Когда Ччимб в очередной раз прыгнул гиганту на шею, тот извернулся и принял льва на рога. Пронзенный лев взревел, начал бить по морде твари когтями. Защищая глаза Цонг откинул Чимбика в сторону. Но лев уже был не в состоянии сражаться. Он только подвывал, волоча лапы. Я остался без союзника.

Глефа сверкала, оставляя глубокие порезы. Но ни один из них не был смертельным. Кожа и шерсть орангутанга были такими плотными что сталь не могла их пробить. Да и размер шеи был сравним только с толстым деревом. Я словно собирался перепилить кухонным ножом стол столетнего дуба.

Отгоняя подступающее отчаянье, я продолжал кружиться. Орангутанг отбивался все сильнее. Быстро приходил в себя, хотя должен был подохнуть. Прыжок, новая рана. Отступить, пробиться под лапу. Укол, и лезвие входит на пять сантиметров в вену. Но глубже я воткнуть его не успеваю. Приходиться отступать. И снова в атаку.

Единственный зрячий глаз Цонга горел ненавистью. Чудовище жаждало меня уничтожить. Прикрывая одной лапой шею, оно активно било в ответ второй. Но мои движения были не столь предсказуемы как атаки демонического льва. Я в последний момент менял направление удара. В прыжке отталкивался от ветвей и пользовался гарпуном, чтобы атаковать с другого направления. Я порхал вокруг гиганта, жаля его с разных сторон в шею.

Тварь не успевала показывать своим сородичам где я. Несколько раз пыталась меня боднуть, поймать в прыжке. Но я постоянно изворачивался. Уходил от столкновения и бил в ответ. Вот только все мои удары оказывались бесполезны. Даже ребра твари уже начали сами вправляться. Гигантская пробоина в груди — затягивалась. А шея хоть и кровоточила, но не слишком сильно. Я проигрывал.

Отступить? Заставить врага еще раз выйти на пушки и в этот раз бить в голову? А может таскать с собой орудие? Бомбардир Бома сейчас пригодился бы как нельзя кстати.

Точно!

Выругавшись я отскочил в сторону и воздел руку к небесам. Пылающий тут же сформировался надо мной. Не став ждать, я ударил врага трехметровым огненным мечом. Орангутанг заслонился больной лапой. Раздался грохот стали столкнувшейся с камнем. Воплощенный воин исчез, оставив после себя запах гари.

Я не был уверен, что смогу призвать его вновь. Поддерживать око урагана и одновременно создавать воплощение таких масштабов — даже для меня слишком. Но проблема была в том, что Цонг все еще стоял. Да, его левая рука висела на обрубке кожи. К ранам на груди и шее добавился глубокий порез, идущий через все плечо. Но тварь продолжала стоять! Император обезьян просто отказывался умирать.

Я тяжело дышал, восстанавливая дыхание. Все три ядра Ци работали на пределе. Поддерживаемые медитативные техники просаживали запас до нуля. Восстановить ее в таком режиме я просто не мог. Эликсиры сейчас только отняли бы больше сил на усвоение. А значит ничего не оставалось.

Я должен закончить бой одним ударом. И кажется я знаю, как это сделать.

Меня называли разными именами. Валор. Мальчик. Безумец. Император. Приносящий дождь. Но сейчас было важно совсем другое. Не имело никакого значения что во мне не осталось артефакта с турнира зимнего солнцестояния. В этом, новом, мире то что ты видишь и чувствуешь имеет такую же силу, как и то что существует на самом деле. Я — Грозовой зверь! Хозяин дракона!

Шимпанзе, гориллы и орангутанги, окружавшие поляну и рассевшиеся по всем ветвям, закричали, когда я снял маскировку. Отбросив бесполезное ружье, я освободился от потрепанной брони. Соединил глефу, закрепив оружие. Несколько дротиков полетело в мою сторону, но я не обратил на них внимания. Во всем мире осталось только двое.

Я и Цонг.

Молния пробежала по лезвию глефы. В чистых голубых небесах прогремел первый раскат грома. Крошечное белое облачко начало быстро расти. Увеличиваясь в размерах. Обезьяны с опаской смотрели вверх. Начали спускаться с верхушек деревьев. Они боялись попасть под молнию, но сейчас она была полностью в моей власти.

