– Хорошо, везите их к Прорабу.

– Обоих?

– Да. – Ответили после паузы. – Мы скоро будем.

– Принято!

Ехали минут десять, затем свернули на грунтовку. Стало потряхивать. Ольга через дверное окно заметила старый кирпичный забор с колючкой, над которым топорщились голые ветви и поняла, что они находятся у старой котельной на берегу. Машина сбросила ход, остановилась. Кто-то дурным взвизгивающим голосом говорил с водителем. Следом в машине открылась раздвижная дверь, и в салон заглянул лысый мужик с глазами навыкате.

Он посмотрел на Виктора, затем на Ольгу.

– А это кто? – кивнул он на девушку.

– Шеф сказал обоих к тебе везти. – Пояснил толстяк.

Лысый захлопнул дверь. Машина проехала еще немного, развернулась, раздалось тяжелое лязганье. Затем Виктора и Ольгу выволокли на истоптанную площадку. По обилию старых трубопроводов среди хаотичных зарослей, а также по дымовой трубе над трехэтажной постройкой с вертикальными окнами, Виктор узнал котельную – очевидно заброшенную.

Лысый с толстяком-капитаном заломили Виктору руки и буквально «лицом в землю» повели в здание. При входе в нос ударил запах пыли, затем повеяло сыростью. Боковым зрением Летягин замечал обилие труб и насосов. Слева проплыл внушительный бетонный скат – возможно сохранившийся фрагмент воронки котлоагрегата. Где-то неподалеку слышалось равномерное гудение и вдруг совсем рядом раздался треск электрической дуги. Виктор даже увидел несколько искр осыпавшихся в паре метров. Толстяк рефлекторно дернулся, едва не вывернув Виктору руку.

– Че тут шарахает! – испуганно воскликнул он.

– Сегодня районы за рекой вырубают. – Пояснил лысый.

– И че?

– Здесь же резервная линия есть.

– Внатуре?

– А ты думал? Все вручную делаем? – лысый хохотнул.

Виктора затащили на узкую металлическую лестницу, и он увидел между проступей внизу непривычно широкий спуск, по периметру которого «пэ-образная» лестница спускалась в темноту.

Оттуда тянуло дьявольским холодом и он догадался что там может быть. Летягина прогнали по проходке и затащили в бывшую щитовую управления, в которой отсутствовала одна из стен – вместо нее в пространство котельной, как трамплин для прыжков в воду на высоте примерно третьего этажа выходила рифлёная пластина.

Виктора толкнули прямо на нее, поставили на колени спиной к помещению и он увидел, что пластина внешней частью опирается на край частично разобранного котла с сохранившейся внизу воронкой. Ближайшее будущее мгновенно обрело выразительную ясность. Пуля в затылок и его труп летит в котел, откуда скатывается по воронке в зольное помещение.

Он повернул голову вполоборота.

– Я же просто искал свою дочь. – Произнес он, чувствуя, как немеют челюсти и скулы.

Жалкие слова и вероятно не совсем уместные. Виктор это понимал, но ничего не мог с собой поделать – голова отказывалась работать.

Впрочем, его никто не слышал. Толстяк с лысым что-то напряженно обсуждали шепотом. Летягин уловил слово «шеф». Следом снова где-то неподалеку раздался треск дуги и матерный вопль толстяка.

Виктор зажмурился, не желая проводить последние секунды за подсчетами труб и насосов и снова попытался разложить все по полочкам. Разговоры и шорохи за спиной прекратились.

– Это громкое дело! – заявил он деревянным от напряжения голосом. – Пропали три блогера. Если пропаду и я, снова поднимется шум. Меня будут искать!

– Да-да, будут искать. – Раздался за спиной голос лысого. – Только где? Здесь, в Зимнем тебя не было.

Простая и ясная мысль привела Летягина в ужас.

За спиной все стихло. Даже ботинки толстяка перестали скрипеть.

– Погоди, я наручники сниму. – Сказал толстяк.

– Оставь!

– Да ну на*уй я не буду там потом лазить.

Рука толстяка цепко схватила Виктора за плечо, раздался щелчок и браслеты спали.

– Не дергайся, а то ноги переломаешь, будет больнее.

– Ты куда? – прозвучал голос лысого.

