Мы думали, ваш брат сможет что-то рассказать. Извините, конечно, что так вышло. Мы бы…

Из комнаты снова раздался вой, вперемешку со всхлипами и воплями:

– Забери меня, забери!

Ольга сильнее вжалась в стену – довольно странное зрелище с её-то ростом.

– Пойдемте лучше на улицу. – Предложила Олеся. – Покурим.

Оба охотно согласились и собирались уже выходить, как из комнаты снова выскочила старуха – Ольга вздрогнула, но та набросилась почему-то на Виктора.

– А ты! – вцепилась она ему в руку. – Ты опять здесь! Шныряешь все! Верни его! – требовательно заявила она. – Верни! Я знаю, ты можешь! Верни!

– О, господи, мама, ну что с тобой опять! – несмотря на миниатюрное сложение Олеся довольно легко оттянула упиравшуюся старуху от Летягина.

Вблизи девушка показалась Виктору старше.

– Идите пока. – Бросила Олеся отводя старуху в комнату. – Я догоню.

Виктор с Ольгой поспешили ретироваться и оказавшись на улице Летягин первым делом положил пакет с водкой в урну у подъезда. Через минуту к ним вышла Олеся, достала пачку сигарет, закурила. Проворный взгляд ее сфокусировался на Ольге. Дневной свет бил в ее светло-серые глаза, превращая радужки в пару точек.

– Ты же вроде не особо с ним общалась, Оль, – сказала она.

– Да, – Ольга смотрела в землю, как будто стыдилась чего-то, – просто я видела его пару дней назад и тут… Как-то блин в голове не укладывается.

– Мило поболтать, думаю, не удалось? – спросила Олеся.

– Он меня даже не узнал. Да и я его, если честно… Не сразу узнала.