Аня уже успела покинуть Курский вокзал и почти пятнадцать минут ждала ее на тротуаре с чемоданом на колесиках. Ольга сразу заметила ее благодаря высокому росту. Они были близнецами и отличать друг от друга их умела только мать.

Ольга забрала чемодан сестры и без лишних слов сунула его в багажник.

Аня ни в какую не соглашалась остаться в квартире Ольги на Соколе и попросила отвезти ее в Ногинск к какой-то подруге. Ольга бросила взгляд на собственную копию на соседнем сиденье. Трудно было понять о чем она думала. Несмотря на стопроцентное сходство, Аня в отличие от Ольги умела злиться, причем совершенно незаметно. Они выехали на Горьковское шоссе и из-за пробок свернули на Объездное. Начался дождь, а через пять минут завис новый навигатор. В одиннадцать вечера Ольга должна быть в Шереметьево и в тот момент она впервые подумала, что может не успеть. Разговор с сестрой не клеился. Ольга знала, что Аня накануне второй раз провалила экзамен в Приволжский университет. У Ольги с этим было проще – ее фактически без экзаменов зачислили в Российскую академию физкультуры.

Конечно теперь она понимала в чем дело, но тогда ей не хватило проницательности. В спорт они пришли вместе, когда на районных соревнованиях их заметил тренер из Сыктывкара и до пятнадцати лет показывали примерно одинаковые результаты, однако к шестнадцати Аня начала серьезно отставать. Она не прошла даже в состав юношеской сборной Республики Коми. Ольга же неслась вперед как ракета, преодолев за полгода пропасть между первым разрядом и мастером спорта. Уже через год она была в составе юношеской сборной России, а Аня так и осталось перворазрядницей. Она чуть лучше училась, но и здесь ей не очень-то повезло. Больше всего сестру угнетало, что она слишком задерживается на родине. А возможно дело было в Игоре. Единственный неплохой парень подходивший им по росту. Общий друг детства. Спорт дал Ольге многое – деньги, стремительный взлет, возможность увидеть мир, здоровье, славу, множество новых знакомств и конечно – спортивных парней, общаясь с которыми не приходилось наклонять голову.

На Объездном шоссе они тоже уперлись в пробку. Ольга снова подумала, что может не успеть в аэропорт. Она начинающий водитель. Но что же тогда? Следующий рейс в Мадрид послезавтра, но даже завтра уже слишком поздно. Она не может пропустить чемпионат Европы, на который едет за билетом на Олимпиаду, где ее ждет единственный серьезный противник.

– Может все-таки останешься у меня? Погоди, послушай, меня не будет целый месяц. Ты меня даже не увидишь. Будешь уезжать – просто бросишь ключи в почтовый ящик.

Сестра глядела на стену дождя за окном. Стеклоочистители едва справлялись.

– Господи, Оля, ты правда думаешь, что дело в тебе? У тебя эта… как ее, мания величия что ли? Мы просто договорились с Валькой, она меня ждет.

Ольга бросила взгляд на сестру и подумала: почему же она тогда тебя не встречает?

– Ну в чем дело? – спросила Аня.

– У меня самолет. – Призналась Ольга.

Анька усмехнулась и покачала головой.

– Ну и зачем тогда ты все это устроила?

– Я думала ты останешься у меня.

– Я же тебе два раза говорила!

– И еще я забыла про эти пробки. Давай-ка я отвезу тебя на станцию.

– Просто высади меня здесь.

– Господи, ты что специально?

– Я?!

– Ну в чем дело-то?

– Да ни в чем. Просто все как всегда.

– Ты еще десять раз сможешь поступить в свой дурацкий ВУЗ!

– Да плевать мне на ВУЗ!

– Ну тогда в чем дело? В Игоре?

– А при чем тут Игорь? – как-то насторожилась сестра. – Ты вообще про него откуда знаешь?

– В каком смысле откуда знаю? Мы вообще-то все из одного города.

Анька не сводила с нее глаз.

О, Господи! Ольга чуть не закатила глаза. До нее только сейчас дошло, что она возможно ни о чем не догадывалась. Просто они были не очень трезвые, а учитывая их сходство, этот наивный великан возможно даже и не понял с кем был тогда.

– У вас что, типа все серьезно? – осторожно спросила Ольга.

– Останови тут. – Анька уже не смотрела на нее.

Дождь перешел в ливень.