– Шеф звонит.

Раздались отдаляющиеся шаги.

– Я же просто искал дочь. – Повторил Виктор скорее от неспособности смириться с происходящим, чем в расчете на что-то.

Стало совсем тихо, так что Летягин слышал дыхание позади.

– Может и так, но ты поднял руку на одного из наших. Думать раньше надо было.

Виктор ничего не сказал. Перед глазами маячил газоход котла. Он впился в него взглядом. Мгновение сменялось мгновением. Чего же он тянет?

В какой-то момент Летягину надоело смотреть на газоход. Ситуация становилась нелепой. За спиной что-то гудело, но он больше не слышал дыхания и медленно обернулся. Сначала показалось, что в помещении никого нет, но потом он увидел лысого – тот лежал на животе рядом с искрящимся кабелем. Из сведенной судорогами ладони выползал пистолет Макарова.

Виктор вскочил, выбежал на проходку, скатился по лестнице, хватаясь за тонкие поручни и чувствуя как лестница ходит ходуном от его беготни. Лихорадочные мысли наползали друг на друга, не давая сосредоточиться. Взяв себя в руки, он постарался двигаться тише и добравшись до первого этажа спрятался за трубопроводом, прислушался, затем осторожно выглянул – до «пэ-образной» лестницы было рукой подать. Осмотревшись еще раз, он бросился к ней и стал спускаться хватаясь за перила.

В косых лучах скудного света показались очертания тамбура с откидными воротами – типичный вход в подземный коллектор. Подняв створку, он увидел внизу ярко освещенное просторное помещение полукруглой формы. Стены выкрашены синей краской как в метро, под потолком горели люминесцентные лампы.

В помещении располагались щиты управления, но инженерный ум не мог найти ответа на вопрос зачем вообще здесь этот зал. Он был как будто частью чего-то большего. Виктор спустился по узкой лестнице и увидел в основании «полукруга» вход в коллектор, представлявший собой трубу примерно трехметрового диаметра. В нижней части ее по обеим сторонам тянулись два трубопровода, а вдоль стен змеились кабели. Несмотря на бетонную «отделку», сам коллектор очевидно был собран из железобетонных блоков. В трубе было темно, и только далеко-далеко в конце маячила светлая точка.

Как загипнотизированный Виктор вглядывался в эту крошечную частицу света в окружении тьмы, испытывая смешанное чувство надежды и страха – в противоестественной длине коллектора будто таилось что-то искажающее и даже зловещее, но мысль о том, что если он сумеет найти за рекой дочь и сбежать с ней из города, то местные менты не станут поднимать шум, положила конец его сомнениям – он шагнул в коллектор и в этот момент где-то наверху раздался крик.

Виктор вспомнил об Ольге и тотчас устыдился – как он вообще мог о ней забыть?

Но ведь они не убьют ее. Она же местная! И она не поднимала руку на «одного из них».

Летягин развернулся и с трудом, будто преодолевая незримое сопротивление, пошел обратно – взбежал по лестнице, прополз под трубопроводом и просочившись между котлов, выглянул в мутное, десятилетиями немытое окно. Здоровяк-водитель с сержантом тащили Ольгу к зарослям. Она изо всех сил упиралась ногами в землю и пыталась вывернуться.

Виктор почувствовал как вспотели ладони, и поняв в чем причина, посмотрел наверх.

Едва он ступил на мостик, как под ногой предательски лязгнула перекладина. Летягин замер, постоял немного и услышав с улицы сдавленный крик, зашагал к электрощитовой – будто нырнул в холодную воду. Первой в поле зрения попала лысая голова лежавшая на рифленом листе металла.

Мелькнула странная мысль что он скорее всего мертв, а не просто без сознания и Летягина могут обвинить в его смерти. Виктор вошел в помещение, поднял лежавший рядом с телом пистолет.

***

– Вот же кобыла здоровая! – не без восхищения воскликнул водитель, дотащив, наконец, Ольгу до стены и с силой толкнув ее в кустарник.

Из-за скованных за спиной рук Ольга не сумела удержаться на ногах и упала на бок, но крупный полицейский схватил ее сзади, поставил на колени и зажав шею борцовским захватом, принялся душить. Ольга напрягла мышцы шеи, сопротивляясь из последних сил.