— И мы вам за это крайне благодарны. Как и за учеников что с этого года могут освоить не только мудрость трех путей и лестницы к бессмертию, но и магию первостихий. — согласился я, принимая из рук неко пиалу с чаем. — Но тяжелое положение на острове можно решить только сообща. Помогите мне, и я постараюсь сделать остров более благополучным, стабильным и гостеприимным местом.

— Мы поможем вам в этом, но не таким путем. — покачала головой Сцилла. — Ваши города прекрасны, а умения удивительны. Особенно меня поражают показательные занятия тех, кого у вас называют химиками и инженерами. Мы счастливы что наши дети получили возможность научиться столь многому. И все же, нет. Мы не можем потерять нейтралитет, только если вы сами его не потеряете по отношению к нам.

— И что же будет достаточным признаком нашей лояльности?

— Вашей. Не клана Гуанг, а лично вас, его главы, господин Валор. — покачала головой Сифара. — Мы не согласимся на риск для наших родичей если сильнейший из воинов острова не сделает нам самый драгоценный подарок — ребенка с общими генами.

— Как вы смеете даже предлагать такое? Первенца не отдам!

— Что? Нет, простите господин Валор, я неправильно выразилась. — в ужасе замахала руками Сифара. — Мне совершенно не нужен чужой ребенок. Это лишь станет проблемой которых мы не хотим. Вы знаете, наше самое сокровенное желание — избавиться от проклятья подземелья. Чтобы у нас вновь начали рождаться не только девочки. Но и мальчики. И возможно с вашим семенем у нас выйдет преодолеть рок судьбы.

— Значит вы хотите, чтобы я с вами переспал?

— Боюсь это обязательное условие зачатия ребенка, по-другому просто не получится. — с легкой улыбкой заметила голова Сциллы. — Но наше условие не просто секс, а именно ребенок, не зависимо от его пола. Если вы не против такого условия…

Неко поднялась, и непринужденным легким движением скинула платье, оставшись в полном неглиже. Сочная, стройная и манящая. Чимбик прорычал, и прикрыл морду лапой.

Возвращение домой, не смотря на потрясающую ночь, стало довольно нервным. Возникало чувство неправильности происходящего. Но когда я посмотрел на стыдливо отворачивающегося от львиц Чимбика — заставил взять себя в руки. Я делаю все необходимое для выживания клана, и ничего страшного, если мне это будет нравится.

— Сифара? — спросила чуть обиженно Юн, когда я все прямо рассказал супругам. — Мало нам было Лин, мелкой эльфийки, теперь ты еще и с этой блохастой спать собрался?

— Это вызовет какие-то проблемы?

— Нет. Не вызовет. Я просто устала. — сказала Юн, отворачиваясь. — Обязанности твоей супруги могут оказаться куда сложнее чем я представляла. Сегодняшний день я проведу в лаборатории, нужно опознать противоядие от зелья Микоты. Да и ядами нужно новыми обзавестись, неизвестно, что на нее подействует.

— Ты собираешься травить всех, кто тебе не по нраву? — поперхнулся я чаем, на автомате запуская технику очистки крови.

— Если вы, дорогой супруг, не оставите мне выбора — да. — ответила Юн, вздернув голову. — Мы пообещали сделать друг друга счастливыми, а сейчас…

— Успокойся, сестра. В тебе говорит ревность. — приобняла девушку Аи. — Мы не только женщины, но и супруги главы величайшего на Чщаси клана Гуанг! Мы не должны позволять мелочным обидам навредить нашему дому.

— Ты считаешь это мелочью? — вспылила Юн, сверкнув покрасневшими зрачками. — Что будет если Сцилла забеременеет, а ее дитя захочет забрать трон Гуанг и устроит заговор? Это поставит под удар не только нас с тобой и весь остров в придачу — но и наших детей. Я не могу такого допустить!

— Если так произойдет, мы с тобой сможем справится с любой волшебницей. — убежденно ответила орчанка.

— Вы спорите о пустом. — сказал я, откладывая пиалу. — Для всех заговоров, переворотов и борьбы за трон клана требуется одно непреложное правило — он должен опустеть. Моя лестница на пути к бессмертию пройдена. Ядра крови, жизни и души созданы, а значит мне не грозит старость и увядание.

— А даже если наш дорогой супруг погибнет, боги не отвернуться от него. Пока он верно служит Янусу — смерть всего лишь станет отсрочкой на полгода в его планах. — уверенно сказала Аи, но, когда я посмотрел ей в глаза, отвернулась.

