— Это почему еще? Я своими глазами видел самодвижущиеся повозки. Военные дирижабли.

— Да, да. Конечно. Есть те же племена орков и дикари, у которых с технологиями еще хуже. Но поверьте на слово, за то время, пока я спала, ничего не изменилось. Пусть немного вытянули воздушные шары и вместо обычных гондол начали вешать из ткани и легких сплавов. Пусть танки получили два раздельных трюма, для технической и боевой части. Но в целом? Единственное, что мне приглянулось — магия огня. Да и та пока под вопросом.

— Вы просто не можете смириться, что у вас, мудрых, долгоживущих, земли забирают люди.

— И опять ошибаетесь, — улыбнулась Чикако, — что есть люди? Ни тактики, ни стратегии. И если бы демоны не взяли над ними полный контроль, смогли бы они выйти из рабства? Смогли не просто выжить, но и построить собственную империю? Очень сомневаюсь.

— Логика интересная, спорить не буду. Тем паче, что смысла в этом нет. Я запомню ваше предложение и хочу напомнить, что кроме ненападения на меня и моих близких вы обязались не разглашать любую информацию, которая прямо или косвенно может мне навредить. В частности — о том, кто именно скрывается под этой маской.

— Пока вы выигрываете, — пожала плечами Силяфирель, — я буду всячески способствовать вашему продвижению. Но помните, что аналогичное соглашение я могу заключить с любым другим фаворитом. Осталось всего два раунда турнира, и совершенно не важно, кто добудет мне главный приз.

— Со своей стороны мне не важно, кто предложит больше. Всего доброго, ваше высочество, разрешите откланяться.

— Спокойной ночи, граф, — милостиво улыбнулась принцесса, — пусть дух убитого вами джинна не пожрет за это вашу душу.

Спасибо, блин. Теперь я вообще уснуть не смогу. Что еще за дух? С какой стати он должен мне что-то сделать? Нет, конечно, я его убил и все такое. Но если ко мне во сне будут являться все, кого я когда-то убил, придется приемные часы устанавливать, а очередь если и не до внешних стен от моего дома стоять будет, то до внутренних точно.

Погруженный в собственные мрачные мысли, я чуть не забыл забрать выигрыш. Хорошо хоть, Василиса, не отступавшая от меня ни на шаг после сражения, набралась храбрости и напомнила об этом. А может, это жадность в ней переборола страх и стеснительность. Брокер, которого на месте не оказалось, нашелся зажатый двумя моими дружинниками в угол.

— Я, я все отдам, — испуганно бормотал дварф, — клянусь дланью, как только вернется господин…

— Что здесь происходит? — пришлось мне спросить у воинов, уже поднесших мечи к его шее.

— Ваше… — начал было солдат, но тут же получил по кумполу от товарища. — Господин, этот гад утверждает, что не может отдать нам выигрыш. Видите ли, денег у него не хватает.

— Это так? — строго спросил я у брокера, который от страха трясся всем телом.

— Все так, добрейшие господа. Нет у меня столько денюжек, как ни спрашивайте, — отчаянно перебирая крючковатыми пальцами, произнес дварф, — но стоит только господину Безгрешному появиться, и все до последнего медяка вам отдам!

— Отдашь, родной. Куда ты, к черту, денешься. Вот только чую, что жизнь твоя дешевле стоит, чем все, что нам Хикару задолжал.

— Хи-хикару?.. — заикаясь, пробормотал брокер. — Вы знаете господина?

— Конечно, у нас с ним есть несколько… — Не успел я договорить, как дварф грохнулся в обморок. — Эй ты чего? Поднимите этого придурочного и тащите за мной. Есть у меня такое ощущение, что нас стараются надуть. И держите покрепче.

Подхватив под белы рученьки обвисшего мошенника, мы двинулись в сторону ВИП-зоны, и только на середине пути я сообразил, что когда мы встречались с принцессой, его там не было. Вероятно, он до сих пор на разборе полетов у Вейшенга, если вообще жив. Если демон решит, что один из его подданных нарушил приказ или субординацию, выговором тот точно не отделается.

— Куда его? — мрачно спросил один из дружинников, когда я, замешкавшись, остановился на перекрестке. — С собой таскать будем? Или прямо тут прирежем?

