– Я начал работать на кухне в двенадцать, – сказал Джордж. – Думаю, юридически это незаконно. Эксплуатация детского труда и все такое.
Сара отхлебнула ромашкового чая и взяла в руки стопку пожелтевших фотографий матери. Сильвия достала их из архива. Джордж протянул ладонь и погладил локоть Сары, и от такой близости кожа у нее покрылась мурашками.
– Помню, твоя мама обожала запеканку с драниками! – сказала Сильвия. – Джордж в итоге научился ее готовить.
– Мы постоянно ее ели, – призналась Сара. – По крайней мере раз в две недели.
– С зеленой фасолью! – вставил Джордж. – Можешь себе представить?
– Какое потрясающее совпадение, что вы двое встретились! – воскликнула Сильвия. – Би рассказала, что Сара на самом деле помогает тебе в расследовании мошенничества. Вы и работаете вместе.
Сара склонила голову и взглянула на Джорджа.
– Я помогаю тебе в расследовании мошенничества? – спросила она.
«Дела». Он говорил об убийстве, заверял, что обратился к ней как к тренеру. Все это время Сара пыталась усмирить интуицию, но та оговорка не давала покоя.
Лицо Джорджа покраснело еще больше, и он покачал головой:
– Нет, мам.
– Так она и сказала… – настаивала Сильвия, – Би что-то говорила о вербовке… как она это назвала, Пол? Информатор?
– Не-а. Другое, э-э… – Джордж сложил руки на коленях и отрицательно покачал головой, сдержанно, но настойчиво. – Другое дело.
– Ладно… Должно быть, я ошиблась.
Сильвия встала и взяла со стойки чайник, над которым висела деревянная табличка с надписью: «В мире, где можно быть кем угодно, будь добрым».
Сара пристально смотрела на Джорджа.
– Видишь? Ты сказал «дела».
– Позже объясню. – Джордж снова потянулся к руке Сары, однако та так и осталась лежать на коленях.
– Давай налью тебе еще чашку. – Сильвия вернулась с чайником. Сара протянула фарфоровую чашку с тонкой ручкой, винтажную, не сильно отличающуюся от той, что она разбила в канун Нового года.
– Очень приятно, что ты здесь, – сказала Сильвия. – Я не так уж много общалась с твоей мамой, но помню, что она была очень милой, и все ее обожали.
Слезы навернулись на глаза. Белый Крюк исчез в темноте за окном, и вместо озера Сара видела их отражение в стекле. Мать Джорджа стояла у ее левого плеча, а Пол склонился к ним через журнальный столик. Сара почти видела в окне и образ своей матери.
– Волшебство какое-то, – прошептала Сара со слезами на глазах, снова запрятав мысли о «делах» Джорджа на задворки сознания. Она решила отдаться радости, что скрывалась за подозрениями. – Думаю, и моей маме понравилось бы, что я оказалась здесь.
Переписка между Сарой Рашель Джонс (Младшей) и Сарой Элизабет Джонс (Тридцатилетней)
26 мая 2023 года
17: Так, я знаю, ты занята. Но это очень срочно.
17:????
17: Серьезно, ты когда-нибудь слышала слово «срочно»?
17: Сара! ДА ЛАДНО! Я знаю, ты не в городе, однако дело не терпит отлагательств. Я звоню.
17: Позвонила четыре раза, потому что, БОЖЕ!
30: Я здесь. Что случилось? Ты в порядке?
30: В чем дело?
30: ОК. Притормози. Сара Двадцать-Семь что-то натворила?
17: Наконец-то. Да. Случилось нечто безумное. Она – НЕ ТА, за кого мы ее принимали.
17: Она психопатка. И она мне угрожала.
17: Она назвала меня «маленькой дрянью» и пыталась напугать.
30: Как-то не верится. НАША Сара? Что ты ей сделала?
17: Что я ей сделала?! Мы были в кофейне. Она взяла и опрокинула стул.
30: Опрокинула стул?!
17: Ну, он упал.
30: Пойми. Я в «Соловьиной трели». С Джорджем и его семьей. Слушаю о своей маме. Это и правда срочно? Потому что я сейчас, можно сказать, в сказке. Серьезно.
17: Я понимаю, прости.
30: Спасибо.
