ГД: Семнадцатого числа, в то время, когда она обычно ужинала с няней… Подождите, вы говорили с ее ассистентом? Что там стояло в календаре перед ужином? Почему она так сильно задержалась? А что говорит няня?

ДВ: Мы до этого дойдем, хорошо? Сначала ответьте на мой вопрос. Где вы были?

ГД: Если бы Сара и Кейден наконец починили камеры наблюдения, вы бы все уже увидели. Несколько лет назад ремонтники случайно перерезали провода, и, насколько я знаю, они так и не удосужились…

ДВ: Мы ждем ответа.

ГД: Во время ужина я была в доме Сары. Без нее. Думала, она на ужине, как обычно.

ДВ: Вы утверждаете, что остались в доме сестры в одиночестве?

ГД: Да. И у меня есть алиби на время смерти. Я пытаюсь вам помочь.

ДВ: Спасибо.

ГД: Кейден в тот же вечер увозит девочек на ужин. В общем, обеих машин не было.

ДВ: И?

ГД: У меня есть запасной ключ.

ДВ: Вы часто ходили к сестре в ее отсутствие?

ГД: Только однажды. Сразу после смерти мамы. Клянусь. Я не какая-то там маньячка.

ДВ: Что вы искали на этот раз?

ГД: Ожерелье. Руби писала, спрашивала, не видела ли я его. Я не сомневалась, что оно где-то там, куда-то засунули. Нельзя просто так потерять ожерелье за тридцать тысяч долларов.

ДВ: Откуда вы знаете стоимость ожерелья?

ГД: Моя мать была очень скрупулезным человеком, агент Вэнс. Мы знали цену всему. Мы точно знали, сколько долларов стоим.

ДВ: И Сара стоила больше, чем вы? Это вы хотите сказать?

ГД: Когда это было выгодно маме – да. В других случаях – нет. Скажем так: не наша вина, что мы не ладим… не ладили. Боже.

ДВ: Что вы нашли в доме той ночью?

ГД: Ну, не ожерелье.

ДВ: А что?

ГД: Фотографии. В гардеробной – вы ее видели? Даже гардеробной не назовешь. Она размером со спальню моей дочери.

ДВ: Можете описать фотографии?

ГД: Неприличные. Селфи их няни в зеркале туалетного столика. Боже. Топлес и в ожерелье.

ДВ: Расскажите поподробнее.

ГД: Могу только предположить, что она отправляла их Кейдену. Полагаю, между ними что-то было.

ДВ: Кейден раньше изменял жене?

ГД: Сара никогда бы мне этого не сказала. Однако когда-то давно, до того как все стало столь отвратительно, была одна студентка в университете, его научная ассистентка… Случился скандал, Сара поставила ультиматум. А потом год спустя родилась Лула, они переехали сюда, и сестра больше не говорила о том случае.

25 мая 2023 года

Как только они сели в машину после допроса, Вэнс сразу же позвонила оперативной группе.

– Можете доставить няню? И записи телефонных звонков за вечер семнадцатого? И почему в деле нет фотографий? Это серьезный промах.

Джордж был рад, что за упущение отвечает кто-то другой.

– Поняла, – наконец сказала Вэнс. – Пожалуйста, загрузите копию в дело.

Она повесила трубку и выехала с парковочного места.

– Значит, она не убийца, – констатировал Джордж. – Хотя то, что она была в доме одна, заставляет задуматься. Часто ли она так делала?

Вэнс кивнула:

– Мне тоже интересно. Может, Гретхен там с кем-нибудь столкнулась.

– С няней, – предположил Джордж.

– Я вызываю Джонсон. Нельзя больше ждать, даже если мы пропустим транзакцию. Теперь, когда тетя исключена из списка подозреваемых, мы должны серьезно рассмотреть вопрос, может ли Габриэлла снова сорваться с места и не находится ли еще кто-нибудь в опасности.

В горле у Джорджа встал ком. Сара. К тому же Вэнс сказала «я». Его начальница собиралась допрашивать Габриэллу без него. Стоит ли настаивать? Пока ему везло: разрешили завести информатора и помогать на допросах членов семьи.

