Двуручный меч вспорол воздух, и смех обоих противников оборвался на одной ноте. Не знаю, что это было: везение или судьба, но они умерли мгновенно и почти бесшумно. Всего в нескольких метрах от нас еще несколько врагов складывали награбленное, чтобы потом погрузить на суденышко. Но они не обратили никакого внимания на смерть товарищей.

Мне даже не пришлось отвлекать врагов, пока остальные поднимались. По очереди, подавая руку, я выудил из воды сначала Арату. Затем паренька чиновника и Трорина. Последней, и надо заметить самой тяжелой, была хрупкая на вид дриада. Она что, целиком из дерева состоит, почему невысокая девица такая тяжелая?

— Порошок промок, — с досадой проворчала мулатка, — а ведь в бычий пузырь клала.

— Значит, лук используй, — буркнул дварф, выглядывая из-за бочки с рыбой, оставленной торговцами, — четверо. Как раз по одному на каждого. Но убрать надо быстро.

— Не проблема, у меня даже идея есть, как это сделать, — я как раз стянул с одного из поверенных кольчугу, снял с его спины щит и короткий абордажный меч с широким лезвием, шлем с забралом, закрывающим лицо, тоже очень пригодится, — одного возьму на себя, а с остальными вы как-нибудь разберитесь.

— Что ты задумал? — спросил с опаской дварф, но план уже был приведен в исполнение.

Схватив за подмышки тело одного из воинов, я прислонил голову к шее и спиной пошел на противников, таща его за собой. В начале на меня не обратили никакого внимания, но вот один из собирателей награбленного обернулся и, увидев, что один товарищ тянет другого, бросился на выручку.

— Сигурд, что случилось с Зигом? — спросил он обеспокоенно, бросаясь к уже мертвому телу. Понятно, что в стрессовой ситуации люди соображают далеко не так хорошо, как сидя у камина с бокалом вина. Но лицо бандита, когда он потряс соплеменника и у того отвалилась голова — надо было видеть. Я молча поднял руку вперед.

— Ты что творишь, гад⁈ — взревел Трорин, отступая к кромке пирса. Все четверо бандитов привычные к дракам на кораблях и в узких пространствах закрылись щитами и пошли на моего надсмотрщика. С каким бы я удовольствием смотрел, как они выпустят этому гаду кишки. Но гораздо приятнее сделать это самому. Когда освобожусь от ошейника. А сейчас…

Возможно нападение сзади это подло, но играть в благородство у меня не было ни сил, ни времени. Двоим я просто срубил головы, их шеи были совершенно не защищены, и смотрели они в другую сторону. Когда предпоследний обернулся на звук выходящего с кровавым бульканьем воздуха, я всадил клинок ему в шею. Последнего убила Арата метким попаданием метательного ножа.

Но как назло он успел закричать перед смертью. Преступники тут же переполошились. Я вмиг заметил несколько направляющихся к нам отрядов. Бой предстоял жаркий.

— Нужно отходить, — крикнул чиновник, — мы с ними не справимся!

— Трус! Только что шестерых перебили как котят. Еще пять десятков и город будет свободен!

— Псих. И планы у тебя дурацкие, — задерживая дыхание после каждого слова и выпуская по стреле, сказала Арата. С луком у нее дела были явно хуже, чем с свинцеплюем, но врагам приходилось прятаться за щитами, что хоть немного снижало скорость их продвижения к нам.

— Действуем по первоначальному плану! — крикнул Трорин, бросаясь перерубать удерживающий канат, — толкайте!

— А вот теперь они реально злые, — заметил парень, имени которого я так и не успел запомнить. И он был чертовски прав. Заметив, что ладья, скрипя бортом о доски, начала отходить от берега, многие бандиты бросились скидывать с себя доспехи, побросали щиты и в одних портках бросились к нам вплавь.

— Руби весла и парус! — крикнул дварф, покончивший с канатом и запрыгнувший внутрь.

— У меня есть идея получше, все на край пирса, держитесь там! — перемахнув через борт судна, я двумя руками схватился за Кладенец. Меч мгновенно ответил, и стало видно, как над ним поднимается поток горячего воздуха. Он не горел, но кромка лезвия из бледно-серой стала желтой, а потом и белой. Я со всей силы вогнал его в борт. Теперь нужно было только ждать.