17: Тебе не кажется странным, что наша так называемая подруга позвала меня в кофейню, чтобы наорать и угрожать? И разве тебе не кажется странным, что она дождалась, пока ты УЕДЕШЬ ИЗ ГОРОДА, чтобы все провернуть?
30: Почему она накричала на тебя?
17: Я вскрыла его.
17: Помнишь конверт, который ты для нее забирала? Сколько, кстати, посылок ты уже забрала для этой женщины? И есть ли у тебя ХОТЬ МАЛЕЙШЕЕ представление, что в них?
30: Погоди, что? Что с конвертом? Ты взяла его??!!
30: Ты вскрыла посылку чужого человека? Ты отдаешь себе отчет, что ты не НАСТОЯЩИЙ детектив, да? И что это вообще-то противозаконно?
17: Как ты думаешь, почему она отправляла за посылками тебя?
30: Была занята? Недавно в городе? Ей нужен друг? Не во всем есть подвох.
17: Я не могу найти ничего про Оскара. А ты?
30: Ты несешь околесицу. Все потому, что я теперь с ней дружу? Можно дружить больше, чем с одним человеком. Я все равно буду рядом с тобой. И повторяю, я сейчас занята.
17: В том конверте были фотографии украденного ожерелья Сары Джонс. И документы, связанные с его продажей.
30: Послушай, она работала няней у Джонсов. Может, она им помогала.
17: Я писала Руби! И она не в курсе! Она сказала, что ожерелье пропало и они понятия не имеют, где оно!!!!
30: Вероятно, Руби не всем с тобой делится. Знаю, ты расстроена; поговорим, когда я вернусь.
17: Меня может не оказаться, когда ты вернешься. Я запру дверь, но…
30: Думаю, с тобой все будет в порядке. Ладно?
17: ДА, БЛИН!
30: Все, я пошла.
Переписка между Сарой Элизабет Джонс (Тридцатилетней) и Габриэллой Джонсон (Сарой Двадцать-Семь)
26 мая 2023 года
30: Привет, там что-то странное произошло с Младшей? Она мне пишет.
27: 🙄 Меня попросила встретиться с ней Руби. Ребенку не нравится ее напор.
30: Правда? А мне казалось, она сама хотела вступить в проект.
27: Похоже, Младшая слишком много пишет, спрашивает подробности, про ожерелье. Руби… ну, ты знаешь.
30: Понятно. Значит, вы поссорились, я правильно понимаю?
27: Типа того.
30: Прозвучит безумно, но ты опрокинула стул?
27: Опрокинула стул? Э-э, нет.
30: Так я и думала.
27: Как там дела в лагере?
27: Наслаждайся. С Младшей можно разобраться, когда вернешься.
30: Спасибо. Погоди, еще вопросик.
27: Да?
30: Ты ничего от меня не скрываешь? Типа, про Оскара или ожерелье? Я люблю тебя, надеюсь, ты это знаешь. Ничего не хочешь рассказать?
27: Да нет.
30: Целую. Обнимаю. У нас все хорошо. Увидимся в воскресенье?
Глава 29
26 мая 2023 года
Ночь у Найтингейлов закончилась парой историй о Джордже – как он врезался лодкой в причал на глазах у семи стажеров, как не смог найти веймутову сосну[175] на занятии по определению деревьев, как сломал посудомоечную машину накануне свадьбы с банкетом. В отличие от спокойного и сдержанного отца Сары, Пол был общительным, говорил с удовольствием, его смех звучал легко, а улыбка казалась теплой. Когда он радовался, кожа собиралась в уголках глаз, совсем как у Джорджа.
Сара понимала, почему Джордж не мог так просто отказаться от работы у отца и уйти в ФБР. Лагерь «Соловьиная трель» хранил в себе самую суть счастливого детства, но Джордж носил в сердце память о Генри, который так и не смог его прожить.
Тем не менее, если Пол и Сильвия испытывали какое-то недовольство из-за того, что Джордж ушел в ФБР, это никак не ощущалось. Никто не перешептывался, не отпускал саркастических комментариев. Покой лагеря, казалось, исходил именно от этих людей. Сара почувствовала себя принятой. Неудивительно, что Эйнсли тоже здесь нравилось.
