– Все. Благодарю. Убедил. Буду вести переговоры с соблюдением всех мер безопасности! – Федор знал, что лучше обещать подобное заранее, чем до самой последней минуты перед отлетом выслушивать хор наущений, советов и ссылок на древние законы. – И что там мои родственники? Встали уже?

– Они почти готовы. Разве что Первый Рыцарь страшно сердит и сломал о стенку два старых кресла в прихожей апартаментов. Но и он уже спешно одевается.

– А что за кресла? Я-то, будучи у него в гостях, ничего не ломал…

– Банальщина и безвкусица. Давно следовало заменить на более приличные.

– А-а, ну если так…

Когда родственники собрались вокруг него, хозяин замка не удержался от вопроса:

– Может, вначале небольшой завтрак?

На что даже вечно прожорливый Виктор скривился в тяжких муках:

– Недавно только из-за стола! Сколько можно жрать да пить?.. А вот проветриться, прошвырнувшись к океану, – самое то, что доктор прописал.

– Как бы ты не вывалился в полете, – подозрительно присматривалась к нему сестра. – До сих пор пьяным выглядишь.

– Да ладно! Это я притворяюсь… Чтобы никто не укорил моего братика в жадности насчет выпивки. Покажусь трезвым, ведь судачить станут сплетники, что моих любимых напитков так и не поставили на стол.

– Странно, – не удержался старший, Алексей от шпильки. – Мне всегда казалось, что у тебя нелюбимых напитков не бывает. Что пиво с одинаковым упоением хлещешь, что вина коллекционные столетней выдержки, что самый дешевый крестьянский самогон лакаешь, как святую воду.

– Вот-вот! – опечалился и нахмурился Первый Рыцарь. – Самогона с пивом на столе-то и не было! Кажется…

– Ага! Ты еще скажи, что мы зазнались, заелись и перестали понимать чаяния простого народа, – хихикнула императрица Зари.

– И скажу! – скорей из чувства противоречия ругался младший из братьев. – И заелись мы, и зазнались! А каково бывает бедному рыцарю или безземельному крестьянину – давно позабыли.

И хоть все осознавали, что ворчит Виктор ради красного словца, Федор обиделся:

– Ты, брат, не думай, что меня перерос и я до твоего уха не дотянусь! И за своими выражениями следи! Где ты в последние годы видел нищего рыцаря, у которого было бы менее трех заводных лошадей и походного фургона со скарбом? Или найди мне труженика земли, у которого нет личного сада, просторного дома и полных закромов всякого добра? И завязывай с этими идеями гнилого коммунизма! Лучше пусть они к нам подтягиваются, чем мы к ним будем опускаться.

– Чего расшумелся-то?..

– А того! Стараешься тут ради всеобщего блага, спину гнешь не меньше каторжанина, а потом приходит наглый тип с пьяной мордой и начинает тебя учить равенству и всемирному братству.

– Да ладно, я не со зла, – смутился самый младший брат. – Просто не выспался…

– А я выспался?!

– Ну все! – Виктория решительно заслонила собой Виктора от сердитого Федора. – Хватит маленьких обижать! Грузимся уже на коней твоих крылатых.

– Ой, спасибо тебе, Мармеладка! – довольный Первый Рыцарь пригнулся и поцеловал сестричку в шею. – Только ты меня одна понимаешь и всю жизнь защищаешь от этих обормотов. Не то они меня давно прибили бы!

– Как же, прибьешь такого! – Алексей уже усаживался с ворчанием на здоровенного комара, в хищном профиле которого и в самом деле просматривалось нечто лошадиное. – Скорей кувалда сломается, чем тебе удастся шишку поставить.

– Здесь вам не там! – злорадно посмеивался Виктор, подсаживая вначале сестру в сложное седельное устройство, а потом и сам лихо заскакивая на свой транспорт. – Хватит, в детстве от вас тумаков натерпелся, до сих пор ребра болят.