Дерево загоралось неохотно, но поспорить с несколькими тысячами градусов не могло. И вспыхнуло всего через несколько секунд. Несколько стрел пролетело мимо соей головы, и пришлось отступить, прячась от лучников. Но те были умелыми воинами, посылая свои смертоносные снаряды по дуге. Если бы не Трорин, прикрывший меня щитом, тут бы мне и наступил конец.

Отступая под градом стрел, мы едва успевали поджигать лавки, весла и барахло, что уже было на дне ладьи. Но цели своей мы добились в полной мере. Половина корпуса уже полыхала, и большинству налетчиков стало совершенно не до нас. Когда первые пловцы показались над бортом, мы без каких-либо проблем покончили с ними. Единственное, что связывало нас с пирсом — канат, который Лягушка обмотала вокруг столба и удерживала двумя руками.

— Я не умею плавать, — признался в последнюю минуту Трорин.

— А раньше-то нельзя было сказать? Значит, лезь первый, я закончу начатое.

Воткнув Кладенец в мачту, я держал его одной рукой, чтобы не погас, а второй закрывался щитом до тех пор, пока упрямое дерево не вспыхнуло. Теперь уже настала моя очередь поплавать. Но бросать с трудом найденный артефакт, да еще и привязанный к моей душе, совершенно не хотелось.

Проверка удачи. База: 1. Бонус: +1 общий. Бросок: 2. Требование: 4. Успех.

Наспех обвязав крестовину веревкой, я перерубил удерживающий ладью канат и отпустил двуручник в воду. Облако пара мгновенно поднялось над рекой, и я сиганул прямо через него, в последний момент успев поймать идущий ко дну трос. Масса кольчуги и меча тянул вниз и ошейник тоже сил не прибавлял, но я продолжал подтягивать себя против течения.

Несколько стрел на излете ударились рядом. Но особого вреда не причинили. А вот на пирсе развернулось настоящее сражение. Выбравшийся Трорин прикрывал щитом остальную компанию. Арата стреляла через его плечо, и даже чиновник не остался позади, отгоняя копьем слишком ретивых противников. Можно было бы сказать, что одна дриада ничем полезным не занята, если бы она в этот момент не вытягивала канат из воды.

«Слабая» девушка. Ага. Такая не то, что коня на ходу остановит и в горящую избу войдет. Она еще и добра молодца из передряги вытащит одной левой. И не дай бог, кто ей слово поперек скажет. Хотя учитывая, что она мало понимает и ничего сказать не может, почти идеал — фигуристая глухонемая хозяйка таверны. В общем, из воды меня чуть ли не за шкирку подняли как котенка.

— Спасибо, — как мог улыбнулся я девушке, — ты меня выручила.

— Потом миловаться будете! — взревел дварф, на которого наседало сразу несколько противников, — помогай!

— Не хочешь удавку ослабить? Я буду куда как полезнее!

— Ну уж нет, мне одного раза хватило. Да и противники здесь обычные люди, а не дракон.

— Ладно… — укрывшись за щитом, я вновь начал разогревать меч, от которого дриада отпрянула, только завидев. Боится, и, наверное, не даром. Я где-то уже видел подобное оружие. Жаль, не могу вспомнить где. Вода зашипела, испаряясь, клинок трещал, жалуясь на судьбу и нерадивого владельца. Как бывший подмастерье я прекрасно понимал, что раз за разом нагревать металл до такого состояния, а потом бросать, закаляя — нельзя.

Но не брать же мне сейчас в руки обычные железяки, когда есть превосходный меч? Воздух гудел и потрескивал, проходя рядом с лезвием. Кромка вновь раскалилась добела. Божественное орудие, карающий огненный меч. При привязке было написано, что его максимальная сила такая же, как и у меня. Интересно — если мне представиться возможность стать полубогом — он станет божественным предметом?

— В сторону! — крикнул я, поигрывая клинком, дварф недоуменно обернулся, и мне пришлось кивнуть, еще раз подтверждая собственные слова. Оставляя за собой белоснежную дугу, двуручник обрушился на передний ряд воинов. надежно укрывшихся за щитами. По их мнению, надежно.