Он медленно кивнул.

— Попросите Луби прислать весточку на Уоппинг-стрит, если он не возражает поговорить, и я буду готов с ним встретиться.

— Что-нибудь еще?

— Помогите разыскать Колина. — Мой голос вдруг сел. — Где Райли может его держать?

Маккейб сделал шаг назад, снова поставил стул на две ножки и побарабанил пальцами по перекладине его спинки.

— Колина нет уже три дня, — продолжил я. — Просто хочу увидеть его живым.

Главарь «Каменщиков» склонил голову к плечу и покосился на меня.

— Что заставляет тебя заботиться о человеке, который слова хорошего о тебе не скажет?

Его слова меня задели, однако я, сунув руки в карманы пальто, ответил:

— Это не имеет значения. Я — должник ма Дойл, и мне вовек с ней не расплатиться. Колин на самом деле хороший парень. — Мой голос окреп: — Как только его найду и удостоверюсь, что он в безопасности, начну поиски Райли, и, клянусь, он от меня никуда не денется. Если он виновен в убийствах ваших людей — а я думаю, что виновен, — его вздернут.

— Если осудят, — заметил Маккейб.

— Если кровь на его руках, я сделаю для этого все возможное.

Вероятно, мой тон убедил главаря «Каменщиков». Он медленно кивнул, и последний рубеж его обороны пал. В конце концов, мы желали одного и того же — что еще нужно?

— Где он живет?

Маккейб выпрямился, снова опустив стул на четыре ножки, и ответил:

— У его сестры дом на Малоун-стрит. Живет там с мужем. Мать — прямо за углом, на Ярроу. О других его родственниках я не слышал. Мои люди стояли и там, и там, но Райли у родных ни разу не появился.

— Где еще он может скрываться?

Маккейб покачал головой.

— В какие пабы ходит? Работал ли когда-нибудь в порту?

Главарь «Каменщиков» задумался.

— Знаешь паб «Полумесяц»?

Он запахнул пальто и застегнул три верхние пуговицы.

— Нет. Где это?

— На углу Глэмис и Редкасл, к югу от Кейбл-стрит. Раньше там была пекарня.

— Хотите отправить меня туда — не знаю куда? — Он глянул на меня с хитрым прищуром и ничего не ответил. — Маккейб, мне нужно ваше слово, что вы не убьете Финна Райли. Возможно, он станет важным свидетелем на суде против Хоутона и «Лиги стюардов».

— Не надо мне приказывать! — вздернул голову он.

— Если вы его убьете, я приду за вами, а мне этого не хочется.

Маккейб примирительно махнул рукой.

— У меня есть кое-какие дела. Наведаюсь в Ламбет и буду там до завтрашнего вечера. На это время Финн и весь Уайтчепел в твоем распоряжении.

Открыв дверь, он встал вполоборота, выпроваживая меня на улицу — сказывалась старая привычка не выпускать из вида возможного противника.

— До скорого.

Перекресток Глэмис и Редкасл находился в восточной части Уайтчепела, которую я знал не слишком хорошо. Район протянулся с северо-запада на юго-восток, и перекресток, как и многие другие в этом районе города, располагался под неправильным углом. Остановившись перед дверью паба, я испытал нечто странное: не ощущение близкой опасности и не чувство дежавю, но инстинктивную потребность сориентироваться. Сделав шаг назад, двинулся в южном направлении. Дойдя до пристани, повернулся спиной к реке и окинул взглядом теснившиеся у берега дома.

Луна бросала бледные лучи на два старых склада. Их боковые стены почти примыкали друг к другу, и с другой точки могло показаться, что это единое целое. Я присмотрелся внимательнее: на фасаде первого — никаких вывесок, а вот у двери второго имелась поблекшая табличка. Пришлось подойти ближе, и тогда блеклые буквы сложились в два слога: «Хоут…»

У меня заколотилось сердце. Конец слова безнадежно выцвел, но я готов был побиться о заклад, что старый склад, расположенный совсем рядом с пабом, — собственность Хоутона. Нет ли между ними подземного хода? Подобные туннели в зданиях у реки — дело обычное, особенно в тех, что строились в эпоху высоких налогов на чайный лист, которые делали торговлю невыгодной, и чай в основном возили контрабандой.

Заброшенный склад — как раз то место, где Райли мог бы держать в плену Колина. Обязательно надо его осмотреть… Я обошел здание вокруг, однако окна были заколочены досками, а дверь заперта на замок.

