Тем временем принесли легкий перекус. Крохотные тарталетки с паштетом, сыр, фрукты, черный кофе. Тони бросила грустный взгляд на тарелку и сглотнула: ей Юлиана позволила съесть лишь несколько виноградин. Хильда тоже потянулась к веточке.

– Хильда, тебе стоит нормально поесть. Это только кажется, что во время свадьбы на это будет время, – предупредила королева.

Хильда по привычке послушалась и уже протянула руку, но резкий печеночный запах ударил в ноздри, и она в последний момент подхватила чашечку с кофе, уткнувшись в нее носом. От горького кофейного аромата стало легче.

Утро явно не задалось, ее мутило от волнения. Но если ее так колотит, то каково Тони? Именно ради принцессы Хильда приехала во дворец с утра пораньше и успокаивала ее легким ментальным воздействием.

– Ты такая красивая, – искренне сказала она, взяв Тони за руки. Та едва заметно дрожала, но под действием магии бледность сходила на нет, уступая место естественному румянцу. – Предупреди Ария, что я оторву голову, если он тебя обидит. Хотя не надо, я сама ему скажу.

– И окажешься за решеткой за угрозы королю, – не удержалась принцесса.

– Тогда скажу до церемонии, – с серьезным видом исправилась Хильда, и обе рассмеялись.

В тюрьме Хильда оказаться не боялась. Даже если их прослушивали, запонки на манжетах ее рубашки – подарок Нура – мешали узнать, о чем они разговаривают на самом деле. А шутки, которые они могли допустить между собой, никогда не становились достоянием общественности. Удивительно, как быстро отвергнутая королевским двором хаврийка стала образцом подражания для него же!

– Ваше высочество, пора, – деликатно постучался в двери Амбер.

Официально сегодня был его последний день на службе принцессе. Но на деле он давно вовсю разгребал дела вместе с Арием.

– Идем, – первой поднялась Юлиана, и они вместе отправились в храм.

***

Нур

Арий мерил кабинет большими шагами. Белоснежный парадный мундир сидел на нем идеально, но принц все равно то и дело дергал воротничок, словно ему не хватало воздуха. Предстояло две торжественных церемонии, где соберется всё высшее общество, а толпа народа будет ждать нового короля и его супругу на площади. Вот только из-за свадьбы его высочество волновался больше, чем из-за короны.

– А если она передумает? Не придет? Скажет «нет» прямо в храме?

Для человека, собирающегося вступить в политический брак, Арий переживал слишком сильно. Но кто сказал, что его брак исключительно по расчету? За эти два месяца Нур насмотрелся, что из себя представляет влюбленный кронпринц, и периодически одергивал его, чтобы не творил глупости. А если хочется влезть к невесте на балкон ночью, чтобы подарить цветы, – пусть делает это так, чтобы не взбаламутить охрану. Ройбуш за голову хватался, прикрывая эти безумства!

– С ней Хильда. Она точно удостоверится, что невеста будет у алтаря, – попытался успокоить его Нур, но сделал только хуже.

Лицо Ария побледнело.

– Зачем ты это сказал? Я теперь вспоминаю, не обидел ли чем твою невесту. Вдруг она подговорит Тони сбежать?

Нур закатил глаза и решил, что дальнейшие уговоры бесполезны. Остается шантаж.

– Ваше высочество, возьмите себя в руки. Или мне пригласить к вам менталиста?

– Нет! Сам справлюсь, – предсказуемо буркнул Арий и несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул, успокаиваясь.

Порадоваться затишью Нур не успел. Дверь распахнулась и в кабинет, тяжело опираясь на трость, зашел Рулан Сендер. За ним семенил врач – худощавый целитель Лейниц, вроде талантливый, как говорили при дворе. Он заменил Тарко и пока не до конца разобрался с работой. Но по крайней мере как врач был внимательным, это точно – строго следил за распорядком короля и не позволял ему лишнего. Никакого потина или опиума, только сбалансированное питание, прогулки и здоровый сон.

– Оставьте меня наедине с сыном, – негромко приказал король.

Лейниц послушался сразу. Нур бросил короткий взгляд на принца – тот кивнул, и только после этого капитан покинул комнату.

