Гленис прижала ладони козырьком к стеклу и заглянула в книжный магазин – из самого дальнего угла витрины. Шарлотта помахала ей. Убедиться хотела, что Трев ушёл?

– Рози здесь? – Гленис дошла только до порога и остановилась.

– Она ушла пообедать. Я могу вам чем-нибудь помочь?

– Утром вы, наверное, решили, что я не в себе. – Она подошла к прилавку. – Убежала вот так, ни с того ни с сего. Просто уж кого-кого, а молодого Трева я здесь увидеть не ожидала.

– Он приехал навестить Рози. А что тут удивительного?

– Город заполонили полицейские – и всё благодаря… ей. – Гленис взглянула на стену за спиной Шарлотты, на фотографии. – Будьте добры, снимите вон ту фотографию. Я заплачу Рози за рамку, но забрать её хочу прямо сейчас.

Удивившись внезапной жёсткости в голосе Гленис, Шарлотта проследила за её взглядом. На снимке были Октавия с бывшим мужем и Фред с Гленис.

Сначала – все экземпляры книги мужа, теперь – его фотография. Неужели, найдя тело Октавии, Гленис разбередила и собственное давнее горе?

– Вам удалось разыскать ещё экземпляры книги Идеальные фотографии Кингфишер-Фоллс? – Шарлотта надеялась отвлечь Гленис.

– Нет. У вас есть стремянка, чтобы снять фотографию?

– Всё, что я могу, – поговорить об этом с Рози.

Лицо и шея у Гленис покраснели. Она посмотрела Шарлотте прямо в глаза – с откровенным разочарованием.

– Что ж. Я ещё вернусь. – Она вскинула подбородок, развернулась и гордо вышла, снова свернув прочь от города.

Странное поведение. И почему она уже второй раз за день направлялась в ту сторону? Шарлотта поспешила выглянуть на улицу. Нигде поблизости не было видно припаркованной машины – только Гленис сердито топала к водопаду. Насколько вообще можно топать, когда хромаешь. Но ведь водопад был для неё памятным местом. Горе – даже давно похороненное – порой толкало людей на странные поступки.

От размышлений Шарлотту отвлёк звонок телефона в магазине. Звонили из охранной фирмы – той самой, чью смету она в итоге и выбрала. У них в последний момент отменился другой заказ, и установку можно было начать сегодня же, после обеда. Шарлотта тут же согласилась. Наконец-то хоть что-то полезное.

– Льюис за меня волнуется, Чарли.

Рози уже собиралась уходить: они с Тревом договорились поужинать пораньше. О том, что Шарлотта тоже пойдёт, речи не было. И хотя по большей части она была этому рада, в крошечном уголке души всё же шевельнулась обида: её не позвали. Но после того, как она едва не расклеилась в ванной, держаться от Трева подальше было в её же интересах.

– А почему Льюис волнуется?

– Я рассказала ему о взломе, и…

– Погоди. Прости, что перебиваю, но он не знал?

– Конечно, нет. – Рози нахмурилась. – До сегодняшнего дня об этом знали только ты и полиция. Хотя, заметь, я-то ждала, что Сид всё растрезвонит на весь город, как он обычно и делает.

– Я тебе не рассказывала, но как-то утром, когда у тебя дома меняли замки, Генри забежал в магазин. Он случайно услышал, как Терранс спрашивал Джонаса, знает ли тот о взломе.

– О том, что ко мне вломились? Откуда бы Террансу знать?

Шарлотта пожала плечами.

– Я решила, что ему сказал Сид. Только вот никак не пойму, при чём тут вообще Сид. Терранс, Джонас и Вероника явно замышляют что-то недоброе. Может, они и держат его в стороне, пока он им не понадобится.

– Или он просто затаился. Из-за других полицейских в городе. – Рози по-прежнему хмурилась.

– Когда детективы брали у меня показания, он ворвался и устроил сцену из-за того, что Брайс терзал ксерокс. В общем, ты говорила, что Льюис за тебя волнуется.

– Он спросил, не хочу ли я ненадолго… ну, съездить с ним куда-нибудь отдохнуть. Пока вся эта кутерьма не уляжется. Чтобы я передохнула.

