– И ты поверила?

– Я превратила слова в реальность, – не без гордости призналась Хильда. – Я не первое Зеркало в королевской семье, но первое, которое служит так долго.

Нур проглотил злые слова о безрассудстве и глупости – сейчас они шли не от капитана королевской стражи, а от влюбленного мужчины, и Хильда наверняка только снисходительно пожурила бы его. Тем более в чем-то лейб-медик была права: Антония оставалась живой, несмотря на все покушения, а значит, со своей работой Хильда справлялась на отлично.

– А твой брак? Тоже желание дворца? – спросил он совсем не то, что должен, и по виноватой улыбке понял, что ответ ему не понравится.

– Нет, мое. Я была слишком жадной: хотела семью – и при этом остаться Зеркалом. Думала, справлюсь. Не вышло, увы, – она пожала плечами. И никаких обвинений Иварра, хотя именно он инициировал развод – по крайней мере, такую версию Нур многократно слышал от дворцовых сплетников. – Зато был несомненный плюс, я отвела от себя подозрения. До этого слишком много времени проводила с принцессой и наверняка была первым кандидатом на роль Зеркала как среди оппозиции в Хаврии, так и для анвентских шпионов. Но стоило выйти замуж, как мной резко перестали интересоваться.

Нур кивнул. Хильда действительно не фигурировала среди кандидатов на роль Зеркала. Недоработка вышла. Слишком много недоработок. Как герцог Верийский ушел с должности и уехал в Фелтон, так и началось: сначала полицейское управление едва не развалилось – спасибо, вовремя сняли прошлого комиссара. Занявший его место Вистон сумел навести порядок. Вместе с этим удалось приструнить и дворян, слишком увлекшихся политическими интригами. Но не зря говорят – рыба гниет с головы, и Нур невольно думал, что Арию пора выходить из тени. Рулан Третий устал, это не могло не сказаться на государстве.

– Ты не расскажешь, что я Зеркало? – прямой вопрос Хильды отвлек от неприятных мыслей, вот только правильного ответа у Нура не было. Вместо этого он просто поцеловал ее. А что, сама предложила! Отталкивать его Хильда не стала, но стоило отстраниться, как цепкий взгляд дал понять, что она ждет.

– Арию скажу, – нехотя сказал Нур. Скрывать такое от принца было равносильно предательству.

– А Ройбушу?

– После свадьбы, – ухмыльнулся он уголком губ и, кажется, угадал с ответом, потому что второй поцелуй Хильда подарила уже сама.

Он просидел с ней до утра. Сначала обсудили планы, потом просто поговорили за жизнь: Хильда очень заинтересовалась изменением в поведении его матери и порывалась пойти посмотреть на нее, но Нур не пустил. Пусть мама придет в себя после пожара, а Хильда оправится от переломов. Сломанные кости тьен Тарко срастил, но сразу вскакивать и куда-то бежать – себя не беречь. Ноги и без того будут нещадно болеть.

Утром Нур связался с полицейским участком, запросив прислать людей и машину, – в том, что это был поджог, он не сомневался. И ничуть не удивился и даже обрадовался, когда в качестве детектива приехал Квон, – тот был внимателен, дотошен и, будучи менталистом, мог незаметно прощупать прислугу. Не хотелось обвинять кого-то из своих, но червячок сомнения точил, и от этого Нур тоже чувствовал вину.

Вина терзала не его одного. Тарко из-за вчерашней суеты оставил артефакт связи в своем кабинете и не на шутку перепугался, когда Нур рассказал ему о случившемся с принцессой. Детали травм капитан уточнять не стал – лучше пусть думает, что Антония всего лишь ушиблась, чем придет к выводу о Зеркале.

– Вы уж простите, но я верхом во дворец, – извинился Тарко, решив не дожидаться паромобиля.

Машина капитана, как и ожидалось, сгорела, оставив железный никуда не годный остов. А детективу ездить туда-обратно было несподручно, как и целителю ждать полдня, пока идет расследование. Выделенная врачу смирная кобылка, напуганная ночным пожаром, вздрагивала под ним от любого шума.

– Да и чем я тут помогу? Стыдно сказать, проспал полпожара… – продолжил убиваться Тарко, смущенно отводя взгляд, но винить целителя было не в чем.

