Джордж мысленно вернулся к тому последнему дню, проведенному с другом, к карточкам покемонов в ящике, к тому, как поспешно убрал их себе в карман. А потом как засунул их в наволочку и хранил там, пока не окончил школу.

– Генри мне всегда нравился, – сказал Джордж. Это была правда. – Я до сих пор по нему скучаю.

Эндрю стал отходить в сторону, и Джордж огляделся, гадая, откуда тот пришел. Где он припарковал машину?

Дождь стал стихать. Гром гремел уже тише, дальше.

Джордж заставил себя пойти за Эндрю. Еще одна порция адреналина прокатилась по телу. Вэнс велела бы не вступать в контакт без подкрепления, но здесь, в северных лесах, в бушующую непогоду никакого подкрепления не предвиделось.

Эндрю неожиданно взял влево, и в темноте мелькнула лопата, ее лезвие, покрытое засохшей грязью. Джордж оглянулся через плечо и заметил свет в офисе. Отец скоро забеспокоится, станет его искать. «Не выходи», – подумал Джордж, хотя не мог решить, хочет он этого или обратного.

– Ты же в курсе, да? Я никогда не хотел детей, – сказал Эндрю.

Джордж зашагал быстрее, пытаясь догнать и при этом не спугнуть мужчину, не отвлечь его от продолжения разговора.

– Читал что-то подобное в расшифровке одного из ваших допросов. Видел в материалах расследования.

– Да, меня частенько допрашивали. Только правильных вопросов не задавали.

Пальцы Джорджа закололо.

– Что вы хотите мне рассказать?

Они углубились в лес. Слой прошлогодних листьев, теперь мокрых и смешавшихся с хвоей, прилипал к ботинкам.

– Моя жена, Эмили…

– Я знаю, что вы по ней скучаете. У Генри в ящике лежала ее фотография.

– Верно. Это я заставил ее хранить.

Джордж не мог понять тон Эндрю.

– Я хотел, чтобы он чувствовал хоть какую-то благодарность. Ну то есть она отдала все… – Голос сорвался, и мужчина наклонился вперед. – Все ради ребенка.

Джордж пытался вспомнить каждую деталь прочитанного допроса, но большая часть мозга была занята маневрированием в мокром лесу.

– Кто-нибудь помогал вам с Генри? Помогал воспитывать его, когда он был маленьким?

Эндрю снова то ли кашлянул, то ли усмехнулся – издал дребезжащий звук, от которого Джорджа бросило в холод.

– Мы только приехали в город, когда он родился… а Эмили умерла.

Джордж подумал о матери Сары, тоже ушедшей слишком рано. И о сестре Сары, тоже умершей.

– Я был совсем один. Сестра Эмили, конечно, приехала. Она осталась на неделю, сняла номер в отеле. Генри постоянно плакал.

– Наверное, вам очень тяжело. – Джордж говорил искренне. Он не мог представить, каково это – ухаживать за младенцем, когда только что похоронил жену.

Эндрю повернул обратно к озеру.

– Он ничего не делал нормально.

– Нормально? – эхом повторил Джордж.

– Он поздно пошел. Поздно начал читать. Плохо плавал. Не умел бросать и ловить мячи. Как будто… – Эндрю остановился и повернулся к Джорджу. Тот пытался сохранять спокойный вид, – …кто-то издевательски пошутил.

Джордж вдохнул через нос и задержал дыхание, его грудь стягивал дождевик. Ум лихорадочно работал, вспоминал новостные репортажи, Эндрю, плачущего на поминальных службах, Эндрю, звонящего в ФБР. По кому он на самом деле скорбел все это время?

Столько деталей того дня всплывали в памяти Джорджа каждый раз, когда ему становилось чересчур комфортно! Помнил кроссовки с колесиками. В школе кататься на таких запрещали, поэтому он снял колесики, а учительница вернула их в конце дня, согласно правилам. Джордж подкатился к машине Эндрю и врезался в дверь «Форда». Свою зеленую толстовку с логотипом «Соловьиной трели» на груди он отдал Генри, которому стало холодно в парке. Зеленая толстовка попала во все выпуски новостей, упоминалась в экстренном сообщении о пропаже ребенка.

Эндрю свернул налево, и Джордж последовал за ним, отдаляясь от озера. За плечом мужчины он разглядел яму с неровными краями, сбоку торчало что-то белое.

