— Не на всех эта штука действует, да и не долго, всего-то пятнадцать секунд. В бою только помешает.

Рассвело, над морем с клёкотом кружили чайки, первые рыбацкие лодки направлялись к горизонту. Через час показались первые домишки Коан-хох. Народ уже во всю копошился возле загонов и на причалах. Торговцы толкали тележки к рынку. На нас внимания никто не обращал, и мы без вопросов прошли к трактиру. Внутри никого чужих не было, только орки-стражники у дверей, столы пусты. Уборщица возила мокрой тряпкой по каменным плиткам пола, из кухни раздавался звон посуды. Старуха Хемши спускалась с галёрки в зал, недружелюбно поглядывая на нашу добычу. Кажется, она решила вернуться к своей ипостаси Рыжей Мадам — строгая владелица питейного заведения. Старый Рыночник, распрощавшись с ослиной шкурой стоял за барной стойкой, рассматривал коллекцию напитков.

— Не густо, — вздохнул он, перебирая бутылки.

— Герр Рыночник, вам ли жаловаться? — хихикнул Гнус. — Ослы всё равно ничего кроме воды не пьют. А тут смотрите какой выбор.

Старый Рыночник посмотрел на него с грустью.

— Пошутить решил? А хочешь я из тебя самого осла сделаю? Мне не трудно, — и посмотрел на спускающуюся Мадам. — Хемши, как тебе идея? Будет у тебя два ослика, причём один на постоянной основе.

— У меня уже есть такой постоянный. Уши отрастил по полметра и всё время оправдывается, — она ткнула в меня пальцем. — Ты кого приволок, балбес?

— Это случайно, — покачал я головой. — Наткнулись на них на тропе, пришлось взять с собой, иначе сдали бы нас своему начальству. Пусть посидят в подвале, потом можно будет кумовьям скормить.

— Тебя самого скормить надо.

Старуха прошла к столу у камина. Служанки быстро накрыли завтрак, одна сунула смолистых щепок в поленья и зажгла огонь. Старый Рыночник выбрал наконец напиток, сел рядом с Мадам. Откупорил бутылку со звуком, напоминающим выстрел, и разлил по бокалам. Пахнуло коньяком.

— Рома нет, — сказал он, как бы извиняясь.

Не дожидаясь приглашения, мы прошли и сели напротив. Сегодня стол был сервирован лучше, чем вчера, и разнообразнее. Кроме сосисок в мисках лежали рыба, яйца, сыр, крабы. Последние меня особо порадовали, получается не они меня, а я их съем.

Старушка молчала, лишь поглядывая исподлобья, как мы едим. В своём первичном виде грозной трактирщицы она нравилась мне менее всего. Если Хемши ограничивается тем, что посылает меня куда-то, то Рыжая Мадам постоянно раздаёт затрещины. Она и сейчас была не прочь отвесить мне подзатыльник, желваки на скулах так и ёрзали. Но не стала, наверное, поняла, что последнего своего игрока надо беречь и желательно лелеять.

— Эй, косолапые, — окликнула она стражу у дверей и указала на пленников, — отведите этих в подвал, да свяжите хорошенько, чтоб не освободились.

Выждав ещё несколько минут, она нетерпеливо начала постукивать пальцами по столу. Я сдвинул в сторону объедки, глотнул пива и сказал:

— Мадам, если вам есть, что спросить — спрашивайте. Не стоит портить полировку стола своими когтями.

И втянул голову, ожидая, что теперь-то бабка меня точно припечатает. Но она рассмеялась.

— Балбес, — и проговорила задумчиво. —Почему ж везёт тебе всё время?

— Родился таким, — осмелел я. — Но если хотите, могу поведать одну теорию…

— Замолкни, это был риторический вопрос. Теперь давай по серьёзному. Что выяснил?

Я вытер руки о штаны, подмигнул служанке, чтоб подлила пива, и сообщил:

— Хороших новостей мало, можно сказать, их совсем нет. Хотя вру, одна хорошая новость имеется. В этом Форт-Ройце нет укреплений. Представляете? Вообще никаких. Зато есть гарнизон, и сомневаюсь, что он плохо прокачен. Та троица, которую мы привели, в драке особых навыков не показала, но, во-первых, мы напали неожиданно, во-вторых, у каждого за душой тридцать плюс уровней. Просто так с такими не сладишь, помощники нужны.

