— Осматриваетесь? А я думала, что вы уже открыли вино, — Анна направилась к столику, а ее платье преподнесло еще один сюрприз, показав в разрезе юбки стройную ногу в черных туфлях на очень высоком тонком каблуке.

Женщина села в кресло и с улыбкой посмотрела на гостя.

Найдя глазами штопор, Сергей бросился исправляться. Пробка легко поддалась, хлопком взбодрив полную тишину в комнате.

Сразу же наполнив бокалы, Сергей поднял свой.

— Присаживайтесь на диван, Сережа. Там вам будет удобно.

Она подняла за ножку свой бокал, удерживая тремя пальцами, ногти которых были с белым маникюром, своим блеском сочетаясь с браслетом и серьгами.

— За что будем пить, Сережа? — Анна держала бокал на уровне глаз.

Сергей не мог оторвать свой взгляд. На женщине сияло все. И глаза, лукаво-манящие, и вино, играя желтыми лучиками, вброшенными в него светом бра, и лак ногтей с камешками браслета, бросали свои «зайчики».

— Давайте, за встречу?

— Хорошо, — она едва толкнула своим бокалом его бокал, а комната наполнилась мелодичным звоном стекла.

— Вас сильно донимали во дворе мои суетящиеся соседи?

— А кому понравится, что в тихом доселе дворике будет проходной двор для массы народа?

— Так все-таки с чем связан весь этот ажиотаж? Версий много, но все они либо выдумка глупцов из числа жителей, либо сказки от не менее глупых чиновников. Вы ведь если не все знаете об этой ситуации, то гораздо больше, чем кто-либо из моих знакомых.

— Знаю, — Сергей сделал паузу, как будто размышляя на тем, можно ли доверять эти сведения собеседнику. — Прошлая версия, которую нам тогда озвучили, про прорыв водогона, вполне правдоподобна, но это не соответствует действительности. Тут дело связано с историей города. Я надеюсь, что вы не будете обсуждать это со своими знакомыми. Если информация и просочится в массы, пусть это будет не от меня.

— Только для моих ушек, Сережа, — она допила вино и поставила бокал на стол, ближе к Сергею, который понял в этом намек и сразу же наполнил его вновь.

— Наш город основан еще в семнадцатом веке. Сначала поселение, потом крепость. Строился и развивался как часть оборонительной линии государства. Еще по детству помню, что всегда в подростковой среде ходили слухи о подземных ходах, расположенных под всем городом. Они то затихали, то вновь будоражили город. Эта информация скрывалась властями по нескольким причинам. Во-первых, это шло в разрез с планами развития города и его исторической части. Если начинать копать, то большие районы города будут объявлены исторической ценностью и культурным наследием. Уже ни магазин не построишь, ни теплосеть не выкопаешь без соответствующих экспертиз. А это все деньги, которых, как всегда, нет. А, во-вторых, отсекали потенциальных искателей сокровищ в этих подземельях. Опыт других городов говорит, что сокровищ крайне мало, а случаев гибели и увечий много. Вот и скрывали, как могли. Были и провалы, и проседания грунта, но все оперативно засыпалось.

— Было… — Анна задумалась. — Здесь неподалеку, мне родители рассказывали, на старой рыночной площади, как раз перед субботой, был ночью большой обвал. Отец сам туда еще юношей бегал, чтобы посмотреть на уходившие в разные стороны ходы. Провал тогда за пару часов засыпали грунтом. Припоминаю и другие подобные случаи, но не такого масштаба.

— На совещании сказали, что у нас в городе уникальные подземные ходы. Многоуровневые. Занимаются теперь столичные спецы. А в тайне держат, сами понимаете, чтобы энтузиастов-самоубийц подольше держать в неведении и «черных» археологов. Можете спать спокойно, Анна Васильевна.

— У меня тост, Сережа! Но сидя будет не очень удобно. Давайте встанем!

Сергей поднялся, предчувствуя, что подошло время «Ч».

— Давайте переходить в общении на «ты» и, если не против, выпьем на брудершафт.

