– Уверена, она где-то недалеко от дома и не будет против, если ты заедешь. Если у неё ещё остались все те книги, она наверняка одолжит нам одну на вечер.

– Ну да. Прямо манит, – пробормотала Шарлотта, выбираясь из машины с телефоном в руке – вместо фонарика.

Дом окружали эвкалипты, а за ними – сосны с фермы Дарси. Может, при дневном свете здесь и было красиво, но сейчас от этого места веяло одиночеством и печалью. Она поёжилась, хотя духота нарастала и обещала новую грозу.

Она постучала во входную дверь, не ожидая ответа. И не получила. Решив подождать несколько минут на случай, если Гленис вернётся, Шарлотта обошла дом по периметру. Все шторы были задёрнуты. За домом она повела фонариком по сторонам. Бельевая верёвка. Больше ничего.

Шарлотта сморщила нос. Дым. Она пошла на запах и вышла к открытому кострищу у ряда деревьев. Другого слова для грубо вырытой ямы, обложенной старыми кирпичами, Шарлотта подобрать не могла.

Огонь не горел, зато яма почти доверху была полна обгоревшей бумаги и коробок. И книг. Шарлотта наклонилась и ахнула. Большинство уже не спасти, но сбоку лежал обгоревший и всё же вполне узнаваемый экземпляр книги Фреда. Остальные были того же формата и размера – то есть то, что от них осталось. Гленис купила их и сожгла.

Шарлотта вытащила уцелевшую книгу из ямы и стряхнула с неё сажу. Края страниц почернели, но в остальном экземпляр был в порядке. И если Гленис жгла их – своего рода очищение от горя, – то одной книги она точно не хватится.

Внезапно сумерки сменились ночью, и дом будто ещё сильнее отрезало от мира. Шарлотта выпрямилась. Ждать Гленис она не собиралась.

Она поспешила к машине, юркнула за руль и, тихо усмехнувшись собственной глупости, заперла двери. Холодок по спине усиливался с каждой секундой, что она здесь оставалась, – и Шарлотта с облегчением вздохнула, когда мотор завёлся и вспыхнули фары. Выруливая по подъездной дорожке, Шарлотта стиснула руль. А вдруг в кустах что-то прячется?

– И что же именно, Чарли? Возьми себя в руки.

Вернувшись на грунтовую дорогу, Шарлотта прибавила скорость, но всё равно следила за каждым движением на обочинах – вдруг там скачут кенгуру. У поворота на городскую дорогу навстречу выехала машина, срезая угол, и Шарлотта ударила по тормозам, чтобы не столкнуться.

Сердце колотилось. Шарлотта оглянулась на удаляющиеся огни.

Машина Гленис.

Вернувшись к дому Рози, Шарлотта заперла книгу в машине и поспешила внутрь. Больше всего ей хотелось поехать домой и изучить обгоревшую находку вдоль и поперёк – с лупой и без Рози.

– Ты видела Гленис? – Рози встретила её у входной двери. – Заходи. Пиццу привезли несколько минут назад.

Пицца. Чёрт. Совсем забыла про еду.

– Я поставила её в духовку на подогрев, так что, может, достать?

– Я помогу. – Шарлотта заперла входную дверь и пошла за Рози. – Гленис я видела – правда, только после того, как она чуть не снесла мне передок, срезая поворот!

– Ой-ой. Блестящим водителем она никогда не была, но, боюсь, с годами стала просто беспечной. И что она сказала?

– Это было у поворота, а я уже успела съездить к ней, так что возвращаться не собиралась. Ты там бывала?

Рози вытащила из духовки коробку с пиццей, и очки у неё тут же запотели.

– М-м…

– Погоди. – Шарлотта взяла коробку и закрыла дверцу духовки. – Вот они, издержки очков.

– Ох и раздражает же. – Рози сняла очки и протёрла их. – Я там бывала. Место и вправду на отшибе, да?

– Ночью там жутковато – ни огонька, а вокруг все эти громадные деревья, будто следят за мной.

– Как сказал бы Лаки, деревья не следят за людьми.

Да уж, он бы так и сказал.

Шарлотта улыбнулась.

– Интересно, как там Эбби. И все они.

– Уверена, скоро узнаем. Тарелки я уже поставила на столик во дворе.

