Но если серьёзно, Марика пыталась понять, как хранители смогли сопротивляться проклятию? Оно же одно из самых мощных и быстродействующих. Ну не могли они сами избавиться от «Вражды»! Невозможно. Хранители лишь направляют и усиливают ведьму, не больше. Могут, конечно, и защитить в случае смертельной опасности, но для этого им придётся вытянуть всю силу из хозяйки. Они ведь и с поляны её утащили в один из порталов, созданных Илирой.

Следующая неожиданная мысль, заставила Марику на мгновение замереть с очередной виноградинкой у открытого рта. А, может, девчонка не ведьма? Осознав всю глупость такого предположения, она тряхнула рыжей шевелюрой и бросила виноград обратно на блюдо. Бред. У магов хранителей не бывает.

Из этих нерадостных мыслей её выдернул голос мужчины, который ужасно раздражал и отвлекал. Пока они были в одинаковом положении, Марике было проще, но стоило один раз проколоться, как Хозяин назначил этого идиота главным. С того дня стало совсем гадко. Приходилось отчитываться за каждое слово, произнесённое шёпотом.

Просто ведьма не знала, что никогда не была равной ему. Иллюзия свободы давалась каждой такой марионетке, чтобы завлечь в сети, из которых уже не выбраться. У всего есть своя цена, и свою Марике ещё только предстояло заплатить. Ведьма хотела власти и могущества — в какой-то мере она их получила, так что грех жаловаться.

— Ты забыла, моя сладкая, — мужчина неожиданно крепко обнял Марику за талию и прижал к себе. Сильные пальцы до боли впились в тело, грозя оставить на коже отметины, а горячее дыхание опалило кожу за ухом: — У тебя нет выбора. Я тут главный.

Марика замерла, боясь даже пошевелиться. Бывали такие моменты, когда она до дрожи боялась этого человека. Словно он становился кем-то другим и ничего человеческого в нём не просматривалось. Особенно пугал ужас, который расходился от мужчины, как шлейф дорогого парфюма.

Самоубийцей Марика никогда не была, и прекрасно понимала, что ничего не может противопоставить ему сейчас. Пора было переходить к другой линии поведения, а это ведьма умела делать мастерски. Мгновенно подавшись мужчине навстречу, она улыбнулась и облизала пересохшие губы. Все же раньше он желал её, так почему бы не повторить тот же трюк.

Слегка отстранившись, он с иронией посмотрел на ведьму. С одной стороны, ему хотелось сейчас прижать совсем другую девушку, но с другой… раз уж долгожданное свидание не состоялось, почему бы не разнообразить сегодняшнюю ночь. Только он не собирался так просто спускать Марике её проступки и прощать. Не тот вариант.

Поняв, что её усилия вот-вот пойдут прахом, ведьма приподнялась на носочки и игриво провела пальчиками по груди мужчины, расстёгивая воротник. Затем прижалась к крепкому торсу и шепнула:

— Я всё помню, и обещаю быть послушной девочкой, — а затем впилась в его губы поцелуем.

Подхватив Марику, словно та не весила абсолютно ничего, мужчина усадил её на широкий письменный стол. От неожиданности она дёрнулась, но горячие мужские ладони не позволили отодвинуться. Удивительно, но ведьма вновь ощутила, как низ живота наполняется жаром возбуждения. Прошлый раз, когда он проявил свою силу и захотел подчинить, она только разозлилась, но сейчас всё было иначе. Мысленно усмехнувшись, Марика поставила на себя ярлык мазохистки и с восторгом отдалась новым ощущениям.

Стараясь думать вовсе не о рыжей потаскухе, которой Марику считал мужчина, он провёл ладонями по стройным ногам, задирая выше юбку платья. Ведьма закрыла глаза и откинулась немного назад, облокачиваясь на столешницу. Он надменно усмехнулся и принялся медленно покрывать поцелуями её шею, самым наглым образом накладывая иллюзию совершенно другой девушки. Не останавливаясь ни на секунду, мужские пальцы ловко расстёгивали пуговицы на платье. И когда ведьма перестала себя контролировать, заносчиво кривиться и застонала от удовольствия, он схватил её за волосы. Рывком притянул к себе и шепнул:

— Запомни, абсолютно все действия, сладкая.

