— Что с русалкой?

— С рыбодевкой? — удивилась крестьянка. — А шо ей будет? Воды да мяса ей дали. Прожорливая, аки пять собак. — Не понимая вопроса, Васька пожала плечами, а вот Лисандра явно напряглась.

— Лиска, говори. В чем дело?

— Нормально с ней все, — нехотя ответила ученица Улсаста, — ест за троих. Говорить почти не может. Знаешь, если ты все же намереваешься ее с собой таскать — придумай зачем. Она не котеночек, которого можно приласкать, дать молока, а потом отпустить. Она хитрая и опасная тварь. Враг всего, что движется по земле. А уж когда она научится дышать, так и вовсе спасу от нее никакого не будет.

Проверка интеллекта. База: 2. Бонус: −3 (собеседник гений). Бросок: 2. Требование: 1. Успех.

— Стоп. Что значит научится дышать? — вцепился я в ее слова, словно клещами. — Она что, сможет на суше жить? Без воды?

— Ох, да что ж такое-то, — нахмурилась еще больше Лиска, — теперь же придется думать, что говорить, а что нет, раз ты такой умный стал.

— Спасибо за комплимент, а теперь рассказывай. Что нужно делать, чтобы она научилась дышать воздухом?

— Ничего, кроме ее желания и времени, — пожала плечами Лисандра. — Думаешь, как бы они сумели захватить все западное побережье и даже оттеснить кочевников и орков вглубь степей и пустынь, если бы не могли на суше жить?

— Я вообще не задумывался об этом, пока ты не сказала. Не уверен, что вообще знал о таком факте. Но новость эта отличная.

— Вот уж не сказала бы, — хмыкнула Лиска. — Наги чрезвычайно опасные существа. Мало того, что они все хищники, так они еще и отличные приспособленцы. Интеллектом не блещут, зато имеют врожденную предрасположенность к магии души. Большинство просто не доживает до того момента, как она начинает сказываться. Срок жизни у них меньше сорока лет.

— Так. — Я задумчиво посмотрел на свой статус пробужденного, в котором о магии мало чего было сказано кроме того, что она теперь у меня есть, если ее тренировать. — Отложим лекции на потом. Дорога впереди. Если ты говоришь, что она в норме, пусть так и будет. У нас осталось несколько часов, чтобы привести меня в порядок, а главное, вскрыть сундуки. Иначе может оказаться, что все добро отойдет барону. Уверен, сейчас он меня на версту не подпустит к единственной выжившей старейшине, которая могла бы подтвердить право собственности Улсаста на дом.

— Это верно, я еще вчера к ней ходила, но стражники не пустили. Сказали, что здоровье пошатнулось, — подтвердила мою догадку Лисандра.

— Значит, есть только один шанс — найти документы. Васька, налей мне отвара этого в кружку, и помогите встать. Попробуем вскрыть сундуки.

Если б Василиса не пришибла моего паучка, может, все пошло бы и легче. Как она, кстати, это сделать умудрилась при том, что чернорот его не размазал? Но что есть, то есть. Пришлось мне импровизировать и осматривать сундуки снаружи. Нужно отдать должное Лисандре — большинство шкатулок и ящиков она вскрыла сама, с помощью тонкой проволоки и ловкости рук. И, конечно, мозгов. Сейчас, когда я все еще был истощен и нормально работал только мозг, соревноваться ни с одной из девчонок я не мог. Лиска умнее, а Васька ловчее и сильнее. Надо потом залезть в характеристики рабынь и посмотреть, что они могут.

Но были у меня и достоинства, которые появились от тяжелой жизни с батей и мамкой. Пусть и не знал я, как устроены замки, но навык кузнечного дела подсказывал, что можно сделать. После осмотра первого же сундука Васька была послана на пепелище, в кузню за инструментами и спустя полчаса уже вернулась с набором.

— Так, вот эту острую штуку, клин, вставляй с края крышки и стучи по нему молотом, — командовал я действиями вчерашней крестьянки. — Не торопись, тут главное, чтобы дерево не сломалось раньше, чем железо друг на дружку зайдет.

— Ничего не выйдет, — скептически посмотрела на старания Василисы ученица чернокнижника, — замок прочный и заговоренный. Ты только заклинишь его без толку.

— Это мы еще посмотрим, — я хмыкнул, — было бы у нас больше времени — вбили бы осиновые клинья да напитали водой, они бы сами все сделали. Ну а так придется пошуметь.