– Зато потом помогли, – возразил Нур, пожал ему руку, и Тарко уехал.

Следы поджога гаража Квон нашел, причем как магические, так и обычные. То ли маг действовал не самый сильный, то ли решил подстраховаться и добавил масла. А вот дом горел исключительно из-за магии, и неслучайно преступник выбрал угловую комнату тьенны Лерок.

– Еще немного, и перекрытия рухнули бы, – показал ему Квон, да Нур и сам видел. Понять бы еще, в кого целил преступник – в саму тьенну Лерок или в того, кто бросится ей на помощь? Как бы то ни было, а случись что с мамой, и на время капитан вышел бы из игры – в этом их недоброжелатель не ошибся.

В остальном дом не так сильно пострадал. Древесина больше обугливалась, чем горела, и пусть несколько комнат почернели от сажи, перестраивать весь этаж не требовалось. Маме же на время ремонта лучше было вернуться в столицу. Пусть Нур почти не жил в столичном особняке, но порядок поддерживал: дважды в месяц там проводили уборку, и последняя пришлась на прошлую неделю.

Он и Хильде собирался предложить пожить в особняке, но подозревал отказ. Удивительно, как она еще не ускакала к своей принцессе вместе с Тарко!

– Слушай, Квон, а как ты сговорился с Дениш? Она же хаврийка наполовину, такая разница культур и менталитета! Но, помнится, когда она только поступила на службу, вы очень быстро нашли общий язык, – между делом поинтересовался Нур.

– Я подкупил ее кофе, – пошутил детектив. – Ну и общая работа сближает. А почему ты беспокоишься? Раз у вас уже дошло до знакомства с родителями…

– Если бы, – вздохнул Нур, не вдаваясь в подробности, а собеседник в душу лезть не стал, не до того было.

К обеду Квон опросил всю прислугу, но среди людей Нура, к счастью или нет, виновника пожара не нашлось. Единственным, кто юлил, был смотритель, дядька Магнус, высокий, как оглобля, лысеющий мужчина. В доме он отвечал за камины и светильники, и потому такое поведение выглядело весьма подозрительно. Но оказалось, он просто заночевал у недавно нанятой помощницы кухарки и переживал: вдруг хозяин не потерпит любовь под носом?

– Балбес, – с облегчением отругал его Нур, знающий Магнуса с детства, и получил заверение, что к зиме они с Томой сыграют свадьбу.

Увы, к поиску настоящего виновника это не приблизило ни на шаг, хоть они излазили с Квоном всю территорию. Земля, влажная после дождя и щедро усыпанная пеплом, была истоптана десятками сапог, а следы колес указывали на два паромобиля – на одном приехал детектив, а от второго остался сгоревший остов. Чужих прислуга не видела, хоть несколько человек отметили, что кто-то бродил под окнами ночью. Но мало ли по какой нужде человек вышел? Никто должного внимания не обратил.

Ближе к полудню к ним присоединилась Хильда – сегодня она ходила со старенькой тростью, одолженной у садовника. В отличие от мужчин, она по кустам не лазила, зато, рассматривая дом, нашла рассыпанный у стены спеллум – нейтрализатор магии сломал наложенную защиту, отчего огонь быстро распространился, а Нур не почувствовал беды.

Это также не приблизило к поимке преступника, но очертило его портрет. Купить запрещенный на государственном уровне спеллум было ой как непросто, даже у теневой гильдии при должных связях и больших деньгах. А значит, личная обида к семье Лерок отметалась, зато в полный рост вставала попытка убрать капитана подальше от дворца и наследника престола.

И снова всё возвращалось к заговору. Нур чувствовал, что этот большой гнойник вот-вот готов прорваться, и нервничал, гадая, откуда ждать нападения. Несколько лет назад им удалось пресечь поставки спеллума в столицу, но найти, кому и для чего они предназначались в таких количествах – нет. Попробовать еще раз поговорить с сидящем под замком Горданом, на этот раз о порошке? Пока есть с кем разговаривать. Или копнуть еще глубже?

Когда же всё началось? С заговора против Ария? Аристократы тогда пытались вывести в наследники бастарда. Или с убийства младшего принца, чтобы не позволить ему укрепить магический барьер на границе? А может, со смерти верховного мага? Или еще раньше – с тех времен, которые так хорошо помнила мама?..