Марика осознала, что этот раунд безоговорочно проигран и сдалась на милость победителя, плавясь как воск в его руках.

В то же самое время, пока ведьма наслаждалась новыми для неё ощущениями, Элина пыталась сладить со зрением, которое постоянно сбоило. Периодами глаза пытались уверить девушку, что теперь у неё два Дариона и восемь друзей-милтанцев. Судя по расфокусированному взгляду этих друзей, они также не могли понять, откуда в комнате взялись неучтённые двойники. Другими словами, все были отвратительно пьяны и уже абсолютно не понимали, что происходит.

Стук в дверь застал всех врасплох и на мгновение заставил протрезветь. Но только на мгновение, потому что стоило кому-нибудь встать на ноги, как пол тут же начинал предательски подниматься и больно бить по голове. Да, падали все резко, быстро и неотвратимо бились головой.

С десятой попытки Ранмиру с Корсом удалось подняться, и они принялись собирать всё со стола, чтобы спрятать следы преступления. Эштиар всё это время стоял молча за дверью и уже подумывал, а не зайти ли без посторонней помощи, и тут очнулась Элина.

— Эт… ик… за нами… — пробормотала девушка заплетающимся языком.

С трудом поднявшись на ноги, она пошла открывать дверь, на ходу спотыкаясь и шатаясь во все стороны под всеобщее возмущённое: «Не открывай!»

Эштиар вошёл в комнату с таким видом, словно хотел устроить лекцию на тему: «Приличные девушки так себя не ведут», — но осознав в каком состоянии та самая девушка, он лишь тяжело вздохнул.

Хранитель осторожно отодвинул Элину в сторону и решил поговорить с братом, пристыдить его. Ведь Дарион обязан был проследить, чтобы Элька не напивалась до такого жуткого состояния. Только разговаривать оказалось не с кем.

Стоило Эштиару увидеть Дара, который лежал на полу, пристроив вместо подушки колени Вига, как у него дёрнулся глаз. Эш не ожидал, что они настолько напьются. Ещё минут десять назад Элина с Даром казались более адекватными. Хранитель перевёл взгляд на остальных, не менее пьяных ребят, и заявил:

— Этих, — он ткнул пальцем в Элину с Дарионом, — я забираю. Ты, — он указал на Ранмира, — наливай.

Ребята, замершие в позе «как получилось», с облегчением выдохнули, и Ранмир налил Эштиару самогона, хоть и с третьей попытки. Задумчиво глядя на стакан в руках, хранитель проверял, есть ли в этом пойле какие-то дополнительные ингредиенты. Не найдя абсолютно ничего неожиданного, Эш залпом выпил напиток, удивившись изумительному вкусу, и протянул:

— Начинаю понимать, почему они не смогли остановиться.

Затем просто перекинул через плечо слабо сопротивляющуюся Элину, схватил за шиворот Дариона, и вышел из комнаты ругаясь на собственную беспечность. Ну кто же мог подумать, что милтанцы умудрятся создать нечто настолько убойное и даже без магии! Эш хотел проучить брата и Элину, но не собирался позволять им напиваться до такого состояния. А ещё его безумно интересовал вопрос, каким образом вся эта компашка собралась утром тренироваться.

— Отпусти меня… Ик. Тиран! Ик. Деспот! — неожиданно возмутилась Элина, висящая на плече хранителя.

Девушка только сейчас осознала, что её куда-то несут и очень возмутилась, что это происходит таким варварским способом. К тому же ей становилось плохо от положения вниз головой.

— Вот сейчас в комнату придём, и отпущу, — усмехнулся Эш, и слегка шлёпнул её по пятой точке. — Просил же, много не пить. А вы… эх, и с кем я разговариваю, — он покачал головой.

— Я не хочу в комнату! — Элина пыталась приподняться на плече, но ей это не удавалось. — Ещё рано!

— Вот именно, — раздражённо произнёс хранитель, — еще очень рано, а ты уже в хлам!

— Не-е-е… Я не пьяная! — она начала болтать ногами и напевать какую-то детскую песенку.

— Эль, прекрати! — Эш старался удержать девушку, ёрзающую и болтающую ногами, но она всё никак не унималась.

— Ну, ко-оти-ик! — протянула Элина. — Пошли гулять! А я почешу тебя за ушком. Хочешь? Могу поцеловать в носик или ещё куда-нибудь.