– Нет! – воскликнул Джордж, затем обогнал Эндрю и побежал к яме. Там он увидел краешек ткани, потертой, порванной, однако цвет угадывался безошибочно. Ярко-зеленый. Толстовка.

– Что вы натворили?!

Так было нельзя. Подобные фразы на тренировках не отрабатывались. Но это же Генри. Он отпустил его и потерял. Все эти годы Джордж на подсознательном уровне знал, что друга больше нет. Статистика, истории дел, личности преступников говорили об одном и том же. И все равно без доказательств оставалась крошечная искра надежды.

– Произошел несчастный случай. – На этот раз Эндрю не плакал. Он опустился на землю, его тело начало покрываться мокрой грязью. – Я ничего такого не хотел.

– Расскажите мне, – попросил Джордж.

Эндрю повернул к нему голову.

– Он упал с велосипеда на тропе. На ухоженной тропе.

Тропа шла за офисом, огибала баскетбольную площадку и поворачивала обратно к дороге.

– Не было ни камней, ни дождя, ничего такого. – Эндрю поднял руку и опустил ее на грязные штаны. – И он снова плакал, как плакал всю свою жизнь, с самых первых дней. Я не думал, что делаю, – просто хотел, чтобы это прекратилось.

28 мая 2023 года

Сара слышала грозу, слышала, как Джордж ушел из домика, и осталась в постели под одеялом. Она снова погрузилась в сон, а потом проснулась, когда все вокруг озарилось светом – сирены, прожектора, и, наконец, рассвет. Как только небо сменило пепельный оттенок на серый, она накинула обувь и побежала в лагерь.

Возле офиса толпились сотрудники правоохранительных органов, и Сара, не в первый раз, занервничала. Пробегая мимо столовой, она разглядела седые головы Сильвии и Пола, но Джорджа с ними не было.

Все это – трейлеры, устройства на штативах и дрон, жужжащий над деревьями за выбеленным офисом – могло быть из-за Джорджа. Он не вернулся после того, как ушел около полуночи. Почему же она не пришла раньше?

Сара побежала быстрее и, добравшись до ступенек офиса, едва не опустила руки на колени, чтобы перевести дух, как вышел Джордж.

– О, слава богу! – вырвалось у нее достаточно громко, чтобы он услышал.

Джордж задержался на ступеньках, передавая документы стоявшему там офицеру. На нем была синяя ветровка ФБР. Он взял ее с собой? Возил форму в дополнение к пистолету?

Джордж обогнул офицера на ступеньках и направился прямо к ней. Сара присела на перекладину лестницы, чувствуя облегчение, которое одновременно и смущало, и успокаивало.

– Что происходит? – спросила она, убирая за ухо прядь волос.

– Ты не поверишь, – сказал Джордж. – Эндрю О’Нил задержан. Мы нашли останки. Вернее, он сам привел нас к останкам.

Сара пыталась осмыслить эти слова. Отец? Отца арестовали за убийство друга Джорджа?

– Вы нашли Генри? – спросила она.

– Мы нашли Генри. – Голос Джорджа дрогнул.

По гравийной дороге через центр лагеря проехал экскаватор. Сара не могла поверить, что пролежала в постели так долго. Она думала, что будет мешать. И все еще злилась.

Джордж сел рядом с ней. Сара почувствовала запах озерной воды.

– Мне очень жаль, – пробормотала Сара. – Или поздравляю? Расскажи, что случилось.

Джордж удерживал ее взгляд, и она видела, что ему одновременно и грустно, и стыдно.

– Расскажу тебе все до мельчайших деталей.

Дрон развернулся над их головами и полетел налево, а группа агентов последовала за ним. Затем перед лестницей остановилась видная женщина с резкими чертами лица. На ней были черные ботинки на массивной подошве, темные джинсы и такая же синяя куртка.

Джордж поднялся на ноги.

– Сара, – сказал он, – это моя начальница.

Женщина протянула руку.

– Старший специальный агент Джейн Вэнс.

Сара пожала ее ладонь и вновь сложила руки на коленях. Она еще не пришла в себя после пережитого страха.

– Как вы понимаете, мисс Джонс, у нас сейчас многое происходит. Вчера я арестовала Габриэллу Джонсон, которую вы знаете как Сару Джонс.