Шарлотта замерла с пачкой пересчитанных банкнот в руках.

– И как тебе такая идея?

– Сама не знаю. – Уголки губ у Рози приподнялись. – Так мило, что он предложил. Может, в другое время…

– Я присмотрю за Мэйхемом и Мэллоу. Буду поливать сад. Управлюсь с магазином.

– Спасибо, дорогая. Может, в другой раз я и поймаю тебя на слове. Но что-то во всей этой истории подсказывает мне, что оставаться надо именно здесь. Мне пора домой. Ты тут справишься?

– Две секунды. Только уберу деньги в сейф и выпущу тебя. – Шарлотта на ходу свернула кассовую сумку, метнулась на кухню и открыла сейф в нижнем шкафчике. С безопасностью теперь полный порядок. Она взглянула на только что установленные регистратор и монитор.

– Я ухожу!

– Прости! – Шарлотта подоспела к входной двери как раз в тот миг, когда Рози её открывала. – Хорошего ужина. Вам обоим не помешает спокойно поговорить.

На лице Рози мелькнула неуверенность, но она улыбнулась.

– Увидимся утром, дорогая.

Шарлотта снова заперлась в книжном магазине. Рози была сама не своя. В любой другой день приезд Трева и то, что Льюис хочет о ней позаботиться, заставили бы её петь от радости. А теперь на её долю выпали взломщики, визиты полиции, смерть бывшей подруги – и что-то ещё. Её тайна, какой бы она ни была.

Сразу после обеда, как и обещали, приехали двое молодых монтажников из охранной фирмы и смонтировали систему видеонаблюдения: камеры передавали изображение на кухонный монитор. Камеры поставили и вокруг квартиры, а Шарлотта получила код доступа и теперь могла в любой момент вывести картинку с любой из них на телефон или компьютер. На следующий день монтажники обещали вернуться и повесить новые светильники вдоль проезда и наверху лестницы, но даже этого хватило, чтобы Шарлотта наконец почувствовала себя в безопасности. А ей это было очень нужно.

Вернувшись на кухню, Шарлотта несколько минут разглядывала монитор. Странно было видеть книжный магазин с высоты птичьего полёта – глазами камеры. Двойным щелчком она поочерёдно разворачивала изображение с каждой камеры на весь экран. Картинка оказалась такой чёткой, что нашлась даже пара пятен, которые она пропустила, когда в последний раз мыла окна.

Камера, направленная на прилавок, чётко показывала ту часть магазина, где они с Рози проводили немало времени. И стену за их спинами – с фотографиями.

– Зачем вам эта фотография, Гленис?

Просьба Гленис озадачила Рози не меньше, чем Шарлотту. Точнее, требование. Но Рози покачала головой и отказалась отдавать снимок. Насколько ей было известно, в редакции газеты ещё можно было купить копию. А если нет, Харприт без труда сделает ещё одну.

– Этот снимок Грэм вставил в рамку, как и все остальные. К тому же у Гленис должна быть своя копия с той церемонии. Фред так гордился наградой, что наверняка держал на виду и фотографию, и саму награду, – сказала Рози.

Ещё одна маленькая загадка – но на пробковую доску она не просилась. Гленис нужно сочувствие, а не подозрения.

Шарлотта вернула на монитор общий вид со всех камер и потянулась за сумкой. Она уже собиралась уходить, когда на изображении с наружной камеры кто-то появился. Человек остановился так, что в кадр попали одни ноги – голые, от короткой юбки до туфель на высоких каблуках. Вероника?

Да, это была она. Вероника прошлась туда-сюда перед витриной, поглядывая на улицу. Мимо проехала пара машин, и она поднесла телефон к уху, будто с кем-то разговаривала. Или всё-таки разговаривала? Когда машины скрылись из виду, она опустила руку, подошла к двери и повернула ручку.

Да вы издеваетесь?

На миг Шарлотту обожгла страшная мысль. А дверь она точно заперла? Если Вероника вплывёт сюда как к себе домой и явно не с добром, можно будет запереться на кухне и вызвать полицию. Ну да. Позвонить Сиду – уж он-то непременно поможет. Как бы не так.