27 мая 2023 года

Не спрыгнуть ли? Габриэлла проверила ограждение. Можно было бы подтянуться, перелезть через него и, возможно, упасть точно на то же место, куда упала в ту ночь Сара.

В газетных статьях почти не упоминалось о содержании алкоголя в крови Сары, хотя оно, должно быть, зашкаливало. Вместо этого репортажи пестрели эвфемизмами и гиперболами. «Преданная», «самоотверженная», «неутомимая» – вот что говорили о ней.

А таких людей, как Оскар, оскорбляли практически все, если их истории вообще попадали в прессу. «Еще один отброс общества умер в одиночестве», «еще один отброс общества закончил плохо». Их смерти были не личными трагедиями, а социальными проблемами. Никто и никогда не задумывался об оставшихся в живых близких.

На мосту той ночью, когда Габриэлла осознала, что еще может спастись, она почувствовала, как уголки губ непроизвольно поползли вверх.

– Чему улыбаешься? – спросила Сара заплетающимся языком. – Ты воровка и мошенница, и тебя даже не зовут Сара Джонс.

– Зато я кое-что знаю, – заявила Габриэлла.

– А я знаю, что у тебя – билет в один конец в федеральную тюрьму.

Сарказм Сары не совсем сочетался с ее внешним видом, дорогим костюмом, шарфиком на запястье. Габриэлла сделала шаг назад, прислонившись спиной к ограждению.

– Лула рассказала мне, что вы сделали с матерью.

Сара покачала головой:

– Ничего я не делала.

Габриэлла прищурилась:

– Подушка на лице? Спор о наследстве? Руби тоже видела, а Гретхен подозревает. Девочкам было бы легче, если бы я помогла им рассказать Гретхен то, что они так долго хранят в секрете.

Удар Сары ошеломил ее – колено прилетело в пах, словно Габриэлла была мужчиной.

– Ой! – воскликнула она и тут же рассмеялась. – Мило! Вы брали уроки самообороны?

– Ты стерва, – прошипела Сара.

– Я пойду, ладно? – Габриэлла указала на дальнюю сторону моста. – Оставлю ожерелье и больше никогда вас не побеспокою.

– Просто так ты не уйдешь!

– Уйду, – возразила Габриэлла, – потому что у меня есть сообщения от вашего мужа. Все остальные тоже могут их прочитать.

В тех коротких сообщениях не было ничего особо страшного, однако угроза заставила бы Сару задуматься. Вся былая энергия Габриэллы вернулась, а прилива адреналина хватило бы, чтобы буквально вытолкнуть ее из города. К сожалению, не хватало времени добраться до трастового фонда Тридцатилетней, и все равно она оказалась ближе, чем когда-либо, к последнему платежу. Еще один город. Самый последний раз.

Как только Габриэлла развернулась, чтобы уйти, Сара набросилась на нее, причем с неожиданной силой. Габриэлла пыталась отбиваться, и почему-то ей казалось, что она наблюдает за дракой сверху: женщина средних лет быстро наносит удары по верхней части тела девушки.

Сначала она отошла от ограждения. Затем попыталась прекратить избиение, схватив Сару за бицепсы.

– Прекратите! – воскликнула Габриэлла. – Это недостойно.

– Недостойно?! – Сара сделала шаг назад к ограждению и расстегнула пиджак. – Ты, черт возьми, издеваешься?

Именно в тот момент, когда председатель Федрезерва наклонилась, чтобы снять туфли, Габриэлла толкнула ее, и голова Сары ударилась о металл перил. Она упала на колени, схватившись за затылок. Когда она отвела руку, кровь растеклась от основания пальцев к запястью.

Сара вскочила на ноги, и звук, который она издала, бросившись к сопернице, был похож на звериный рык.

– Нет… – прохрипела Габриэлла и ударила ее в подбородок, отчего голова Сары снова откинулась назад.

За долю секунды до следующего удара Габриэлла поняла, что она может подбросить более хрупкую женщину и перекинуть через перила. И она со всей силы налетела на Сару. Днем и в выходные в парке толпились бегуны и семьи, но в ту ночь женщины были одни.

Стоя сейчас на том же месте, видя все в серых тонах, несмотря на весеннее солнце, Габриэлла погрузилась в воспоминания: шокированное выражение лица Сары, искривленные уголки ее рта, размазанная подводка у левого глаза.

