— Есть сломанный фонарик, — вспомнила Софья. — Дать?

— Да! Давай быстрее! А то Механик за себя не отвечает!

Сказав это, сумка начала отчаянно трястись, будто внутри лежал включенный блендер. Осыпавшись мурашками, Софья вытащила из бардачка злополучный фонарик и, аккуратно открыв сумку, сунула его внутрь. На мгновение там зажглись два плотоядных глаза. Затем — вжжж! — и она застегнула сумку от греха подальше.

Илья ей соврал. Никакая это не фотопленка, а… Что это⁈

Секунду у нее был порыв позвать кого-нибудь на помощь, но… как это будет выглядеть? «Спасите-помогите, рыцарь резервации Софья Ленская испугалась сумки, которая отчаянно хочет сгущенки⁈»

— Проводок отошел! — вдруг воскликнули из сумки. — Делов-то!

— Хорошо… — проговорила Софья и включила зажигание дрожащей рукой. Ладно, чем быстрее она доберется до Таврино, тем лучше. Там ей точно помогут.

Броневик поехал к КПП, и всю дорогу из сумки не исходило ни звука, но потом…

— Эй ты! Забери фонарик! — и сумка открылась сама собой.

Вновь на мгновение там мелькнули глаза, а затем фонарик вылетел наружу. Поймав фонарик, Софья щелкнула и едва не ослепла. Он сиял как прожектор.

— Есть сгущенка? — снова заговорила сумка.

— Нет.

— А еще что-нибудь сломанное? Ух-ух, пых-пых! Механику нужно срочно чинить что-нибудь сломанное или есть сгущенку, а не то…

Сумка снова затряслась, и с каждым поворотом машины тряска все усиливалась. Девушка вжала голову в плечи.

— Погоди, доставлю тебя в усадьбу, там и дадут тебе…

— НЕ-Е-ЕТ! — закричали в сумке. — Дай сгущенку! Сейчас!!! Нельзя ждать! Сгущенка или смерть! Сгущенка или смерть!

Софью как водой окатило. Не обещай она Илье доставить эту странную сумку, давно бы выкинула ее или доставила бы «куда следует», но раз так…

Пришлось развернуться и по-быстрому смотаться в столовку. По счастью там осталось немного сгущенки с завтрака. Когда Ленская вцепилась в банки, продавец с поваром посмотрел на нее как-то странно.

— Софья Николаевна, у вас дергается глаз. С вами все нормально?

— Да… — протянула она и умчалась обратно на парковку, а там едва не упустила банки. Вокруг ее броневика расхаживали двое нахмуренных охранников.

Попала… Неужели Призрак снова затеял внеплановое сканирование⁈

— А я говорю, вскрывать тачку надо, Михалыч. Там что-то нехорошо жужжит.

— С ума сошел? Это броневик Ленской! Еще мне не хватало… — и они увидели Софью. — А, вот и она! Софья Николаевна, а там у вас случаем…

— Все нормально, спасибо! — кивнула она и, прыгнув в броневик, захлопнула дверь перед двумя удивленными мужчинами. Обворожительно улыбнувшись, включила зажигание.

Скоро парковка осталась позади и, выруливая к выезду из ШИИРа, девушка скосила глаза в зеркало заднего вида. Банки лежали на сиденье, а из сумки к ним тянулась мохнатая лапка.

— Моя прелесть… Иди к Механику… — и на миг Софья увидела волосатые уши г…

ГРЕМЛИНА!!!

Ударив по тормозам, Софья встала прямо посреди дороги — перед ней был КПП. Сзади взвыли клаксоны, но ей сейчас было не до дюжины разъяренных водил. Сзади притаилось кое-что куда страшнее…

Перепугавшись до чертиков, она попыталась вылезти, но замок отчего-то заклинил. Тогда Софья пошла на отчаянный шаг — распалила в себе Источник, собиралась уже сжечь сумку вместе с этим гадким комочком, как вдруг…

— Кхем-кхем, подруга! — вдруг раздался голос у нее над ухом. — Потуши свои лапки. Это свой.

С замиранием сердца Софья повернулась к пассажирскому сиденью.

А там сидела девушка в голубой курточке и с белыми как молоко волосами. И улыбалась во все свои тридцать два зуба.

— Что-то ты всю дорогу какая-то молчаливая, — обратился я к Аки. — Волнуешься?

Девушка ответила не сразу, но все же оторвалась от окна. В глаза смотреть не стала.