Уже отправляя своего комара с широкой террасы в небо, император Иллюзий с ехидцей напомнил:

– Ребра у тебя не от нас болят, малахольный ты наш. Это тебя твоя стерва кулаками метелила, после того как к нашим фрейлинам приревновала. И как ты с этой бешеной итальянкой уживаешься? Уж на что моя Коку ревнивая, и то спокойно себя ведет, все понимает…

Напоминание возымело действие. Виктор резко примолк, нахмурился, оглянулся на выходы, где громоздились самые жуткие духи местного бомонда, провожающие своего императора, и постарался тоже поскорей взлететь в небо. Наверное, обрадовался, что измученная ночным загулом супружница спит без задних ног. А может, просто не терпелось ему скорей встретиться с адмиралом и воочию полюбоваться, как тот выглядит. Ведь порой проголодавшиеся чудовища пугают мужчин меньше, чем любящие этих мужчин женщины.

В небе четверку венценосных землян сопровождало всего два десятка скоростных духов. Больше просто не нашлось на здешней конюшне, слишком уж они редкие, вымирающие создания. А как достать новых, из какого эфирного слоя, пока никто не знал. Хотя им подобных, но мелких и менее скоростных хватало на целый истребительный полк.

Из этих двадцати на пятнадцать шеф дворцовой безопасности усадил пяток самых сильных шабенов из числа людей, пятерых – из числа демонов и пятерых духов из самых мелких, специализирующихся на разведывательной и подрывной работе. Сам шеф, по причине своих крупных габаритов, взлететь бы не смог при всем желании. Хотя очень старательно работал в этом направлении: вот уже двадцать лет в подземельях скрупулезно пытались восстановить некие летальные платформы, оставшиеся от демиургов империи Иллюзий.

Ну и пять комаров типа ОС летело без всякого груза, так сказать, вместо перекладных.

Сильный, непобедимый отряд. Но императоры и не помышляли о войне, они отправились в путь, чтобы развеяться и еще какое-то время побыть вдалеке от всего мира и повседневных забот.

Не успели все ухватиться за перекладины лестниц, ведущих наверх помоста, как послышался уже печально знакомый треск зарождающейся черной дыры.

– Да что ж это такое творится?! – возмутился Дим громче всех, спрыгивая вниз и подхватывая замешкавшегося Булата под руки. Уже вместе с ним он в несколько скачков перенесся от воронки метров на шесть в сторону. И там же первый правильно сориентировался: – Или это не по наши души?

Потому что пробой пространства возникал вокруг той самой одинокой скалы. И чуть ниже ее верхушки. Метра этак на три.

Родственники тоже не мешкали, решив вначале, что опасность нарождается под зависшим высоко мебельным антиквариатом. То есть отскочить успели все, но правильно развернуться в нужном направлении сообразили только после жеста старшего сына. А присмотреться с научной точки зрения и полюбоваться чисто визуально было чем. Ведь впервые для наблюдателей образование черной дыры происходило не на почве или на поверхности жидкого водоема, а в свободном пространстве, пусть и пронизанным стержнем вертикально стоящей скалы.

Сама скала, словно палец, возвышалась метров на пятнадцать. И толщина этого пальца колебалась от трех до пяти метров. Но первый черный поясок вокруг нее появился на расстоянии метров шести от вершины. Хмурая, изредка искрящаяся субстанция, словно бублик, окутала сердцевину из камня и стала бешено вращаться. Через минуту бублик резко стал расти конусом вверх и в стороны, образовывая ту самую смертельно опасную воронку. Но, не дойдя до вершины метра три, рост вверх прекратился. Зато медленно и уверенно воронка стала разрастаться вширь и вниз.

Сомневаться не приходилось, кто создатель воронки: тот самый тип, или шабен, которому присвоили прозвище Даритель. Наверняка рассмотрев из своего мира по меткам, что папирусный свиток отдалился от трона, а потом и замер на месте, излишне хитрый колдун решил, что его послание читают внутри постоянного места проживания. И не мудрствуя лукаво, да и не спрашивая на то согласия у дикарей, решил призвать чтецов к себе в гости.

Сей прискорбный факт наглости и неуважения удивлял также иным аспектом.

– Откуда у него столько энергии? – поинтересовался Дмитрий, не поворачиваясь к родителям. – Трансформатор мы ему повредили, но, даже не будь этого, пробой в Пятый слой Эфира – это не простенький файербол создать. Верно?