Как Габриэлла превратилась в человека, который творит подобные вещи?

Она занесла ногу на перила. Все будет быстро.

И тут она услышала голос.

– Габриэлла Джонсон? – спросила женщина.

Габриэлла опустила ногу и ухватилась обеими ладонями за ограждение.

– Поднимите руки, пожалуйста, и повернитесь.

Она посмотрела на мостовую внизу.

– Может, вы просто выстрелите?

– Боюсь, это доставит мне некоторые неудобства. Почему бы вам не обернуться, а там посмотрим.

Габриэлла повернулась, подняв ладони на уровень груди. Челка незнакомки была зачесана набок. Вместо пистолета она держала значок ФБР.

– Я старший специальный агент Джейн Вэнс из ФБР.

– Хорошо, – кивнула Габриэлла.

– Пора сдаваться. – Это прозвучало не как угроза, а скорее как предложение, шанс на что-то кроме смерти.

Вэнс шагнула к Габриэлле, протянув вперед руки.

– Я вас обыщу. А потом мы сядем в машину.

27 мая 2023 года

– Только не говори снова, как тебе жаль, – сказала Вэнс по телефону, и Джордж поднял палец, давая знак Эндрю О’Нилу подождать. Он сидел на веранде, а Эндрю прислонился к стоявшему в отдалении столику для пикника и точно не мог подслушать разговор.

Начальница вроде бы не злилась; с другой стороны, Вэнс никогда не проявляла особых эмоций.

– Я могу вернуться прямо сейчас, – повторил Джордж в третий раз.

– Меня устроит завтра, – заметила Вэнс. – Сегодня суббота, и у моей дочки день рождения.

Джордж подумал о том, каково это – завести ребенка и выполнять такую работу. Чувствовать вес пистолета на бедре, хранить миллион секретов, давящих на плечи, будто рюкзак с кирпичами. Жизнь в «Соловьиной трели» была открытой книгой – целым книжным шкафом, коллекцией таблиц и хранившихся в подвале документов. И он променял всю эту ясность и упорядоченность на жизнь, полную обмана и подозрений.

– Я поручаю полиции Миннеаполиса взять Габриэллу под стражу и предъявить ей обвинения в непредумышленном убийстве, мошенничестве и вымогательстве. У нас ведь достаточно доказательств в деле? Признания в непредумышленном убийстве у меня пока нет, но думаю, мы его получим.

– Да, – согласился Джордж, прикидывая варианты. – Во всяком случае, по показаниям с чужих слов точно. Мне понадобится день…

У него закружилась голова. Нужно было, чтобы дала официальные показания Сара. А еще ему придется поговорить с ее соседкой, той, что видела проникновение со взломом, а затем и с Младшей Сарой.

– Этого достаточно, чтобы ее задержать, – уверенно сказала Вэнс. – Я позвоню остальным – Кэтрин Андерсон и Грейс Смит – и попрошу их подтвердить личность по фотографии. Доказательств хватит.

Джордж знал, что хватит. Если бы им не нужен был безупречный материал для федерального прокурора, этого уже давно бы хватило.

– Я вернусь не позднее завтрашнего дня, – заверил Джордж, – заберу Сару и привезу в полицию. Ее показания тоже понадобятся.

Джордж положил руку на влажный лоб и закрыл глаза. Он сомневался, что способен о чем-то просить Сару, и ему очень, очень не хотелось говорить начальнице, что это потому, что он случайно начал влюбляться в нее. Однако Вэнс мгновенно уловила его нерешительность.

– Что происходит с твоим информатором, Найтингейл? – Он услышал, как у Вэнс звонит телефон. Джордж представил ее в полицейском участке, представил волнение всей оперативной группы из-за ареста.

Попытаться скрыть правду о Саре? Только вот Вэнс умнее его и опытнее. Она сама обо всем догадается. И тогда сошлет его в Юму. А еще начальница ему нравилась.

– Я все испортил, – признался он.

– Черт, – сказала Вэнс по-прежнему спокойно. – Насколько сильно?

Джордж подумал о волосах Сары, рассыпанных по подушке в домике помощника директора, о том, какой была ее талия, когда он проводил по ней кусочком мыла.