— Да нет… Просто устала…

И снова с отсутствующим видом уткнулась в окно.

— Волнуется, как пить дать! — хихикнула одна из Метт, что облюбовали свободные места в бронетранспортере. — Пульс так и скачет! А Саша вообще места себе не находит!

Впрочем, и бойцы больше помалкивали: дымили да всматриваясь в дебри Амерзонии, мелькающих за окном. Свиридова тоже смолила как паровоз. Кажется, за время пути она израсходовала целую пачку.

— Никогда не думала, что черт дернет снова лезть так далеко, — задумчиво проговорила Акула.

— А ты часто бывала дальше Зеленого сектора? — спросил ее Шах.

Она покачала головой.

— Пару раз. В Желтой сектор ходят отчаянные сталкеры да маги-резерванты из числа психов, навроде папаши Берггольц, — и она с улыбкой кивнула на Милу. Та фыркнула. — Нам же там нечего делать.

Вдруг бронетранспортер резко встал.

— Почему остановка? — спросил Скарабей. Мы все посмотрели вперед.

Дорога обрывалась: перед капотом сплошные заросли, а рядом стоял покосившийся знак «STOP».

— По идее, ехать еще полчаса, — проговорил водитель. — Поворот пропустил что ли…

Магичка не ответила, а только выкинула очередной окурок.

Водитель дал задний ход, развернулся и поехал в другую сторону. Через пять минут снова встал — и снова перед капотом густые заросли, а неподалеку дорожный знак «STOP».

— Ты чего там, Никита? Первый раз что ли? — сунулся в кабину Скарабей. — Дорогу забыл?

— Хрен там! Она опять играется, зараза!

Кто эта «она» можно было даже не спрашивать. Водитель снова развернулся и опять рванул по грунтовке. Вдруг среди деревьев я разглядел улыбающегося мужчину в шляпе.

И не просто мужчину в шляпе, а…

— Странник⁈

Но миг спустя фигура исчезла в зарослях.

— Кто? — спросил Шах. — Ты кого-то увидел?

Я кивнул на окно.

— Видел на обочине мужчину в шляпе и длинном плаще. С чемоданчиком?

Шах покачал головой. Саша, которая все это время смотрела в ту же сторону, тоже. Мила же пожала плечами.

— Может, сталкер? — спросила она, но ее вопрос повис в воздухе, ибо бронетранспортер снова остановился.

Впереди была та же самая история — тупик и знак «STOP». Кажется, мы попали.

Скрипнула дверь, и, выпустив струю дыма, Свиридова спрыгнула в траву.

— Выдвигаемся! Раз дороги нет, дальше пойдем пешком!

Выбравшись наружу, мы огляделись. Лес окружал нас куда ни глянь. Солнце едва пробивалось через эту лиственную шапку. Пели птицы.

— И как тут вообще ориентироваться? — спросил Шах. — По компасу что ли?

Акула хмыкнула.

— Попробуй!

Вытащив компас, он присвистнул. Стрелка вращалась как бешеная.

— А я не верил, что тут такой магнитный кошмар…

— А мы что, уже в Желтой зоне? — спросила Саша.

Свиридова покачала головой.

— До нее еще придется пройтись. Перейдя границу, дойдем до внутренней базы, где можно отдохнуть и узнать новости. Там нас должны встретить резерванты. И… — она посмотрела на Милу, — ваш отец.

— Папа? — раскрыла глаза Мила. — Он здесь?

Магичка кивнула.

— Должен был вернуться еще неделю назад, но что-то его задержало… Как обычно.

Свиридова оглядела наш небольшой отряд «самоубийц», как называл его Скарабей: Шаха, Милу, Сашу, Женю и нас с Аки. Все были оснащены легкими доспехами и оружием. У каждого за спиной был солидный рюкзак.

— Скарабей, идете вперед, — кивнула ему Свиридова. — Я пойду замыкающей. Илья, друг друга всегда держим на виду, рации под рукой, но не сильно на них не рассчитывайте. Не зевайте, атака может быть даже из-под земли. И да…

Сделав паузу, она вытащила из подсумка горстку каких-то медальонов.

— Хотела отдать вам это в ШИИРе, но совсем вылетело из головы. Держите.

И бросила каждому по кольцеобразному медальону. Стоило мне поймать свой, как по колечку забегал зеленый лучик света.

— Это тор, — сказала тут же появившийся рядом Метта. — Только малюсенький.

Да, точно такой же как в Комнате, если не считать размеров, а еще надписи — «Марлинский И. Т. №574917».