— Благодарю за объяснение, профессор, — сказала девушка, тщательно подбирая слова. — После разговора с дядей, я поняла причину вашего поступка, и не держу обиды. Но, признаться, испытывала вполне уместное опасение. Теперь мне будет намного спокойней.

— Рад это слышать, — он улыбнулся и внимательно посмотрел на Элину, подавив очередной порыв немедленно пробить её щит, чтобы убедиться в своей правоте, или же ошибке. Но всё, что оставалось Карихару — не меняя выражения лица произнести: — можете идти, адептка де Гис.

Быстро развернувшись, девушка практически выбежала из аудитории и замерла на входе рядом с Дарионом. Рассказывать о беседе с магистром прямо под дверью она не хотела, поскольку и сама ещё не поняла, как следует воспринимать эти извинения. С одной стороны, магистр Карихар поступил правильно и постарался сгладить углы, но с другой… Кто сказал, что он попросту не солгал ради того, чтобы усыпить её бдительность и попробовать ещё раз навредить?

В это же время Эмир хмуро смотрел на дверь и нервно барабанил пальцами по столу. За долгие годы жизни, это был пятый случай, когда он не смог пробить ментальную защиту человека. До сих пор сильных магов можно было пересчитать на пальцах одной руки. Туда входили Верховная, её верный соратник герцог де Круа — отец выскочки преподавателя — а также хранитель Илиры по имени Дарион, император Карха и монстр.

Но если Верховная по умолчанию могла себе позволить подобную роскошь, как оставить с носом любого мага, её хранитель и император с герцогом тоже. То обычная адептка с подобной защитой испугала Карихара. Ведь был ещё и монстр, который сел на трон в империи Карх, приняв облик императора. И кто даст гарантию, что под внешностью милой Элины де Гис не притаилась та самая тварь, которая давно разыскивает Эмира.

К слову, при желании, Карихар мог разрушить любую защиту, даже у Верховной. По крайней мере он так думал. Ведь без преувеличения он являлся одним из самых сильных потомственных менталистов в мире. Только лезть в чужое сознание без разрешения всегда считалось неприемлемым. Но что остаётся делать, когда сталкиваешься с угрозой собственной жизни?

Больше века назад Эмир Карихар приехал в Лаоран да так и остался в академии. Его родина, империя Карх, славилась своими ментальными магами ещё с тёмных времён. Сам Эмир, ко всему прочему, был одним из кровных родственников императора. А все знают, что в семьях аристократов всегда рождались самые сильные маги. За этим рьяно следили, и без сожаления вычёркивали из семейного древа ребёнка, если тот рождался с недостаточным уровнем Силы. Соответственно, императорская семья славилась на весь мир сильнейшими менталистами.

Однажды у Эмира спросили, почему он не вернулся домой, будучи вторым претендентом на трон империи Карх, а остался в Лаоране. Тогда мужчина лишь улыбнулся и отговорился, мол: «Всегда мечтал воспитывать будущее поколение». К сожалению, это была ложь в чистом виде. На самом деле, Карихар попросту спрятался, спасая свою жизнь.

Во время последнего визита на родину, он случайно заглянул в мысли своего брата-императора. В честолюбивом маге взыграло профессиональное любопытство. Слишком сложной была защита на правителе, подобного щита Эмир раньше не встречал.

Вот только то, что будущий профессор Карихар увидел, повергло его в ужас. Под видом императора на троне сидел монстр. Каким образом он занял тело правителя, Эмир не понимал, а версию с материальной иллюзией отмёл напрочь. Надо быть богом, чтобы столь искусно изобразить человека. Соответственно вывод напрашивался сам собой: от императора осталась лишь оболочка.

В тот же день Эмир, испугавшись за свою жизнь, поспешил покинуть империю навсегда. Его не остановила даже возможность вывести на чистую воду монстра и стать во главе империи. Слишком жуткая тьма царила в мыслях у паразита, которого постоянно мучил голод. Чем тот питался, Карихар тогда не знал, и узнавать на собственной шкуре не желал. Так что маг сбежал, бросив все свои богатства и позабыв о привилегиях.