– Тебе присутствовать нельзя. – Вэнс подтвердила его опасения. – Но не потому, что ты плохо ведешь допрос. Из-за тренера. Габриэлла знает тебя, знает, что ты… Что вообще происходит? Ты встречаешься с Сарой?

Джордж вспомнил, как взял Сару за руку, когда они обнаружили связь с лагерем, магическое совпадение, что Эйнсли Монтегю провела несколько летних сезонов в месте, где родился Джордж.

– У нас было три свидания, – признался он. – Не сказал бы, что мы…

– Только вот она может так думать. – Вэнс бросила взгляд через плечо и перестроилась в левый ряд.

– Вероятно, – согласился Джордж, вспомнив их поцелуй на парковке у «Блока» и цитрусовый запах волос.

– Итак, я не привлекаю тебя на первый допрос ее подруги. Пожалуй, возьму с собой одного из детективов Миннеаполиса. Они с самого начала занимались делом. Это не должно вызвать подозрений у Габриэллы.

Джордж почувствовал некоторое облегчение. По крайней мере, Вэнс не вызывала кого-то еще из полевого офиса; никто другой из отделов по мошенничеству или наркотикам не присоединится к оперативной группе по делу Джонсон, по крайней мере в ближайшее время. Ему удастся сдержать обещание, данное отцу, и поехать на север. Не придется из-за допроса отменять поездку. Уже неплохо.

Вернувшись в офис, временно отстраненный от дела Джордж просмотрел информацию от дежурного. Ничего срочного, хотя он отметил одну потенциальную финансовую пирамиду для дальнейшего изучения. Он взглянул на свой рюкзак: документы по делу О’Нила торчали из секции для ноутбука. Можно воспользоваться своей временной отставкой, уделить немного внимания Генри. Перелистывая старые документы, он не удивился, что отца тоже допрашивали, однако от этого чтива у него по спине пробежал холодок.

Допрос ФБР Пола Найтингейла

Присутствовали агенты: Джеральд П. Хаверфорд и Говард Р. Саммерхилл

20 апреля 2001 года

Джеральд П. Хаверфорд: Добрый вечер, мистер Найтингейл. Спасибо, что согласились. Знаю, времена нынче непростые.

Пол Найтингейл: Все что угодно, лишь бы помочь.

ДПХ: Рад, что вы так считаете.

ПН: Конечно. Думаю, весь город… Ну, это просто немыслимо. И после того, как умерла жена Эндрю… Боже мой.

ДПХ: Действительно. Мистер Найтингейл, давайте начнем с самого начала, если вы не против. Как вы знаете, время на вес золота, так что сразу к делу. Где вы были вечером пятнадцатого апреля две тысячи первого года?

ПН: Я?

ДПХ: Если не возражаете.

ПН: Ну, у нашего персонала был выходной. Мы только что попрощались с группой из школы «Пресвятой Девы Мира»…

ДПХ: «Пресвятая Дева Мира»?

ПН: Да, у нас на той неделе гостили ребята оттуда.

ДПХ: Вы работаете весной? У вас не чисто летний лагерь?

ПН: Весной мы работаем пять недель, проводим программы обучения на открытом воздухе.

ДПХ: Нанимаете внештатный персонал?

ПН: Да, пару человек. Обычно работают те, кто с нами круглый год, и еще двое специалистов.

ДПХ: Нам понадобятся их имена и контакты.

ПН: Конечно.

ДПХ: Извините, так где вы были вечером пятнадцатого числа?

ПН: В офисе. Э-э, на территории лагеря, очевидно.

ДПХ: Что вы делали?

ПН: Заполнял бумаги, потом заказывал продукты… Есть список задач, за которые я отвечаю, и мне хотелось их доделать. Перед выходными.

ДПХ: Кто-нибудь может подтвердить ваше присутствие в офисе тем вечером?

ПН: Не уверен. Может, время заказа продуктов? Сильвия, моя жена, занималась с детьми. То есть с нашими собственными детьми. У Гордона и Хита – сезонный персонал – был выходной. Пытаюсь вспомнить, чем занималась Кара той ночью. В офис она не заходила.

ДПХ: Кара?

ПН: Помощник директора. Что-то вроде ассистента.

ДПХ: Нам потребуются и ее данные.

ПН: Хорошо.