Сергей кивнул и сблизился с ней, чтобы по традиции тоста пить, обхватив руку тостующего своей рукой. Поза не совсем удобная для употребления алкоголя, но кроме аромата вина он уловил запах женщины. Смешиваясь с винным ароматом, этот запах вызвал в голове парня массу эмоций.

Вино закончилось. Бокалы отставлены в сторону. Взгляды устремлены друг на друга. Теперь важный момент — «печать дружбы». Поцелуй. Сколько раз Сергей слышал истории, что с таких вот тостов начинались отношения. И вот теперь у него такая же ситуация.

Видя нерешительность Сергея, Анна приблизила к нему свое лицо. Для окончания тоста было достаточно простого прикосновения к ее губам, но он позволил себе подступить еще ближе, и обняв ее, прижать к своему телу. Поцелуй получился очень затяжной.

Страсть взорвалась в них подобно вулкану, который долгие годы дремал, накапливая в своих недрах энергию. Теперь для энергии был выход. Кипящая лава вырвалась на волю.

Сергей обхватил Анну еще крепче, покрывая ее лицо и шею быстрыми поцелуями. Ее глаза были прикрыты, а губы ждали его губ. Она обхватила его голову, утопив пальцы в волосах.

Рука Сергея скользнула в вырез платья на спине, спустившись насколько пустила материя. Вторая рука ласкала грудь все сильней и сильней проскальзывая внутрь декольте. Наконец ладонь полностью скрылась под лифом, замерев на груди и слегка сдавив пальцами набухший сосок.

— Я хочу тебя, — прошептал парень, на несколько мгновений прекратив град поцелуев.

— Тебе можно все, — ответ прозвучал, как вырвавшийся стон.

Руки Сергея сбросили бретельки платья в стороны, полностью оголив грудь. Теперь он направил все поцелуи на нее, а женщина, запрокинув голову и прикрыв глаза, продолжала взъерошивать его волосы.

Снова впившись поцелуем в губы Анны, он отступил к дивану, увлекая ее за собой, а она тут же начала помогать ему, одной рукой расстегивая ремень брюк.

Сергей немного ошибся — трусики под платьем были, но они не стали помехой. Сдвинув узкую полоску ткани в сторону, он усадил взобравшуюся коленями на диван женщину, на себя. Доберман, подскочив от крика хозяйки, несколько секунд смотрел на ее извивающееся на госте тело, и косолапя задними лапами, скрылся на кухне.

Монах: Внесены изменения в закрепление кураторов. Ты теперь мой. Отчеты, согласно предыдущего распоряжения, передавать каждые два часа. Уверен, что у тебя получится.

Клирик: Принял.

— Прости, я не сдержался.

— Все в порядке, Сереженька. Ты все сделал правильно, и тебе все можно. Все!

Анна прижалась к нему, закинув ногу на его живот, водя кончиком носа по щеке Сергея.

После дивана он перенес Анну в спальню, где они продолжили любовную игру, так и не успев снять платье. Сергей только сбросил с себя брюки и наконец сорвал с подруги мешающие теперь трусики. Второй раз был не менее коротким, чем первый. Оба были голодны и с радостью наслаждались друг другом.

За тем был очень короткий перерыв. Вначале Анна, а потом и Сергей посетили душ. Когда он вернулся в спальню, женщина встретила его с бокалами вина.

— Утолим жажду.

Вино освежило. Бокалы тут же были опущены на пол, а Сергей оказался на спине, прижатый пальцами, впившимися в его грудь ногтями. Опустившись ниже по его телу, Анна извивалась, подобно змее, будоража любовника прикосновениями своих грудей к его боевому товарищу.

Быстро скользнув вверх, она поцеловала Сергея, сцепившись с ним пальцами, а сама продолжала двигаться, стараясь усесться на него без помощи рук. Попытки любовника высвободить руку, чтобы ею направить, ею пресекались сдавливанием пальцев до боли. У нее получилось. Она двигалась в одном ритме, то закрывая глаза и запрокидывая назад голову, то резко склоняясь для быстрого поцелуя, после которого вновь возвращалась в позу «наездницы-укротительницы».

Монах: Где доклад?

Клирик: Все в обычном состоянии.