Спустя всего пару часов после визита к императору, Эмир стоял в кабинете ректора Лаоранской академии. Только там была возможность затеряться среди постоянных всплесков чужой энергии. Лирентий не очень обрадовался появлению менталиста, но с удовольствием принял Карихара на должность преподавателя. Он надеялся обрести сильного союзника, и не прогадал — Эмир всегда оставался на стороне ректора и всячески тому помогал.

Так вот, ровно через три дня после побега Эмир понял, насколько оправдала себя предусмотрительная спешка. Империя Карх неожиданно закрыла границы и разорвала все международные отношения. Попытки потребовать объяснений закончились коротким сообщением от императора Аримана: «Настойчивость — верный путь к слабоумию». Что от лица самого сильного менталиста в мире звучало, как прямая угроза расправы.

Конечно, многие кархианцы не поверили в происходящее и всё же поехали проведать семьи. Люди хотели узнать, что же там произошло и живы ли их родные и близкие, которые перестали выходить на связь. Вот только обратно никто не вернулся. Каждый, кто въезжал на территорию империи, будто исчезал, и о нём больше ничего не слышали.

Но Карихар всё же смог связаться с одним из своих друзей и пришёл в ужас от его рассказа. После закрытия границ, император собрал практически всех аристократов и их наследников во дворце, откуда те больше не вышли. Зато многие горожане видели, как стража вывозила тела под покровом ночи. Не сложно было догадаться, что никто из аристократии не выжил в тот день.

С тех пор Эмир старался сидеть тихо и никуда не выезжал из Лаорана. Первый год он даже не выходил из академии, чтобы ненароком не навлечь беду на свою голову, но вскоре понял, что особо его особо не разыскивают и слегка успокоился. В итоге профессор менталистики прожил около пятидесяти лет в Лаоране и успел позабыть о пережитом ужасе. Однако в день вступительных экзаменов, он увидел на Элине де Гис точно такую же защиту, как и на императоре-монстре. С единственным отличием — защита девушки была намного мощнее.

Карихар и сам не заметил, как начал взламывать щит Элины и смог бы это сделать, хоть и не сразу, но его сбили слова одного из новых преподавателей. Так что пробить её защиту не удалось, а вот любопытство и страх никуда не делись. И теперь Эмир внимательно наблюдал за девушкой, в надежде, что та никак не связана с монстром. Ведь если это не так, ему придётся бежать ещё дальше — туда, где нет людей.

В это же время Элина озадаченно пыталась понять, отчего магистр Карихар настолько её боится. Вроде ничего ужасного в ней не было, чтобы сильный маг со стажем держал наготове убойные чары сна и амулет переноса.

— Неужели я такая ужасная? — очень тихо в полнейшем недоумении пробормотала она себе под нос, врезавшись в Дариона.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил хранитель.

— Странно всё, — отозвалась девушка и заметила, что в двух шагах от них стоят Ранмир с друзьями. — Ой, а вы чего не пошли в столовую?

Переглянувшись, милтанцы заулыбались, и Виленд заговорил от лица всех присутствующих:

— Дарина застыла перед дверью с таким перепуганным лицом, что мы решили подождать вместе с ней. У менталистов слишком паршивая репутация, чтобы безоговорочно им доверять. Так чего хотел Карихар?

— Извинялся, — произнесла Элина, а после добавила, глядя на недоумение ребят: — За обедом расскажу.

Махнув рукой, она направилась в столовую. Не важно, что заставило магистра Карихара завести этот разговор и настолько испугаться. Это не было поводом голодать и оставлять без обеда ребят. А вот после того, как они отставили в сторону пустые тарелки, Элина вновь заговорила.

Рассказ о преподавателе, который применил магию на адептку во время вступительного экзамена, вызвал у милтанцев сильное возмущение и негодование. Но стоило услышать, что это была высшая ментальная магия, как Ранмир чуть не бросился к ректору с жалобой. Элина засмеялась на реакцию парня и заверила, что всё нормально и никто не пострадал.