Собрав вчерашние покупки в пакет, Сергей направился в самую опасную «красную» зону карантина, о которой обывателям так и не суждено было узнать.

Анна сидела на скамейке возле подъезда, читая книгу, уложенную на колени. Догги, уже вдоволь набегавшись и совершив все свои собачьи дела, растянулся у ее ног, греясь на солнце.

— Доброе утро, Анна Васильевна!

— Сережа! Здравствуйте. Я ждала вас, чтобы убедиться, что с вами все в порядке.

— А с чего это со мной должно быть что-то не так?

— Сон. Просто кошмарный и навязчивый сон. Теперь я точно это знаю. Вижу, что вы что-то купили. В пакете.

— Вечером это было актуально, а вино употреблять с утра, даже не знаю, как можно такое обосновать.

— Эх… Молодость! Таким обоснованием может быть слово «аперитив». Знакомо?

— Алкоголь, подаваемый перед едой для возбуждения аппетита и выделения желудочного сока.

— Вино?

— Белое полусладкое.

— Давайте сюда ваш пакет, — женщина, закрыв книгу, поднялась, протягивая руку. — Пока вы со своим товарищем поговорите, я приготовлю завтрак. Уверена, что вы сегодня спешили и, в лучшем случае, чем-то давились на бегу. Ступайте, он вам с балкона машет.

Дубина спустился в одних спортивных брюках и тапочках.

— А ты, я смотрю, быстро обжился. Рассказывай, что накопилось. Думаю, что минут десять у нас есть.

— Вот с нее и начну. Смотри сам, но Вера уверена, что она на тебя сильно запала. Хотя, с другой стороны, баба она жуть как симпатичная. Я ее как в окно вижу, глаза отвожу, чтобы моя не приревновала.

— С этим сам разберусь как-нибудь. Как вчера отметили вылазку. Много спустили?

— Да какой там! Больше болтали и вспоминали нюансы похода. Анализировали. Бывалый слабоват для второго лидера в пати. Сам это признал. Да и ты, если как-то опять пойдем, не тянешь. Надо или прокачивать перса, или шмотом обвешиваться от пяток до макушки.

— Вот и обвешивались бы, а не бухали.

— Да сколько мы там пропили⁈ По две штуки с носа. Говорю же, больше болтали. Кстати, в другие заводи теперь проход открыт, но кланы в два раза цены на вход взвинтили. Потери за простой отбивать пытаются.

— И как народ? Идет?

— Идет. Но только большими отрядами собираются. После снятия ограничений кланы сливки собрали, как мы в Гнилой, и теперь чтобы что-то заработать, надо вглубь заводей отправляться, а это новые расходы. Туда на несколько часов не ходят. Два-три дня, это как минимум.

— Я пока пас. Занят.

— Да ясно. Служба! Я вообще думал, что поминать будем вновь преставившегося Клирика. Ан нет! Монах, хоть и старый, но сноровка и быстрота реакций обалденная. Он тебя, когда обхаживал по-лекарски, ни одного лишнего движения. Вот только ты тряпичной куклой валялся, а смотрю, уже стонешь. А раз стонешь, значит живой. Силен дед!

— Что у нас тут творится?

— Я же писал. Отряд прошел вниз. Клановые. А буквально за пять минут до твоего появление к ним пополнение отправилось. Еще два десятка прикатили на микроавтобусах. Пехота вниз, машины уехали.

— Что народ говорит?

— Слухи один круче другого. И что тоннель копают в какие-то карстовые пещеры. Вера таких на смех поднимает. А землю куда девают, если тоннель строят? Едят?

— А у нее какая версия?

— Межпространственная аномалия.

— А не с твоей ли подачи у нее такие мысли, дружище?

— Ты что? Нет конечно! Делать мне нечего, в минуса от Системы попасть. Она сейчас какой-то сериал как раз смотрит. Вроде «Врата» называется. Там народ шастает в параллельные миры и таскает оттуда ништяки разные. И каждый раз попадают в новый мир. Ладно, я домой. А то блины остывают.

— Харю не наедай, танк! Кто-то, кстати, собирался в качалку начать ходить? Тут в паре кварталов есть такая. Или с понедельника напомнить?