— Нет. Толку-то с него? Раб из него точно будет никудышный. А закон нарушать просто так не стоит.

— А ну отпустите моего дядьку! — раздался знакомый девичий голос. Отлично, только ее мне для полного счастья не хватало. А чего я ожидал, собственно, в этих трущобах, где все всех знают?

— Он задолжал нам денег, — нехотя произнес один из бойцов, — очень много денег.

— Отпустите его немедля! Иначе будете иметь дело с самим Грешником! — чуть не взвизгнула девчонка. — Он вас на куски порежет и заставит сожрать друг друга живьем!

— О, я, пожалуй, на это бы посмотрел, — усмехнулся я, стараясь делать голос как можно грубее. Блин, мне такими темпами придется всерьез задуматься о тренировках этого навыка. А то там прячься, тут притворяйся. Да и шанс того, что раскроют, великоват, если честно. — Ну же! Где там твой великий защитник? Давай, позови его, или тебе не дорога жизнь дядюшки?

— Не, не, не надо, — заикаясь, произнес дварф. — Кси, беги. Они страшные люди!

— Нет, я вас одного тут не оставлю! — упрямо произнесла девушка. — Сейчас придет…

Проверка интеллекта. База: 6. Бонус: −2. Бросок: 3. Требование: 4. Превосходно!

— Мне надоела эта игра. И так понятно, что Безгрешному не до того, чтобы возиться со всякими оборванцами. Что со стариками, что с девчонками. Пожалуй, стоит исправить это прямо сейчас. Призываю Длань в свидетели! Этот человек покусился на мое имущество.

— Сколько он вам должен? — угрюмо спросила маленькая дварфийка. — Я все отдам. Как раз собирала налоги для господина.

— Нет, — замотал головой брокер, — не надо. Он же потом нам головы открутит. Тебе не следует.

— Молчи уж, дядька, — отмахнулась от него воровка, — я беру на себя долг по возврату всех обязательств…

— Стой, дуреха! — взмолился дварф. Не знаю уж, совесть в нем проснулась или дошло наконец, в какую жопу он вовлек себя и девчонку. Да только ей на его окрик было наплевать.

— Пред присутствующими господами, именем Длани! — упрямо проговорила девушка. Судя по задранному носику, она была горда своей задумкой. Вот только стоило магии подтвердить сделку, как вся уверенность с личика ее исчезла. Мгновенно. — Ой… Как же это… восемьдесят золотых недвижимостью и сорок монет… Ты что сделал, дядька? Ты с ума сошел!

— Да что уж теперь, — пробормотал дварф, вновь опуская руки, — думал, подзаработаю. Кто ж знал, что Кролик победит? Он же ж слабее всех остальных был! Ну вот я ставку и переставил.

— Что ты сделал? — чуть ли не хором проговорили Ксиулан и Васька. Последняя тут же прикрыла рот ладонью, поняв, что выдала себя, но было уже не до того.

— Так это… пошел, значит, и поставил все на Крока. Он же крепче остальных был. А в результате подох, как паршивая ящерица.

— О боже. — Обессилевшая воровка едва удержалась за стену полуразвалившейся хибары.

— Не думаю, что он вам сейчас поможет, а вот Безгрешный вполне может. Ты знаешь, где найти твоего попечителя? — спросил я, уверенный, что уж за девчонку, в отличие от старого дварфа, свои деньги назад я получу.

— Нет, — мрачно ответил Безгрешный на мое предложение выкупа долга. Мы встретились уже на выходе из подгорода и прошли в любезно предоставленный кабинет.

— То есть как нет? Она же ваша подопечная. Так? Она задолжала мне сто двадцать золотых…

— Вы, наверное, не очень хорошо понимаете, что значит такая сумма, — ответил обезображенный полуэльф, массируя виски большими пальцами, — вам деньги дались слишком легко. Да и не только деньги. Не знаю, как у вас это получается, да и знать не хочу. Главное, что вернуть вам такую массу я не в состоянии. И даже если обращусь за ссудой к лорду, отрабатывать такую придется не меньше десяти лет. Да и не даст он столько.

— Но как же, — пробормотала Ксиулан в растерянности, переводя взгляд с меня на Безгрешного и обратно, — что же я… а если его того?