Большинство схваток уже закончилось. Мы побеждали, а кавалерия доказала свою эффективность даже в ограниченном пространстве. Многие уже побросали оружие. Другие смотрели на своего лидера, стоявшего напротив спешившегося Ичиро. В воздухе над моим генералом отчетливо просматривался Тысячерукий. Оба брата готовились к последнему — решающему удару, и я не посмел вмешиваться в их дуэль.

Ян, старший брат, золотой герой более опытный и получивший дополнительную пару рук, за девять месяцев накопил мяса, и больше не выглядел больным. В каждой из ладоней он сжимал по мечу, одной парой нанося удары, а второй блокируя выпады противника. Сражайся он с кем угодно другим — его сопернику не повезло бы. Но сейчас преимущество было не на его стороне.

Прошедший со мной огонь и воду Ичиро вложил меч в ножны, сжавшись, как пружина, он был готов вложить все в один единственный удар. Едва достигший звания героя, младший брат должен был убить своего единокровного родственника, чтобы прекратить бессмысленную бойню.

Звуки окружающей битвы смолкли, напряжение нарастало. Стало слышно, как собираясь в лужу капает с наконечников копий кровь. Мгновение, и братья прыгнули на встречу друг другу. В свете луны сверкнули клинки. Ян победоносно крикнул, увидев, как его оружие отбивает атаку брата, а его собственные мечи вонзаются в упругую плоть. Но крик сменился хрипом.

Резким движением стряхнув с лезвия несуществующую кровь Ичиро вложил меч в ножны. Он не двинулся с места, а его разрубленный дух вновь обрел единый образ, прежде чем раствориться в воздухе.

Пошатнувшись Ян сделал неуверенный шаг вперед, но нога подвернулась, и он упал, разваливаясь на части, словно башня из кубиков. Под тяжестью собственного веса отделились кисти, а затем и локти всех рук, в панике он попробовал схватиться за голову, но последняя конечность отвалилась, отрубленная от плеча. Воздух начал выходить вместе с кровавыми пузырями, идущими из шеи, и только тогда Ян сдался. Туловище рухнуло, и не сдерживаемая больше голова откатилась в сторону.

— Да здравствует Пинг Ичиро, последний и единственный законный наследник клана Пинг. — громогласно объявил я, и остававшиеся еще стоять воины начали опускаться на колени. — Поздравляю тебя, брат. Теперь ты — глава великого клана.

— За все время вместе я понял одну вещь. — мрачно сказал Ичиро, держась за рукоять меча. Его движения заставили меня напрячься, и пришлось приложить усилия чтобы удержать собственное оружие в ножнах. — На Чщаси может быть только один великий клан. Иначе нам никогда не видать настоящего мира. Я готов принести тебе вассальную клятву. — сказал Ичиро, отвязав ножны, и протягивая их мне вместе с мечом.

— И я принимаю ее, во имя мира, для наших детей и потомков. Встань, Пинг Ичиро мой союзник и брат. Пора вернуться к нашим семьям.

Домой мы возвращались все вместе. Пришлось задержаться, пока все отрекшиеся не принесут клятву верности Ичиро. Да и раны Гуань-Юнь, не смотря на его бахвальство оказались куда тяжелее чем он говорил. Но уже через день мы вновь были на стене. Объединенное войско Гуанг, Фенг и отступников Пинг, не смотря на потрепанность, составляло больше восьми тысяч копий, и расположившись вдоль стены мы заняли почти всю переборку между северным фортом и остальным Чщаси.

— До прибытия в Дом света мы должны решить, что делать дальше. — сказал я Гуань-Юнь, когда мы остались втроем. — Ичиро не сможет претендовать на весь клан, пока не явится в клановый дом, а он занят Пинг Мингжу. До тех пор — можно считать, что он руководит лишь отступниками.

— Это все равно великая сила. Мы полгода бились с ними, превосходя по численности втрое. И все равно сумели лишь зажать в угол. — ответил Гуань-Юнь, щедро наливая в свою пиалу прозрачное рисовое вино. — Не стоит торопить события. Северный вопрос решен, западный тоже, остров наконец свободен от инакомыслия.

— Разве? Тогда кто напал на вас? — спросил я, и глава Фенг скривился.