— И что предлагаешь?

— Хочу орков привлечь. Одиннадцать кланов, в каждом от трёхсот крепких парней. Если собрать хотя бы половину, появится шанс пробиться к ратуше.

— Орки не пойдут за тобой, — проговорил Старый Рыночник. — Они не пойдут за человеком, тем более без решения Большого Круга. А Большой Круг может собрать только…

— Кухто-ан-таро, великий воин, — согласился я. — Поэтому мне нужна ваша помощь.

— Что задумал, подёнщик? — сузила глаза старуха. — На трясинника собрался?

Как быстро она догадалась! Я только подумал, а она уже бизнес-план на стол положила. Правда его ещё утвердить надо и подкорректировать, но это уже детали.

— По-другому не получится. Я должен созвать Большой Круг и уговорить орков напасть на кадавров.

Старый Рыночник плеснул коньяка в стакан и подвинул мне.

— На-ка выпей. Тебе в голову всё время глупости лезут. Ты хоть представляешь, кто такой этот трясинник?

— Примерно.

— Примерно! Это убийца. У него на лбу так и написано: убиваю тупых подёнщиков по десятку каждый день. А снизу добавлено: бесплатно. Ты последняя надежда на спасение Игры, и вот так запросто отдать тебя на заклание — идиотизм. Придумай что-нибудь другое.

— Были бы мы не в Орочьей топи, я б придумал. Но мы именно там, где есть, да и времени осталось три тайма. Я при всём уважении к вам ничего уже сделать не успею.

— Что хочешь от меня? — загробным голосом вопросила старуха.

— Квест на трясинника. Искать его по болотам можно полжизни, а часики-то тикают. Это наша с вами единственная возможность остановить Хаос.

Получено задание «Болотный ужас вернулся в дом»

Принять: да/нет

Время выполнения: один день

Штраф за отказ: проклятье старухи Хемши

Рыжая Мадам поднялась из-за стола.

— Ближайшее болото в часе ходьбы. Иди, он ждёт тебя.

Я не стал срываться с места и бежать сломя голову убивать трясинника. За плечами была бессонная ночь, тело от усталости и сытного завтрака отяжелело и требовало отдыха. Я проспал до обеда, потом немного погулял по городу, по набережной, забрёл в трущобы, понаблюдал за малопривлекательной жизнью аборигенов. Орков среди них не было, хотя город по праву считался орочьим. Все местные зеленокожие отродья находились на службе у магистрата и несли исключительно охранные функции. Лавки, трактиры и прочие заведения принадлежали представителям торговой гильдии, об этом свидетельствовали особые знаки на дверях: туго завязанный кошель и отпечаток ладони на нём. Я не пропустил мимо ни одно здание, зашёл в каждый магазинчик, оценил товары и услуги.

Цены бравировали, поэтому отбоя от покупателей я не заметил. Простой кинжал с невысокими показателями, которому даже в торговом разделе монашеской гильдии цена десять медяков, здесь продавали за девяносто девять. Бред. Я так и сказал продавцу:

— Бред.

Он загадочно улыбнулся, опираясь локтем о прилавок и сказал:

— Когда прижмёт необходимость, выложишь последнюю монету и не озаботишься дороговизной.

Я тоже улыбнулся:

— Однажды меня прижала необходимость. Это было далеко от этих мест, в локации Форт-Хоэн. Очень было нужно оружие, и я пришёл и взял его.

Торгаш не поверил:

— Таки пришёл, взял, а тебе таки взяли и отдали?

— Ну, не так чтобы взяли и отдали, для начала пришлось отрезать несколько пальцев, а уж после этого да, взяли и отдали.

Торгаш выпрямился и нервно облизнул губы.

— Здесь такое провернуться не получится. Здесь действуют определённые правила. Хорошие, я бы сказал, правила. Магистрат не допустит произвола.

— Да ты расслабься, дорогой, — похлопал я его по плечу. — Я вовсе не собираюсь проворачивать подобную канитель в вашем городке. Всего лишь поддерживаю разговор. Кстати, где у вас лавка алхимика? Хочу взглянуть на его рецепты.

— Первый дом справа на въезде в город, — охотно поведал торгаш и облегчённо выдохнул, когда я вышел на улицу.