А тут она попала в яблочко. Поветрие — мощный магический удар, который сотрясает Резервации раз в несколько дней. Скорее всего, поезд его выдержит, но потом мы будем светиться как рождественская елка.

Вдруг по борту вновь прошелся удар, вагон слегка качнулся. Из коридора послышались голоса:

— Эй, нашли гремлинов⁈ Или хотите обратно в теплушку?

— Нет, там холодно… Гремлины всю отопительную часть разворотили… Ищем-ищем…

Услышав это Механик, схватил себя за голову и застонал:

— Твари! Твари! Твари!

Вдруг Шпилька зашипела, а из-за решетки сверкнул новый взгляд — злобный и отливающий алым.

— Перехожу в боевой режим, — раздался голос у меня в голове, и мое зрение приняло «туннельную форму», а Источник начал разогреваться.

Сквозь решетки я смог рассмотреть уродливую волосатую мордочку, а мой клинок буквально затрясся в ножнах от нетерпения напиться кровью.

Механик же буквально врос в ковер от страха.

— Видел тут гремлина без когтей и с медалью, чел? — спросили меня хриплым голосом. — Чую, Механик у тебя! А ну, выходи, подлый трус!

Не успел я приказать Метте зажарить гремлина прямо в трубе, как в мою дверь постучались. Гремлин в вентиляции мигом исчез.

Не будем торопить события. Один гремлин погоды не сделает, а я нутром чую — он еще заявится и, возможно, в компании. Это мне только на руку — возьмем всю банду одним махом.

Прижав палец к губам, я направился открывать. Дверь ушла вбок, и на пороге показался худощавый парнишка с черными растрепанными волосами и в телогрейке. Из пояса выглядывала монтировка.

— Здравствуйте, ваше благородие, я Женя… Эмм… Женя Устинов, — проговорил он. — У вас же тут есть гремлины?

Я буквально спиной почувствовал, как сердечко Механика на миг остановилось.

— Нет, только кошка, — отозвался я, кивнув на Шпильку.

— Жаль. А вам самим, не нужно ли чего? Я могу стать вашим слугой и сторожить ваш сон!

Я опешил, но, судя по его сверкающим решительностью зеленым глазам, этот парнишка вполне серьезно.

— Пожалуйста! — прошептал Женя и расплылся в зубастой улыбке. — Я умею спать с открытыми глазами, ни один гремлин к вам на пушечный выстрел…

— Ну, что Устинов? — заговорили сзади. — Если там гремлинов нет, то иди ищи в другой вагон. Нечего толпиться в коридоре. Или ты забыл про бесплатный обед?

Парень вздохнул и хотел было уйти, но я схватил его за локоть. У меня возникла идея.

— Давай-ка лучше мы найдем что-нибудь пожевать, — сказал я погромче, украдкой подмигнув Механику. — А то с вечера крошки во рту не было.

— Хорошо! У меня тоже! — обрадовался паренек. — Вернее, я не ел два дня!

— Метта, помоги Механику спрятаться в сундук, и сама не отсвечивай, — распорядился я мысленно, выходя с Устиновым из купе, — как пожалуют его сородичи, мы устроим им небольшой сюрприз. Все ресурсы в скрытный режим.

— Тогда реабилитацию тела отложим на потом, — отозвалась она. — Функциональность восстановлена на 89%. Все основные функции организма в порядке. Одно «но» — я не успела до конца наладить чувствительность.

— Не страшно. Мои враги просто не могут сделать мне больно. Думаю, это их удивит.

Метта рассмеялась.

— Будем ловить гремлинов на живца?

— Угу, пощелкаем всех. Еще и награду получим за этих тварей, — ухмыльнулся я, и Метта-Шпилька, рассыпавшись на кучу мелких «жучков», бросилась исполнять приказание.

Я снова почувствовал, как из геометрики тянет энергию, но другого пути не было. Опустошим ее до дна, а там на заработанные деньги зарядим до упора.

Увидев как к перепуганному Механику подползает сундук на «ножках», я удовлетворенно кивнул и закрыл дверь.

— Ты сбегай справься насчет завтрака, — шепнул я Жене, — а то у меня что-то с ногой. Я догоню.