В последнее время король с сыном не общались. Арий взял на себя государственные дела и почти не вылезал из кабинета, пытаясь понять, как можно было настолько всё запустить и что с этим делать. Разворованная казна, махровая бюрократия, бюджет, слитый на несуществующие проекты… Однажды он в сердцах неосторожно высказал отцу, что тот пригрел на груди не только змею-лекаря, но и целый штат нахлебников. Естественно, нарвался на крик. Может, яд Рулан больше и не принимал, но характер оставался сложным. Скандал вышел безобразный, вплоть до угроз отречения, на что Арий не выдержал и тихо, но негромко предложил: «А ты попробуй». С тех пор они не разговаривали.

Но коронация – слишком значимое событие. Похоже, Рулан решил первым пойти на мировую. Это хорошо: как бы Арий ни пытался изображать безразличие после той ссоры, внутри кипел от обиды. Он всю жизнь пытался добиться признания, учился, жилы рвал, чтобы стать достойным трона. И как бы ни поддерживал его Нур, капитан оставался всего лишь близким другом, но не отцом.

«Ты всё делаешь правильно, у тебя получится» – неужели его величеству было сложно сказать сыну эти слова?

Подслушивать Нур даже не пытался. Просто ждал у стены, рассеянно вспоминая, как идет подготовка к их с Хильдой свадьбе. Они еще не разослали приглашения (даже самых близких, и то набралось неприлично много), зато составили меню и подобрали зал в приятном ресторанчике на окраине: Хильде приглянулась площадка для танцев прямо в саду. А мама как раз хотела пригласить музыкантов.

До расчета бюджета Нур дойти не успел. Первым из кабинета вышел старый король.

– Служи ему верно, – бросил он и, не позволяя слабости взять верх, медленным шагом ушел по коридору. Лейниц догнал его на повороте, предложил опереться о руку.

Принц появился в дверях, когда их фигуры почти скрылись из виду.

– Он сказал, что гордится мной. Мне это снится? – с удивлением произнес Арий и тут же одернул себя. – Да нет же, вот доказательство.

Он раскрыл ладонь, на котором лежала королевская печатка с грифоном, один из символов государственной власти.

Дальше день завертелся – только успевай. Нур с Ройбушем и несколькими магами перепроверили храм, где должны были состояться коронация и свадьба. Три найденных подозрительных артефакта ушли на проверку, после чего с одной из стен исчезла фреска, а два артефакта пришлось вернуть с извинениями – негоже оставлять храм с облупленной стеной. А вот третий артефакт оказался не так безобиден и выпустил чернильное облако, заволокшее кабинет под проклятия Ройбуша. К счастью, дело только облаком и ограничилось, но на церемонии такой артефакт мог вызвать панику. Магический след на артефакте Нур записал и передал кристалл в управление – пусть занимаются поисками «шутника». Ближайший год тому предстоит отрабатывать на благо страны, и повезёт, если где-нибудь на границе, а не за решеткой.

Стража тоже не спала, выловила несколько провокаторов, жаждущих сорвать церемонию; юные маги, получив по затрещине, гордо молчали и не признавались, какую из двух. Ну, догадаться было несложно, тем более один из них оказался младшим братом бывшей маркизы Розье. Вот уж неугомонная семейка!

Затем открытый протест высказали пожилые аристократы: где это видано, чтобы монарх менялся при здоровом короле? Верните Рулана, он всем покажет! Но тут вмешался сам король и поддержал сына, во всеуслышание заявив, что передает власть в надежные руки.

Церемония вопреки всему началась вовремя, но всё время от представления принца народу до возложения венца ему на голову Нур нервничал и оглядывал храм. Вот в королевском ложе расположились Рулан и хаврийская чета, а вот принцесса села в первом ряду на дубовой скамье, как обычная прихожанка, – люди этот жест явно оценили, не догадываясь, что защитой принцесса обвешана похлеще Ария. Хильда была рядом с ней, и на мгновение у Нура перехватило дыхание уже по другой причине – все-таки она была восхитительна в дымчато-сером платье и с сапфировым ожерельем на тонкой шее. Цвета украшения стали ее данью хаврийскому прошлому. Поймав взгляд жениха, Хильда ободряюще ему улыбнулась. Она тоже волновалась и прекрасно понимала его состояние.