Ничего не получалось. Реакция была минимальной, горения не происходило. Даже смешиваясь, кровь не приобретала никаких аномальных свойств, только быстрее сворачивалась. И так длилось до тех пор, пока я в точности не выполнил всю процедуру ковки клинка из серостали от начала и до конца. На каждом этапе я добавлял высушенную до состояния порошка дварфийскую кровь, предавая продольную упругую структуру.

Два дня без сна мне понадобилось, чтобы сковать и, следуя инструкциям Наоми, пропитать клинок въевшимся в металл составом. Последним кульминационным моментом стала закалка лезвия, а когда стало казаться, что передо мной отличный зачарованный клинок, я сделал то, что ни один нормальный кузнец бы не совершил. Разворошив угли, засунул меч в топку.

— Что ты сделал? Зачем? — недоуменно спросила Буланская. — Он же от этого только испортится! Спадет закалка, даже я это понимаю! Ты же испортишь клинок!

— Это мы узнаем только завтра. А теперь спать, меня больше ноги не держат.

— Ты совсем не спала? — спросил я у Марии, которая стояла у входа в кузню, переминаясь с ноги на ногу. Судя по снегу, лежащему на плаще и шапке, девушка провела здесь не один час.

— Простите, господин. Я не могу дождаться… — Честно призналась жрица.

— Ладно, пойдем внутрь. Не мерзнуть же на улице. — Зайдя в кузню, я слегка кивнул трудящимся кузнецам, позволив им не отрываться от работы, а затем подошел к кадке с углем, из которой торчала рукоять выкованного мною длинного меча. Я так не нервничал, даже разговаривая со Святогором. Получится ли? — доставай.

— Я? А можно? — посмотрела на меня Мария и, дождавшись кивка, взялась за рукоять. Вдохнув полной грудью, она чуть закашлялась от угольной пыли, а затем резким движением выдернула меч наружу. Искры, высеченные клинком от соприкосновения с бадьей, подожгли висящую в воздухе разогретую от печей угольную пыль и лезвие полыхнуло. — О господи! Он горит! В самом деле горит! У меня есть огненный меч!

— Поздравляю! — сказал я, улыбаясь и в тоже время проклиная себя за тупость. Зачем я пытался создать аналог Жертвенного, если ей было бы достаточно сделать железяку с масленкой и кресалом? Но потраченного времени мне было не жаль, нужно только поэкспериментировать с кровью. — Возьми бурдюк с кровью и напои клинок.

— Как прикажете, ваше первосвященство. — Кивнув, верховная жрица Сабора зубами вытащила из мехов пробку и обильно полила темно-бардовой жидкостью свой новый меч. Пламя, прибитое влагой, на несколько мгновений потухло. Стало видно, как через черные щелки, забитые окаменевшим углем, кровь впитывается в лезвие. Как оно краснеет изнутри.

— Хорошо, добавь еще немного, и пойдем наружу. — Отдав распоряжение, я накинул на голову шерстяной капюшон и вышел во двор. Мария шла следом, старательно поливая меч. Сейчас должно произойти одно из двух: либо полный провал, либо… додумывать я не хотел. Надеяться на чудо, делая новое и непонятное было не в моих правилах, хоть удача и сопутствовала мне в делах. Иногда даже имея решающее значение.

— Получилось! Он горит! Полыхает! — восхищенно запричитала девушка. В начале я подумал, что это остатки угля догорают, но, обернувшись, облегченно выдохнул. Работало. Структура меча, созданная кровью дварфа, работала как сосуды, протягивая кровь по всей длине лезвия. Оставшаяся смесь из алхимических жидкостей, закрепленных зеленой эссенцией из крови эльфов, раскладывала поступающую влагу на составляющие, которые, выходя наружу, сжигались.

— Поздравляю тебя, ты оказалась достойна. Носи Жертвенный с гордостью, служи с честью и пусть кровь врагов подпитывает ярость нашего пламени.

— Да, господин! Все что прикажете! — в восторге проговорила Мария. Джи, неотступно следующая за мной, лишь тихо хмыкнула от такого порыва энтузиазма. Но демонессе он был вообще незнаком. Несмотря на то, что она обладала собственных характером и иногда не сдерживала эмоций, казалось, что в большинстве случаев они сильно приглушены. Но не похоже, чтобы она специально сдерживалась, а скорее это было свойство всех демонов.

