— Да всё, успокойся уже, — сморщился Дрис. — Утром штурм, крестоносцы прекрасно перебьют нас сами.

Разговор не клеился, впрочем, мы собрались здесь не для того, чтобы обсуждать завтрашнее нападение на замок, а ради посидеть в хорошей компании. Уголёчек запела, мы слушали, вздыхали. С улицы потянулся народ, кому не хватило место внутри трактира, встали у окон. Вечер и пиво располагали к лёгкой тоске, к мечтам о будущем, и совершенно не хотелось думать о том, что для многих это будущее не наступит никогда.

В дверь заглянул Старый Рыночник. Поймал мой взгляд, показал жестом: выйди. Я вышел. Мы отошли подальше от фонаря, и герр Рыночник протянул мне шесть свитков.

— Читай, — бросил он коротко.

Я осмотрел печати. Пять мне были знакомы — «Ускоренный выпуск», по полторы тысячи опыта каждый. Шестой — «Мастер боя» — ещё не встречался. Я осмотрел печать. На оттиске меч, удивительно похожий на моего Бастарда. Что это: сила, меткость?

— Интеллект, — так же коротко пояснил герр Рыночник.

— Чтоб стать мастером боя нужен интеллект? — усомнился я. — Я думал, здесь необходима ловкость.

— Ловкость даёт возможность увернуться и нанести удар, а интеллект — продумать свои действия. Читай!

Я не спешил.

— Как-то неловко что ли. Я здесь со свитками, а мои друзья там с пивом. Некрасиво получается. В темноте. Как вор.

— Ты и есть вор. Да ещё садист вдобавок. Что ты сделал с алхимиком?

Я попытался увильнуть от ответа и сменить тему.

— Знаете, вас не поймёшь. То вы отказываетесь гасить печати, то сами приносите мне свитки. Не хотите объяснить, зачем делаете это? У меня голова от вопросов лопается.

— Читай! — в третий раз повторил герр Рыночник, и поднял два пальца. — Потом сможешь задать два любых вопроса.

— Почему два? Почему не три или один?

Старик засопел, у него явно заканчивалось терпение.

— Всё, понял, — сдался я. — Два так два. Хорошее число, мне очень нравится.

Один за другим я вскрыл свитки с опытом, каждый раз чувствуя внизу живота осторожный холодок. Взяв свиток с интеллектом, я на мгновенье замер, потом сломал печать.

Лишь знания дают нам шанс не оступиться…

Вы прочитали свиток «Мастер боя»

Бумага обратилась дымом — и мир стал чуточку понятнее. Я сунулся в интерфейс.

Уровень: 7, до следующего уровня 12767 единиц

Интеллект: 25 (+5) + 12 = 42

Выносливость: 11 (+5) + 9 + 15 +7 = 56

Сила: 10 (+5) + 19 + 23 + 4 = 61

Ловкость: 14 (+5) + 14 + 21 +10 + 11 + 5 = 80

Меткость: 15 (+5) + 21 + 17 + 9 + 5 = 72

Харизма: 6 (+5) + 9 = 20

Дух: 10

Поглощение урона: 19%

Свободные очки навыков: 5

В скобках, если я правильно понял, указывался бонус клана, все остальные прибавки поступали от шмота. Нормальные показатели. Ещё надо учесть поглощение урона и подарок от гильдии Наёмников в десять процентов к общим данным.

А я ничего боец стал, крепенький.

— Доволен? — усмехнулся герр Рыночник.

— Грех жаловаться. Спасибо вам. Где вы только эти свитки берёте?

— Покупаю у алхимика. Какой второй вопрос?

— Что? — опешил я. — Это не считается, это ремарка! Риторический! Вы не можете…

— Задавай второй вопрос или я ухожу, — безапелляционно заявил старик.

Вот… С губ чуть не сорвалось грубое слова. А если б и сорвалось — не беда, заслужил. Хитрый он всё-таки. Но делать нечего.

— Зачем вы меня так прокачиваете? Вы свитки даёте, Мадам шмотки фиолетовые. Чем я такую благодарность заслужил? Уж точно не за выполнение заданий.

— Задания всего лишь проверка твоих способностей. Заметь — способностей, не возможностей. Возможности как раз улучшают вещи и свитки.

— Но почему я? Почему не Дрис, не Дизель? Да хотя бы Барин тот же.

— Скоро всё узнаешь.

Не прощаясь, старик развернулся и пропал в темноте.

