Она снова сидела под дверью и смотрела в щель под ней. Кажется, там мелькнула тень и раздались удаляющиеся шаги.

— Ты ее спугнул! — подскочила девочка и топнула ножкой.

— Ты чего тут забыла? — нахмурился я. — Где твои родители?

Девочка осмотрела меня хмурым взглядом, но вдруг увидела Шпильку и с писком принялась наминать ей бока.

Махнув на нее рукой, я подошел к двери и прислушался. Кажется, там снова горько заплакали.

— Я ее только-только успокоила, а ты… — дернула меня за штанину девочка. — Как мечом махать, так ты самый лучший, а как унять… Ух, эти мальчишки!

И вдруг ее глаза грозно сверкнули. Буквально.

— Ты кто такая? — заинтересовался я и присел перед ней на колено. — Ты же не простая девочка, которая постоянно ходит сама по себе?

Ее голубые глаза слегка подсвечивались изнутри. Я всмотрелся пристальней и обомлел — в полупрозрачном глазном яблоке плавала голубая фигура, которая напоминала…

— Многогранник! — появилась рядом Метта и заходила вокруг нее кругами. — Вот так-так. А ведь я даже не почуяла подвоха! Было у меня ощущение, что она как-то связана с поездом, но грешным делом подумала, что она талантливая магичка, а оказалось…

Я же легонько ткнул девочку пальцем в плечо. Ее красное платье тут же пошло «сеточкой», а сама хранительница артефакта даже не поморщилась.

Физическое тело у нее было, но нестабильное. Как и у всех чудов-хранителей.

— Именно, — кивнула она и, подхватив поля платья, сделала реверанс. — Я хранитель додекаэдра-геометрика, который питает силы этого поезда. Можешь называть меня Ураган, если хочешь. Или Полина для друзей. Мне хотелось как-нибудь отблагодарить тебя за помощь с гремлинами и чудами и подарить тебе…

И она ткнула пальцем в дверь.

— … ее, пока бедняжку не унесли. А ты все испортил!

— Ее? Хранительницу сердечника юда?

— Угу. В артефакте еще теплится сила и немалая. Вчера Степан Варфоломеевич пытался его вытащить, но не смог — тут нужен специальный инструмент, который есть только в Шардинске. Давай быстрее, а то не ровен час, и Бездомный захочет опечатать вагон. Ключ же у тебя?

Я вытащил ключ из кармана. Ладно, у меня появился неожиданный помощник, но на лучшее надеяться не приходилось.

— Метта… Будь наготове. Если существо внутри попробует атаковать, не сдерживайся. На этот раз убьем ее окончательно и бесповоротно.

— Поняла, — кивнула девушка, и Шпилька с угрожающим мявом прыгнула мне на плечо.

Я вставил ключ в замок, и мы с Полиной рука об руку вошли в грузовой вагон. Там царил полумрак, но я сразу заметил останки птицы-юда. Ее свалили в дальнем конце вагона.

Едва дверь за нами закрылась, как оттуда показалась пара белых светящихся глаз.

От автора: Нравится книжка? Поставьте лайк. Автору будет приятно, и он завтра выкатит проду побольше!

А если отправите автору награду, то в скором времени на стене вас будет ждать чибик!

— Зачем ты здесь, люд⁈ — раздался зловещий голос из полумрака. — Смерти ищешь?

Глаза в полумраке недобро сверкали. Находились они куда выше огромной кучи металла, в который превратилась некогда грациозная и величественная птица-юд.

— Нет! — крикнула Полинаи, вырвавшись из моей руки, кинулась вперед. — Мы пришли помо…

— Стой, дуреха! — рявкнул я и попытался схватить девочку.

Бесполезно. Мои пальцы только прошли насквозь, а полуфизическое тело хранительницы колыхнулось.

Вдруг глаза в темном вагоне разгорелись, и вагон сотряс мощный порыв ветра. Зажегся свет, а затем показалась огромная клювастая морда. От одной стены до другой распростерлись полупрозрачные крылья.

Взмах! — и в следующий миг Полину закрутило в воздухе. Пискнув, девочка оказалась в лапах грозного существа.

— Метта, боевой режим! — зарычал я, и Шпилька, рассыпавшись жучками, потекла по моим ногам.