Пицца была восхитительной и утолила голод, который Шарлотта весь день старалась не замечать. Кошки крутились рядом, будто в надежде, что и им перепадёт, – и Рози их не подвела, угощая крошечными кусочками мяса.

– Гленис звонила раньше, – сообщила Рози.

– Раньше? Когда?

– Тебя уже давно не было, и она сказала, что увидела пропущенный вызов на мобильном. Мол, была на смотровой площадке, молилась и не слышала звонка.

– Ты спросила её про книгу?

– Спросила. Я и договорить не успела, как она отрезала: «Нет! Они мои!» Тогда я объяснила, что ты ездила к ней домой, и она бросила трубку.

– Летела, чтобы велеть мне держаться подальше от её кострища.

– Кострище? Ну, тебе ещё за руль, так что нельзя, а мне-то можно – выпью. В холодильнике есть сок. – Рози скрылась в доме. – А теперь рассказывай всё.

– Посмотрим, какие у тебя секреты.

Шарлотта вышла с книгой на балкон, включила верхний свет и отпила вина.

Было уже поздно. Она рассказала Рози о странной находке, и они успели порассуждать о том, что творится в голове у Гленис. Практику Шарлотта оставила, но помочь Гленис справиться с горем ей хотелось. Завтра Рози позвонит ей ещё раз – вдруг та согласится выпить с ними кофе. Если Гленис согласится, Шарлотта по-дружески подскажет ей несколько приёмов, которые помогают держаться. Если, конечно, Гленис захочет её слушать.

Прежде чем открыть книгу, она неспешно вернулась в дом, поставила телефон на зарядку и оставила его на стойке. С лупой в руке Шарлотта села и открыла первую страницу.

Несколько недель назад, вскоре после того как она начала работать у Рози, Гленис как-то зашла и показала Шарлотте фотографии, которые отдала для книги. Горсткой собственных снимков она гордилась безмерно, но тогда Шарлотта ещё ничего не знала ни о трудном браке Гленис, ни о том, как не любили её мужа.

Первые страницы были обычными для таких изданий: сведения об авторских правах и прочее. Авторство всех снимков приписывалось Фреду, кроме шести на перечисленных страницах: их сделала Гленис.

Посвящение от Фреда.

Моим любимым матери и отцу – за то, что верили в меня.

Какая пощёчина жене. У Шарлотты защемило сердце от жалости к ней. Вечно в тени.

На другой странице перечислялись снимки флоры и фауны. Зимородку отвели целый абзац – с примечанием, что Фред за всю жизнь сфотографировал лишь одного.

– Ха. А я одного уже видела – и сфотографировала.

Она отпила вина. День дал о себе знать. Всё разом: утренний звонок, злость Трева, визит детективов. И дом в кольце деревьев. Поёжившись, она листала дальше.

Ей попался интересный снимок водопада на всю страницу, сделанный с травы у заводи. Какой красивый кадр. Вода – кристально чистая, небо – идеально синее. Любой, кто это увидит, захочет здесь побывать. Она так хорошо знала и мягкость этой травы, и шум падающей воды.

Бокал опустел; она пошла налить ещё и по пути глянула на телефон. Её ждали сообщения. Два от Трева. Одно от Катрины. И одно от Брайса. Ну вот, теперь у неё есть и его номер. Но книга интриговала сильнее, так что открывать она ничего не стала – телефон остался заряжаться.

Страница за страницей удерживала её внимание, а потом, ближе к концу, появилась та самая красивая фотография из газеты – только в ярких красках и на глянцевой бумаге. Автором снимка значился Фред; рядом стояла дата.

Шарлотта отлистнула назад: на предыдущей странице стоял снимок Гленис – тоже с подписью и датой. С той же датой. Должно быть, на днях она неправильно поняла Рози, которая говорила, что Гленис и Фред не стали бы снимать в один день: вместе они работать не могли. Или кто-то просто перепутал даты.

Подняв лупу, Шарлотта стала рассматривать реку – от подножия водопада до того места, где та скрывалась за плавным изгибом. Чуть в стороне виднелся крошечный пляж – тот самый, куда она хотела добраться на лодке. Ивы нависали над дальней частью реки, почти смыкаясь над сужающимся руслом. Где-то здесь она раньше заметила несоответствие в газетном снимке, но сейчас оно ускользало от неё.