— У нас несколько десятков поселений, которые ждут, пока их жителям донесут истинную веру. Подготовь войска, как только Владимир сядет на престол Киева, вы должны будете выдвинуться. Я обозначу их на твоей карте. До тех пор готовь армию, партии миссионеров и укрепляй оборону. Но не забывай и о жителях, помни, что они должны быть сыты, здоровы и довольны.

— Ваше первосвященство, делегация дварфов ожидает вас в тронном зале. — Сказал подбежавший служка. — Они прибыли несколько минут назад.

— Ничего страшного. Потерпят. Мы эту встречу не согласовывали. — Спокойно сказал я, глядя на воскресший Жертвенный. — Хорошо горит зараза. Попробуй засунуть его в ножны, если все получится, то пламя должно погаснуть, а запас крови сохраниться. Если нет, придется ждать, пока он полностью выгорит, и потом уже прятать.

— Не помню, чтобы вы вкладывали свой черный меч в ножны, пока он не погаснет. — Заметила Джи. — Если честно вообще не помню, чтобы вы его в ножнах держали. Все время в бою и наготове. Только в городе обходились перевязью.

— Времена изменились. Ответственность стала выше, как и количество подчиненных. Если я буду поступать, как прежде, пострадаю и я сам, и мои спутники.

— Мудрость приходит с гадами. — Хмыкнула понимающе демонесса.

— Ты, то есть вы хотели сказать с годами? — поправила ее баронесса, с трудом отводя восхищенный взгляд от клинка. Она попробовала спрятать меч, но ничего не вышло, и теперь он вновь оказался на свежем воздухе. Интересно, сколько времени нужно, чтобы триста грамм крови выгорело?

— Нет, я все правильно сказала. — Улыбнулась краешками губ Буланская. — Пойдемте, супруг мой, переговоры с инженерами могут быть жизненно важны для нашей государственности.

— Тут ты права. — Нехотя пришлось признать мне. — Для того, чтобы переговоры прошли более удачно, добавим себе аргументов. Мария, немедля собери передовые отряды, будьте готовы к штурму барж и кораблей по моей команде. Если все пройдет не слишком удачно, мы должны быть в состоянии мгновенно захватить большинство дварфов или уничтожить, если другого выхода не будет.

— Как прикажете! — низко поклонившись, верховная жрица Сабора бросилась собирать отряды, а мы вернулись в тронный зал, больше напоминающий храм для поклонения. Вот только отряд Фифайзена совершенно не походил на фанатиков, готовых преклонить колено. Наоборот они были настороженны и хмуры. Только глава клана держался спокойно доброжелательно. Но учитывая его опыт, я бы поставил на то, что это была маска.

— Ваше первосвященство. — Чуть поклонился Раев. — Рады приветствовать вас.

— Господин гер инженер, приветствую. Проходите, присаживайтесь. Вы обдумали мое предложение о сотрудничестве?

— Безусловно, однако прежде, чем начнем разговор, я хотел бы познакомить вас с одним нашим изобретением. — По его сигналу воин достал из заплечного мешка здоровенную бутыль с мутной жидкостью. При этом обращался он с грузом, словно с новорожденным ребенком, хотя мне показалось, что стекло достаточно толстое.

— Это что, новый вид самогона? — пренебрежительно спросила Буланская.

— Никак нет. — Все также спокойно объяснил Фифаейзен. — Это весь наш запас кислоты. Но не обычной, а глицириновой. Она очень взрывоопасна и этого количества вполне хватит, чтобы разрушить половину башни вместе со всеми, кто в ней находится, завалив обломками подвалы и лаборатории. Ваши стражники отобрали у нас оружие, но с таким им не приходилось встречаться. Я, знаете ли, очень не люблю, когда моим родным угрожают.

— Мы с супругом выживем в любом взрыве. — Усмехнулась Джи. — Так что ваша преждевременная угроза не сработает. Я все правильно говорю, дорогой?

— Выживем. — Кивнул я. — Но это не повод начинать переговоры с угроз.

— Мы ни в коем случае не собирались вам угрожать. Лишь показать, что мы готовы на все ради защиты наших близких. Отзовите ваши отряды, позвольте уйти судам, и тогда мы продолжим. — Сказал Раев, подавив промелькнувшую на мгновение вспышку гнева. — Я не готов сотрудничать с тем, кто в любой момент готов брать в заложники женщин и детей.