Секунду спустя кулаки начали обрастать шевелящейся массой, а от всплеска силы моего Источника стены покрылись инеем.

— Назад, люд! — зашипело существо, держа Полину когтистыми лапами. — Еще шаг, и я…

— Ой, щекотно! — захихикала Полина и быстро задрыгала ножками. — Рух, пусти!

— Молчи, дитя, а то…

— Не могу! Щекотно!

Взвыв, существо попыталось перехватить девочку, но сделало еще хуже. Полина задергалась, рассмеявшись только громче.

— Метта… — проговорил я, наблюдая эту нелепую сцену.

— Две новости, — ответила моя спутница. — Плохая и хорошая.

— Давай плохую.

— Плохая: эта тварь производит просто колоссальные объемы энергии. Хорошая: энергия сгорает в геометрической прогрессии. Еще секунда и…

Тут тварь засверкала и с воем начала таить. Пискнув, девочка шлепнулась на пол, а от грозной энергетической птицы не осталось и мокрого места.

— … она рассыпется. Фух! Мы победили!

Опустилась темнота. Через секунду вновь послышался отчаянный плачь.

— Ой, больно попе, — заохала Полина.

Зановособравшаяся Шпилька засверкала глазами и осветила помещение.

И вот мы снова увидели останки птицы-юда — железное тело не двигало и коготком. На меня смотрели черные провалы глаз.

Однако рядом с ним я заметил полупрозрачную женскую фигурку, которая сидела, забившись в угол, и мелко дрожала. Единственной ее «одеждой» были перышки на плечах, а также длинные черные волосы, которые скрывали ее худое тело практически полностью. Из пальцев вылезали длинные ногти.

Да, это была именно та дама, с которой мы сражались в голове юда.

— Как я и говорила, Илья, — сказала Метта. — Она в таком виде способна навредить разве что Шпильке. И то, если она будет в коме.

— Уходи… — сказала девушка, не поднимая растрепанной головы. — Прочь!

— Рух, ну что ты⁈ — прыгнула к ней Полина и упала перед ней на колени. — Не плачь!

— Я погибла, я проиграла, энергия на нуле… — простонала девушка и, приподняв голову, всмотрелась в личико хранительницы поезда. — Как тут не плакать?.. Очнулась от спячки и тут… мамочки…

И она снова разрыдалась. Полина сидела и гладила бедняжку по голове.

Да уж, походу, она так рьяно пыталась меня напугать этим нелепым представлением, что просто перегорела. Бывает.

— Слезами делу не поможешь, — сказал я, медленно приближаясь. Шпилька сидела на моем плече, готовая в любую секунду ринуться в бой. — Вы, барышня, как и это мертвое существо, принадлежите мне.

Девушка подняла лицо и уперла в меня свои черные-черные глаза. Внутри вращались два белых многогранника.

Странное зрелище, но у всех чудов-хранителей, похоже, такие глазки.

— Еще чего! — зашипела она. — Никто из людов не может владеть Рух!

— Увы, времена меняются. Скоро эту покореженную оболочку передадут любопытным ученам из ШИИРа, — сказал я, остановившись перед ней. — А твой сердечник заберут одни очень жадные руки.

— Ну и чтоб им пусто было! Я взорвусь, стоит этим ручонкам только коснуться меня!

— Врет, — покачала головой Метта. — Она едва способна в сознании оставаться. Куда там кому-то навредить.

В точку. Видок у нее такой, как будто ее держали на воде и хлебе целый месяц. Какой бы мощной и опасной птица-юд не была вчера, но хранительница ее геометрики нынче опасности не представляет.

— Зачем ты-то сюда пришел, люд⁈ — злилась хранительница Рух.

— Возможно, для того чтобы избавить тебя от страданий? — сказал я, склонив голову набок.

— А может, для того чтобы спасти? — предположила моя спутница, вцепившись мне в плечо.

— Тебе, что ее жалко?

— Ну… Она выглядит такой… потерянной, — смутилась Метта. — Совсем как я еще совсем недавно… Да и ты…

Хранительница артефакта попыталась подняться, но была настолько истощена, что ей удалось удержаться на ногах только при помощи Полины.

— Убить меня?.. — фыркнула она. — Ну давай! Закончи дело!

И расставила руки в стороны. Полина пискнула и загородила ее собой.