— С понедельника, — отмахнувшись, как от назойливой мухи, Дубина побежал в подъезд, шлепая тапками по бетонным ступеням.

Когда Сергей только собирался отправляться к Анне, из подъехавшей машины вышла троица представителей «противопожарной службы». Пока они перекуривали, к ним выскочил старичок-академик Иван Иванович и еще пара женщин. Уже через минуту на пятачке перед домом было шумно. Жильцам явно надоело, что к их дому такое пристальное внимание.

Клирик: Гремлин, играем в «местный мент проверил законность».

Гремлин: Принято. Время поджимает.

Сергей, подойдя к спорящим и, показав служебное удостоверение, отошел со старшим в сторону.

— Выручай, Клирик. Я уже тут дважды был. Уже все версии для прикрытия использовал. И обследование на предмет соответствия противопожарным правилам. И составлял акт-предписание о необходимости пропитки деревянных конструкций огнезащитными составами. А мне ведь еще сюда приезжать.

— Сегодня ищи ртуть. Фабула — где-то, кого-то задержали, и они признались, что в одном из этих домов на крыше спрятали пару колб со ртутью. А одну разбили случайно. Возьми какой-то прибор и топай. А я все жильцам подтвержу. Никто же не проверит.

— Спасибо, Клирик! Голова!

— Видно, что ты редко от начальства и прокуратуры отбрехивался. А в следующий раз снова насчет обработки, только по просьбе неназываемой общественности, на предмет обработки менее дорогостоящим средством. Ты же об их безопасности печешься!

— Спасибо!

«Пожарные» отправились в подъезд, где был выход на чердак, а Сергей потратил пару минут, нагоняя страха на обывателей.

Клирик: Обыватели возбуждены движениями вокруг их дома. Версиям участвующих в мероприятиях Игроков не верят.

Линда: Изучите обстановку. Жду предложений по более правдоподобной версии для обывателей.

В полиции это называлось: «Взять в руки золотую лопату». Она хоть и золотая, но раз в твоих руках, заставят копать.

Как ни странно, но мысли пришла мгновенно, но докладывать Системному судье Сергей сразу не стал, решив обкатать этот вариант на Анне. Она женщина недоверчивая. Если на нее подействует, то можно предлагать для внедрения.

Не прибегая к звонку, Сергей вошел в квартиру. Доберман, лежавший у входной двери тут же перешел в зал, скрывшись за диваном.

— Проходите в зал. Я сейчас, — крикнула Анна из глубины квартиры.

В комнате ничего не поменялось с момента последнего посещения. Чисто, аккуратно, уютно. В прошлый раз большую часть времени они общались на кухне, и теперь Сергей более подробно рассматривал обстановку.

В зале царил стиль минимализма. Все было просто и функционально. Никаких аляпистых украшений. Стены с обоями темных тонов гармонировали с плотными шторами, которые сейчас почти полностью закрывали окно, создав атмосферу полумрака.

Из мебели два книжных шкафа, массивный диван, обитый черной кожей, и пара кресел составляли гарнитур. Круглый стол на одной точёной ножке не входил в гарнитур, но по цветовой гамме материалов и стилю изготовления очень с ним гармонировал.

На столе стояла купленная им бутылка вина и два бокала.

— Извините, но я противник портить вкус вина какими-либо закусками, — Анна вышла из второй комнаты, которая была за спиной Сергея, заставив его обернуться.

Увидев ее Сергей был поражен способностью женщин преображаться. Всего несколько минут назад это была учительница литературы, отдыхающая в свой выходной на скамейке в городском парке с томиком любимых стихов. И вот на пороге зала стоит восхитительная красавица, собравшаяся на светский раут в министерство иностранных дел, но решившая остаться дома, чтобы снизойти к посетившему ее гостю.

Сергей замер, не зная, что можно и нужно говорить в такой ситуации. Анна была восхитительна. Черное атласное платье, оголяющее ее плечи, переливалось в лучах трех настенных бра, установленных над спинкой дивана. Светло-каштановые волосы волнами спадали на приоткрытые плечи.

Глубокое декольте, будоража воображение, едва приоткрывало груди женщины, заставляя фантазировать о том, что скрывается под тонкой материей. Сергей был совершенно уверен, что под платьем больше ничего нет, а его организм настойчиво требовал в этом как можно быстрее убедиться.