Устинов охотно кивнул и побежал по коридору, в котором, кроме моего купе, располагалось еще двери в пять таких же. Вагон второго класса был просто огромным, а над нами еще второй уровень. В целом, тварям есть где спрятаться, но если Механик поможет мне загнать их в ловушку, стоит рискнуть. Не будем отходить далеко, и в нужный момент накроем всю компанию с поличным.

Поглядывая по сторонам, я отошел к тамбуру и увидел на стене огромный пропагандистский плакат. Ухмыляющийся мужик в фуражке сжимал в шипастой рукавице выводок мерзких зубастых монстров. Внизу надпись: «Будь бдителен! Души чудов, разбирай юдов, разоблачай шпионов во славу Империи!»

Мимо меня по ворсистому ковру прошла группка молодых людей в поношенных телогрейках. Простолюдины, само собой, и видой у них был отчаянный.

У них под ногами путалась девочка в красном платье. Поглядев на меня блестящими глазами, она ретировалась. Потерялась что ли?

Вдруг раскрылась дверь одного из купе, и на простолюдинов зашипели:

— Эй, а вы что, все еще здесь⁈ Гремлины сами себя не найдут!

Хоть среди них и хватало рослых пареньков, но стайка мигом испарилась. Да, положение в обществе диктует: кто выше на социальной лестнице, тот и приказывает. Мне такая модель не близка, но такое общественное устройство сложилось отнюдь не случайно — всему виной война и суровые условия жизни этого мира.

— Может, прогуляться к локомотиву, поближе к артефакту? — предложила Метта. — И моргнуть не успеешь, как я наполню пирамидки до краев!

Я обдумал ее предложение и покачал головой.

— Нет, подзарядимся, когда поезд остановится на дозарядку. Во-первых, чуд-хранитель тебя спалит, во-вторых, тащить энергию во время диверсии гремлинов — совсем нехорошее дело. Да нельзя надолго оставлять нашего ушастого друга.

Метта, помолчав, добавила:

— А если опять нагрянут эти… Ну, Одержимые.

Я помрачнел. Конечно, забывать об этой «маленькой» проблеме тоже не стоило. Мои таинственные преследователи никогда не давали мне расслабляться.

— Едва ли они сунутся в Резервацию, да и мы уже проверяли поезд, — покачал я головой. — Нет, придерживаемся прежнего плана. Не хватало еще помочь гремлинам спровоцировать катастрофу.

Вдруг я заметил троицу парней в приталенной одежде и с перстнями. Они ходили от одной двери к другой и, постучавшись, проверяли купе. Похоже, боевые маги, и они тоже ищут гремлинов.

— Конкуренты… И чего им не спится? — буркнула Метта, и я посмотрел на часы.

Полседьмого — все нормальные аристократы видят десятый сон!

— Как обстановка? — спросил я свою подругу.

— Пока тихо.

— Ждем.

Метта помолчала, а затем спросила:

— Илья Тимофеевич, можно задать вопрос?

— Ты еще спрашиваешь? Конечно.

— Вы когда-нибудь волнуетесь?

Я улыбнулся.

— А разве волнение поможет нам решить проблему?

Через минуту троица аристократов добралась и до нас. Запевалой был здоровый белобрысый парень. Как и два его друга, одет он был с иголочки, а в ухе сверкала интересная сережка.

— Ага, артефакт-геометрик! — воскликнула Метта.

Она права. В такт шагам покачивалась крохотная пирамидка, по граням которой бегали искорки. Еще парочка артефактов сверкали в кольцах его товарищей.

Еще не хватало, чтобы они сунулись в мое купе! Вряд ли они найдут Механика, но береженого бог бережет.

Я решительно заступил им дорогу, как бы невзначай сверкнув родовым перстнем. На темно-зеленом камешке был герб в виде золотой змеи, оплетающей серебристую букву М. Такой же был и на навершии меча.

— Неплохая сабелька, — улыбнулся парень с серьгой. — У вас в купе все нормально, ваше благородие? Гремлинов нет?

— Вылезал тут один, но я его спугнул, — ухмыльнулся я. — Теперь, наверное, ползают в другом вагоне.

— А ты, гляжу, их совсем не боишься. Как звать?

И он протянул мне руку.

— Барон Илья Тимофеевич Марлинский. А ты? — спросил я, пожав его крепкую пятерню.

— Барон Шаховский, Сергей Анатольевич. Можно просто Шах.

— Тогда зови меня Марлин.

Однако познакомиться поближе нам не дали — что-то где-то грохнулось.