— Я же говорю, не получится. Какой прок был бы в замке, если его так легко можно сбить каким-то долотом? Вот если… — договорить она не успела. Железо, тихо звякнув, отошло в сторону, и крышка приоткрылась. — Да как так-то? — все еще не веря, воскликнула девушка. — Это же надежный замок! Он больше пятидесяти серебра стоил!

— Вышло! — улыбаясь, вскрикнула Василиса.

— Даже не знаю, с чего ты решила, что он такой уж надежный, — улыбнулся я. — Видишь, доска цельная? Значит, весь замок в одном месте стоит. А раз так, то и ломать особенно ничего не надо, достаточно просто сбить защелку в сторону. Но это самый простой был, хоть и окованный железом. Вряд ли тут будет что-нибудь ценное.

— Я так не сказала бы, — восторженно сказала Лисандра, откинув крышку. Я вначале даже не понял, чего она так завелась. Ну тряпки. Конусы странные. А стоило ей один достать и открыть крышку, как я увидел свернутый в трубку длиннющий свиток.

— Что это?

— Конкретно это? История. Вернее, учебник по истории Валтарсии. Археологические исследования. Здесь, — она взяла следующий, — экономика. Алхимия. Трактат о здоровье. Табель о рангах и волостях. Боже. Настоящая сокровищница!

— О це ж дурная девка, — вздохнула Васька, не понимая радости девушки, — было б то злато али каменья. А то выдумают тоже, бумажки какие.

— Ты не права, глупышка, — усмехнулась Лисандра, — коли все это продать, то не меньше ста серебра наберется. Это очень, очень дорогие вещи. Но дороже они даже не ценой своей, а знаниями. Только представь, сколько всего можно узнать из них!

— Это хорошо, да только не очень понятно, чего ты сейчас рада. Не то ищем. Купчая здесь есть? И что за тряпки?

— Ученический костюм. Мой. Для меня по заказу шили. Жаль только, что прядильщика тут нет. Ох, я б развернулась! — В глазах чернокнижницы играли озорные огоньки.

— Понятно все с тобой. Пойдем дальше. Вась, нужно остальные вскрыть за два часа. До рассвета еще часов шесть, но сильно сомневаюсь, что на выходе барон даст с ним поговорить и доказать право собственности. Нужно успеть до его отъезда все сделать…

Заглянув в раздел «задания» своего Жития, я увидел всего два пункта. Оба с таймерами. Тоже странное слово, таймер, откуда оно взялось, сказать не возьмусь, но однозначно понимаю: связано оно со временем и означает, что стоит достигнуть ему нуля, как задание будет провалено или изменено.

«Приказ его высокопревосходительства барона Райни Тяжелый кулак. Отправиться для обучения и прохождения дальнейшей службы в северную гладиаторскую академию. До отправки осталось 6 часов. При невыполнении приказа вы станете дезертиром и согласно законам империи будете казнены на месте».

«Вступление в наследство: осталось 2 дня. Вам перешло все имущество и собственность Улсаста Темнеющего. Для приобретения недвижимого имущества требуется купчая или иное доказательство неотъемлемого владения. Личные вещи и движимое имущество как живое, так и не живое, переходят во владение беспрекословно».

Дальше шел довольно большой список того, что вроде как мое. И начинался он с трех девушек. По крайней мере, Трия тоже к ним была отнесена. Первой по ценности являлась рабыня душевного толка, Лисандра Порченная. Надо бы ей сменить прозвище, а то все время забываю. Потом шел меч, вернее отличный двуручный именной зачарованный меч +2. С собственным именем — Жертвенный. Потом шла русалка. Следом земля и постройки на ней — надел семьи Грейстил в поселке полукровок. Ну а замыкала первую пятерку Лесовичка.

Хорошо бы еще цену всего этого знать, но, судя по всему, я ее и сам прикинуть могу. Если, конечно, мысли меня не подводят. В первую очередь я знаю, что Лиска мне должна двести пятьдесят серебра. Именно столько она обязана была заплатить штрафов. Значит, в золоте — это два пятьдесят. Двуручник отличного качества, если вспомнить слова оценщика из междуречья, стоит от золотого до десяти. Раз Лисандра идет первой, то меньше, чем два с половиной, но больше штрафа, уплаченного за Трию. А та обошлась в полновесную монету. Значит, дом, вернее, что от него осталось, кузня и земля стоят меньше золотого. Удивительно, но я примерно так и думал. Сколько точно — поди разберись. Ну и Васька, обычная крестьянская девка. Хоть после того, как ее отмыли и одели, стала она гораздо привлекательнее.