Вернувшись к пабу, я вошел внутрь. В длинном продолговатом помещении плавали клубы едкого дыма — за огнем в очаге никто не следил. Четверо мужчин лениво перекидывались в карты за втиснутым в скошенный угол столом. У противоположной стены проститутка в висящем как на вешалке платье — видно, знавала более сытные годы — гладила по голове мужчину, угрюмо уставившегося в кружку эля.

Бармен, молодой парень с сальными, свисающими на лицо патлами, пытался починить отскочившую ручку кастрюли, но, заметив мое приближение, поднял голову. Насторожился, быстро распознав в новом посетителе полицейского, но мне было наплевать.

— Я ищу Финна Райли. Он сегодня здесь?

— Нету его, — равнодушно ответил бармен, не отрывая от меня взгляда.

— Мне нужно попасть в старый склад Хоутона, — понизив голос, сказал я. — Есть здесь подземный ход?

Молодой человек покачался на каблуках и, окинув осторожным взглядом зал, пробормотал:

— Когда-то был.

Снова потянувшись за отверткой, добавил:

— Месяц назад здесь появились люди Хоутона и заложили проход кирпичом. Пройдите через кухню, потом вниз по ступенькам. Сами увидите.

Бармен явно не врал.

— Мне потребуется фонарь, — сказал я.

— Там и возьмете, — кивнул он на узкую дверь за спиной.

На кухне я обнаружил девушку, неторопливо чистящую картошку. Ее челюсти равномерно двигались; на лице было написано чувство вины. Наверняка жевала сырой картофель, а может, и очистки. Кожура, долго перевариваясь в желудке, дает даже большее ощущение сытости.

Улыбнувшись служанке, я снял с крючка фонарь и пошарил в кармане в поисках спичек.

— Спички там, сэр, — произнесла девушка, указав на полку.

Я поблагодарил ее, поджег фитиль и вышел через заднюю дверь в переулок. Еще раз обошел вокруг склада, протиснулся по узкому проходу между ним и соседним зданием, обогнул его сзади и снова вернулся к фасаду. Передо мной было три двери. К одной, железной, спускались каменные ступеньки; на петлях засовов висели два тяжелых замка. На двух других отсутствовали ручки, открывались они только изнутри, так что мои отмычки оказались бы здесь так же бессильны, как дробь против стены бастиона. Низко расположенные окна надежно забили досками. Ни единой щелки… Стены ровные, гладкие, ни пожарных лестниц, ни выбоин, куда можно поставить ногу. Неприступность здания внушила мне тревогу. Сделав еще круг в поисках водосточных труб, я обнаружил, что таковых было две, однако хозяева их сняли.

Возможно, использовали для нового склада Хоутона? Да нет, странно. Склад ведь пустой, зачем такие усилия?

Потому что здесь чертовски хорошее место для хранения оружия, подсказал мне внутренний голос.

Я в третий раз обошел здание и в лунном свете приметил блеск прорезанного в крыше наклонного окна. Вот и лазейка… Только как подняться наверх? По стене не заберешься, это я уже понял.

Соседний склад был в куда более плачевном состоянии. Перебежав к нему, я присмотрелся. Кирпичная кладка местами осыпалась, частично обвалилась — полно выемок, есть за что зацепиться. Вполне можно залезть наверх и перепрыгнуть на низкую крышу склада Хоутона. Дальше проникну внутрь через окно, вот только фонарь придется оставить внизу, иначе так недолго подпалить себе пальто. Я задул его и пристроил у стены.

Хорошо, что ночь сегодня лунная…

В юности, когда мне приходилось промышлять воровством, подобные препятствия я брал на раз, однако пять или шесть приобретенных с тех пор стоунов делали задачу не столь уж легкой. Совершив несколько попыток, я все же вскарабкался на высоту десяти — двенадцати футов. Достаточно высоко, чтобы, развернувшись в прыжке, приземлиться на крышу рядом с окном. Перепрыгнув, я упал, растянулся на животе и заскользил вниз по кровле. Попытался хоть за что-нибудь зацепиться и наконец ухватился за край металлической черепицы. Та застонала под моим весом, но выдержала. Подтянувшись вверх, я встал, вытащил из ботинка маленький нож и провел им вдоль паза под нижним средним стеклом в раме окна. Вынув его, просунул руку внутрь и, открыв запор, приподнял створку. Спрыгнув вниз, глухо ударился подошвами ног о пол и медленно двинулся вперед по пустым темным помещениям. В окно заглянула луна, позволив мне разглядеть наглухо запертую дверь пожарного выхода и лестницу в дальнем углу комнаты.