— Мы не затрагивали эту тему, не говорили о произошедшем. — произнес я, собираясь с духом. — И, хотя я услышал многое, о том, что произошло за полгода моего отсутствия, возможно не узнал самого главного. Аи, вчера я почувствовал присутствие духа Джи, существа, что жило в моем мозгу и общалось с нами всеми, когда мы спускались по подземелью. До этого, во время сражения за Дом света, мне встретился странно знакомый чужак с волчьими глазами. Он был равен мне по силе, а то и значительно превосходил, а кроме того обладал всеми навыками боя что и я. Мне нужно знать, не связано ли это с недавно объявившейся Сциллой Имаджин.

— Я не знаю. — не слишком охотно ответила супруга. — То, что произошло, когда ты потерял себя. Потерял свое я… было странным и жутким. Мы молили Свет о помощи он тебя вернул, но все произошедшее стало страшным сном.

— Боюсь теперь такого объяснения недостаточно. Если в моей жизни появился новый враг — я хочу знать о нем все.

— Это тяжело объяснить в двух словах. — вздохнула, собираясь с силами Аи. — То, что ты услышишь… ты можешь счесть что я сошла с ума.

— Я настаиваю. Это важно.

— Хорошо. Это было после гибели Шунюаня. Декан отказался проигрывать просто так. Отказался умирать и позволил вызванной силе поглотить его целиком, превратившись в демона. Это было страшно. Тогда мы почти проиграли. Но в конце концов произошло невообразимое — ты стал Светом, а после… Мы ничего не могли сделать — только бежать. Но ты уничтожил ту тварь — засунул ее в разрастающийся хаос.

Вот только на этом ничего не кончилось. Мы сражались несколько часов, объединившись с десятком людей… существ из разных миров. Это сложно объяснить простыми словами. У них было оружие, которого я никогда прежде не видела и устройства, до которых нашим механикам не додуматься и через тысячу лет. — быстро проговорила орчанка, и сжалась, замолчав. — А потом появилась она. Гея.

— Что дальше?

— Ты умер. — поглаживая по спине Аи ответила Юн. — Я помню этот момент, но тогда я еще не была до конца уверена. Мы вытащили тебя. Позволили выжить — но только телу. Твою душу и разум поглотило чертово божество, а всего через несколько дней тебя не стало, вы исчезли вместе с Аи и Куватом. А потом все изменилось вновь. Они вернулись, через несколько дней, а ты нет. Зато Гея стала Янусом. Тоже не самое легкое воспоминание. Началась война кланов за место под девятью солнцами.

— Об этом я уже слышал. Что произошло со мной? Куда вы пропали и что делали, Аи? — тяжело спросил я. — Прошу тебя, не заставляй звать и расспрашивать Кувата.

— Я… ладно. Ты имеешь право знать, что бы не говорили боги. — вытерев рукавом выступающие слезы сказала орчанка. — Янус не просто так называет себя богом дверей. Нам открылось окно в… другой мир. Мир полный ужасных созданий и непонятных существ. Но тому, кто занял твое место он был близок. Разваливающийся мир из металла и материала, который тот называл пластиком.

Полый мир, центр которого заняло существо, поглощающее все живое, но само живым не являющееся. Оно заполонило собой сотни, может тысячи километров, и нам приходилось прятаться словно крысы. Мы бегали по туннелям, разговаривая со стенами и ожившими куклами. Одна из них даже присоединилась к нам, и хоть она была странной — именно она привела нас к кладу, позволившему тебя воскресить. Мы добыли капсулу, и вернулись домой благодаря моим и Кувата молитвам, это главное!

— Ты не сказала о Джи и враге. Ты явно о них слышала и знаешь. — настойчиво проговорил я. — Расскажи мне все.

— Я… это ведь не так важно да? У нас было множество врагов, множество тварей что хотели нас сожрать. Одной больше — одной меньше. Сейчас, после того как хаос подарил нам измененных, встреченные в том мире больше не кажутся столь жуткими уродами. Но тогда. Люди крысы. Люди волки и ящеры. И их предводитель — огромный волк вожак, в котором Джи признала родственную душу. Она променяла пробудившуюся в твоем теле подделку на этого монстра. А в конце, когда они схватились в смертельной битве, а мы молились свету, тот выкрикнул что нам ничего не поможет, ведь он и есть Свет.