Ольга бросила взгляд на грязную в лужах обочину, усеянную бесконечными каплями.

– Я отвезу тебя на станцию.

– Останови! – сестра потянулась к ручке.

– Едем на станцию.

У нее было слишком мало опыта и сестра тогда откровенно капала ей на мозги и потом этот дождь, плохая видимость. Ольга крутанула руль, заметив пунктир на дороге. Из дождя вылетела «Тойота». Анька закричала.

В тот день сестра до подруги так и не доехала. Жизнь ее закончилась на Объездном шоссе. И так уж вышло – последние минуты она провела с тем, кого ненавидела.

Спустя три часа после тяжелого разговора с матерью, в отделение неотложной помощи ворвался тренер.

– Говорят, только ушиб плеча, – сказала ему Ольга.

Он долго смотрел на нее, почти полминуты, она видела как быстро – вверх-вниз – скользит его взгляд. Он уже конечно знал что случилось и Ольга доверяла ему, ей очень хотелось отдать хотя бы небольшую часть свалившегося на нее груза.

– Подними руку, – сказал он.

Ольга вздохнула. В ту же ночь они вылетели в Мадрид. А уже на третий день она стояла на тумбе второй дорожки Барселонского бассейна Берната Пикорнелла, готовясь взять последний барьер перед покорением вершины в Рио-де-Жанейро. Победа на Олимпийских играх все нивелирует и до конца жизни она будет рассказывать в интервью как попала в аварию накануне чемпионата и выиграла буквально «на зубах», да еще переживая личную трагедию. Через три тумбочки справа размахивала загорелыми руками Анна Гевара, тезка ее сестры, которую похоронили в тот же день.

Тогда, после второго длинного сигнала ей показалось, что она увидела на трибуне себя в бежевой дешевой куртке сестры, в которой встретила ее на Земляном Валу. Возможно это был всего лишь мираж, часть старой подростковой мечты. Короткий сигнал отправил ее в воду. За пятьдесят метров до финиша Ольга обходила Анну Гевару на целый корпус, остальные остались далеко позади. Неужели она так слаба? Нет-нет, это ты – так сильна. Она поняла, что ничто не сможет остановить ее в Рио, но в ту же секунду в плечо будто воткнули спицу и связь с рукой тотчас пропала. Ольга перестала ее ощущать. Она сильнее заработала ногами, слыша как взорвались трибуны – мимо по соседней дорожке проплыло бронзовое тело испанки. О, Боже, она ведь даже не в первой тридцатке. Что происходит? Что происходит? Что про…

Ольга открыла глаза. Над ней стоял ночной охранник.

– Просто чтоб ты знала: его нашли. – Сказал он. – В шахте лифта. Со сломанной шеей. Хрен знает как он туда забрался. Ну вот так. – Он прошелся растерянным взглядом по ее длинному телу. – Так что никуда он не ушел. Как я и говорил – отсюда выход только один.

Ольга молчала.

Охранник тоже молчал, но ему очевидно хотелось сказать что-то еще.

– Надеюсь, больше я тебя здесь не увижу, – наконец сказал он и ушел.

На следующий день к Ольге заявились четыре охранника. Она ощутила легкий мандраж когда ее вывели в притихшую толпу и повели к котельной возле которой стоял в окружении бородатых мужиков тощий «старец» с неухоженной седой бородой. Старомодная клетчатая рубаха болталась на его костлявых плечах. Узкие глаза глядели на ведомую «жертву» сурово. Ольга старалась не смотреть на огромный котел, но ощущала его жар. Люди со страхом и неприязнью смотрели на Ольгу, словно на ведьму, которая по ночам крала их детей. Лица их были серы, просты и жадны. Очевидно, массовый психоз – все-таки не шутка. Жар от котла, перестук сгораемых поленьев, которые ворошил толстяк кочергой наконец погрузили ее в ужас, волнами подкатывала и паника, но пока ей удавалось держать себя в руках. Она попыталась вспомнить о новом открытии.

Старик читал свою шизофреническую проповедь. Толпа реагировала на уверенные интонации и рубленную чеканность фраз.

Под импровизированной трибуной из ящиков, на которой стоял старец появилась старушонка с живым мартышечьим лицом. Кликуша, догадалась Ольга. Величественно крестясь, старушонка проследовала в располагавшийся тут же крохотный магазин-вагончик «ПРОДУКТЫ», юркнула за дверь и закрылась.