Утром на город навалились тучи. Я струхнул, что снова пойдёт дождь, зальёт землю водой, слякоть, грязь, прочая хрень… Но небо сдержалось. Хорошо. Первыми к замку вышли кланы, встали метров за триста от стен, чтоб не провоцировать арбалетчиков. Костя Лом установил защитные щиты в три линии. Я прошёл вдоль первого ряда, осмотрел: дощатые, трёхслойные, сколоченные внахлёст. Это поможет нам сократить потери на подходе к стенам.

Спустя полчаса появились подёнщики. Одного взгляда хватило, чтоб понять — пришли не все. Около трети потерялись где-то по дороге. В семье не без урода, как сказал бы Архип Тектон. Первая волна встала к щитам, подняли лестницы. Голые установили большие барабаны. Барабанщики повернулись ко мне, ожидая отмашки.

Я собрал вокруг себя офицеров.

— Ещё раз обговорим порядок действий. Как только первая волна поднимется на стену, Дрис пускает вторую. После этого начинаете движение к воротам. Зуд, специально для тебя повторяю: к воротам, а не к мосту.

— Да понял я, — скривился глава голых.

— Дальше смотрите по обстоятельствам, — продолжил я. — Если у нас не получиться войти в башню, тоже лезьте на стену, если получится, врываетесь во внутренний двор. Барона по возможности надо взять живым. Расположение внутренних помещений замка нам неизвестно, поэтому спокойно, без суеты осматриваем каждый переход и каждую комнату. Торопиться некуда.

Таканояма и Зуд ушли к своим, а Дристуна я придержал.

— Не верь голым.

Дрис кивнул.

— Поглядывай за ними. Если Зуд начнёт дёргаться — вали. Таканояму предупреди тоже. И вообще, пускайте голых первыми, пусть поработают клином.

Предупреждение было лишним, Дрис и без моих подсказок видел обстановку. Голые хоть и старались казаться союзниками, но в то же время держались особняком. Вокруг них постепенно сбивались в кучу все несогласные с моей властью. По большей части это были бывшие червивые и нубы, но мелькали среди них и подёнщики. Всю эту неблагодарную шоблу я поставил в первую волну.

Отдав последние распоряжения, я встал за щит и махнул барабанщикам. Те подняли колотушки, ударили. Не знаю, кому пришла в голову мысль использовать при штурме барабаны, но мне их звучание не понравилось. Я вздрогнул, когда к небу умчался оглушительный раскат. Дай бог, чтобы тучи не поверили в этот гром и не разверзли свои хляби.

Мы ухватились за переносные дуги, подняли щиты и медленно двинулись к замку. Шли молча, лишь сопение и редкий матерок выдавали внутренний трепет. Я занял место на левом фланге, Дизель шёл где-то в середине. Там же собрались все наши стрелки с Угольком во главе. Менее всего мне хотелось, чтобы Уголёк выходила на первую линию атаки. Сама мысль, что она может пострадать или, не дай бог, погибнуть, заставляла меня скрипеть зубами, поэтому я собрал всех наших немногочисленных лекарей в центре волны, а Шурке дал отдельный наказ, чтоб он не отходил от девчонки ни на шаг. Впрочем, он и без моих приказов не собирался её оставлять.

Я всмотрелся в колышущуюся массу людей, но не смог разглядеть среди однообразного серо-зелёного шмота ни Уголька, ни Шурку, ни Дизеля.

Шагов за двести до замка прилетел первый болт. Раздался глухой звук, как будто гвоздь вколотили, и щит задробило. Я нагнулся к смотровой щели. Замок был совсем рядом, между зубцами мелькали арбалетчики. С каждым пройденным шагом их фигуры становились всё отчётливее, а удары болтов сильнее. Арбалетчики начали завышать прицел и бить поверх щитов. Закричали раненые. Задние ряды начали жаться к земле и давить на впередиидущих.

Мы прибавили шаг. Боец возле меня всхлипнул, болт разорвал хлипкую кольчугу и пробороздил плечо. Я подхватил его под локоть, не позволяя упасть, а он вынул несколько таблеток из мешка и высыпал их в пересохший рот. Проглотил. Идея снабдить каждого подёнщика индивидуальным набором лечилок работала. Я оглянулся. За нами следовал второй ряд щитов, дальше третий. Потери были, но очень незначительные, получалось даже лучше, чем я задумывал изначально.