— Что ты сразу о плохом? Я даже пить перехотел. — с досадой поставив обратно пиалу сказал Гуань-Юнь. — Битва была скоротечной, но даже соединив кровавое ускорение и летний вихрь клинков я не смог за ним угнаться. Таких противников я раньше не видел, попытался застать его врасплох, отрубив руку, но она оказалась металлической. А потом еще этот показной щелчок. Уверен, эта тварь могла бы обойтись и без показательного выступления, но хотела убить меня красиво. У него такая же страсть к представлениям, как и у тебя, зятек.

— Это можно использовать против него, но надеюсь это не единственное что вы запомнили. Как он сражается? Что за оружие использует? Кто его союзники?

— Ты задаешь не те вопросы. — усмехнулся Гуань-Юнь, все же подняв пиалу, а затем разом ее осушив. — А правильный вопрос — почему сейчас. И на него я без труда могу ответить. Что ты знаешь о сопротивлении внутри Джен?

— Не так много, как хотелось бы. — ответил я. — Несколько десятков эльфов, одно из их крыльев, начали нападать на своих сородичей. Их возглавляла Джен Мей, внучка главы клана Джен Ли. Судя по слухам причиной стала попытка моего убийства. Но не связаться с Мей, ни получить от нее сообщений нам не удалось.

— Уже неплохо. — улыбнулся Гуань-Юнь, подливая в пиалу вина. — Вот только их не пара десятков. Почти четверть клана, недовольная изоляцией и выступлением против кланов Гуанг и Фенг, заявила о своем недовольстве. Поверь моему небольшому опыту — это очень много, учитывая природу связи эльфов.

Пару месяцев назад на меня вышел твой бывший приятель, Джен Хироши. Верткий и склизкий как угорь, он тем не менее предложил неплохую сделку — примирение холодной войны между Джен и Фенг, в обмен на нашу нейтральную позицию по Гуанг. — заметив возмущение Ичиро владыка жизни и крови лишь усмехнулся. — Привыкай, мальчик, теперь интриги и договора против бывших друзей, твоя реальность.

Конечно, сейчас об этом и речи быть не может, ты не только мой зять, и отец моих внуков, но и спас мне жизнь. Воины не забудут долга крови, так что сейчас любые союзы с кем-либо кроме Гуанг, возможны только по обоюдному согласию. — отпивая вино заметил Гуань-Юнь. — Но это не значит, что в будущем все не может измениться.

— Мы договаривались о дуэли. — сухо заметил я.

— Верно, и я не отказываюсь от своих слов. — улыбнулся мне Гуань-Юнь. — Неделя, и я буду в полном порядке. Впрочем, видя, что ты сделал с фортом отступников своей техникой духа воина — разницы не будет. Шпионы мне все уши прожужжали, рассказывая о том, как она сильна. Но я, признаться, до последнего не верил. Впрочем, возможно у старика тоже найдется пара трюков.

— Очень надеюсь, что нам не придется сражаться до смерти. — покачав головой ответил я. — Иначе Юн меня просто не простит.

— Ты на столько уверен в своей победе? — рассмеялся глава Фенг, хлопая по колену каменной ладонью, но затем закашлялся, скривившись. — Будет приятно сбить с тебя спесь, мальчишка, и доказать, что я тоже молодой владыка.

— Я и вовсе владыка только по названию. Мои силы все еще находятся на уровне золотого героя, хотя я готовлюсь перешагнуть эту важную черту.

— Создаешь собственную технику трех путей? — с интересом спросил Гуань-Юнь. — Надеюсь к нашему поединку она будет готова?

— Боюсь, что нет. Пока она останется тайной. Тем более, простите за дерзость, но кажется у меня уже появился куда более серьезный враг. — покачал я головой. — Так что на счет переговоров с Джен?

— Они сорвались. — улыбнулся глава Фенг. — Кто-то убил всех переговорщиков, свидетелей и послов. А позже мне прислали бумаги с официальной печатью о расторжении всех договоренностей. Это было около двух недель назад. Подумай, кому, кроме тебя, не выгоден союз между Джен и Фенг.

— Очевидно — Пинг. Они постоянные соперники и союзники, и не могут допустить усиления одной из сторон. Так что, когда мы возведем на трон Ичиро, это не станет такой уж проблемой.

— Пинг? Может и так, но у меня другие сведения. — наливая очередную пиалу сказал Гуань-Юнь. — Почти год назад, когда ты отвоевал западную плотину и взял под контроль половину острова, некто вмешался в переговоры между Джен, Пинг, Хэй и последними представителями Гуй. Я не говорил об этом, потому как не был полностью уверен. Больше того, у меня до сих пор нет точных сведений. Но поговаривают что влияние Джен Ли в собственном клане уменьшилось.