Каким-то образом Цонг все понял. Он взревел. Прикрывшись правой лапой прыгнул вперед. Его стремительная атака привела в ужас сидящих за моей спиной зрителей. Они отхлынули назад, но я не собирался отступать. Наоборот.

Улучив момент, я устремился навстречу врагу. Отталкиваясь кончиками пальцев, я летел над самой землей. За секунду до столкновения ушел влево, под обрубленную лапу. Пропустил над головой удар мгновенно развернувшегося гиганта. А затем взлетел к небесам. Ударил глефой точно снизу-вверх, пробив глазницу твари и глубоко всадив в нее лезвие.

Но я уже знал, что это бесполезно. А потому не останавливаясь перехватил оружие. Перекувырнулся через рога врага, оказавшись у него на загривке. И потянул глефу, используя ее как рычаг. Взревев от боли и ярости Цонг запрокинул голову. Попытался достать меня когтями. Но момент был упущен. Металлическое древко глефы смотрело прямо в небеса.

Выжигающее все вспышка ударила с небес. Грохот оглушил. Меня отбросило на несколько метров, сильно приложив об дерево. Сквозь пелену перед глазами я видел обугленный труп Цонга. Все было кончено, в этом я не сомневался ни на секунду. Его глаз погас, шерсть сгорела. А кровь наконец перестала бить из множества открытых ран.

Даже земля под монстром обуглилась. Чешуйки сплавились от жара и давления. Каким бы монстром не был Цонг — теперь он точно был мертв. Вот только сил не осталось даже на то чтобы подняться. Все мои ядра взбунтовались. Перестали работать как нужно. Не смотря на все мои усилия глаза закрывались. И последнее, что я увидел — подползающего ко мне Чимба.

— Господин очнулся! — раздался голос который я легко узнал.

— Хотару? — удивленно спросил я, снимая повязку, мешающую открыть глаза. Тонкие пальцы попытались меня попытались удержать, но я выдернул кисть и снял бинт. В начале я думал, что проснулся ночью. Но девять пятен за окном говорили о том, что идет день. Вот только зрение подводило.

— Лежите, господин. Не двигайтесь. — посоветовала Хотару. — Вас привезли только вчера. Я удивлена скорости вашей регенерации, но советую оставаться в кровати.

— Что с Чимбом? — спросил я, не ощутив рядом льва.

— Он во дворе. Разве вы его не чувствуете? — с опаской спросила Хотару, и по моей спине пробежали мурашки. Отбросив одеяло, я сел в базовую позу медитации и попробовал сосредоточится на своей Юань-Ци. Не вышло. Ее будто не было совсем. Даже интерфейс не отвечал. К счастью я уже сталкивался с подобной проблемой в прошлом.

— Мне нужна первородная эссенция Юань-ци. Немедленно. — приказал я.

— Ваша энергия уже сформировала ядро, господин. — покачала головой Хотару. — Раньше все три силы уравновешивали друг друга. Сейчас же… боюсь вы не сможете восстановить Юань-Ци в должном объеме для формирования ядра заново. Или на это потребуются долгие годы, как и всем, кто возвышается до ранга владыки.

— Мы перезапускали ядро Юань-ци даже у Тифлингов, после катастрофы. Должен быть способ перезапустить и мое. — упрямо повторил я. — Техники верхнего дантяня — основные в моей практике. Я не могу себе позволить потерять их сейчас.

— Боюсь в данный момент от вас это уже не зависит. С вашей помощью мне удалось помочь воинам и героям Юань-Ци, но у них присутствовало только одно ядро. У вас их два, полноценных. Чжен и Сюэ-Ци. При поступлении эссенции Юань-ци она будет просто растворена в существующих ядрах.

Вы самый молодой владыка, и этого уже никто не отнимет. Вы император нашего острова. Всей нации Чщаси. — строго сказала Хотару. — Уверена вы найдете выход из этой ситуации. Я же сделаю все от меня зависящее, чтобы восстановить вашу Юань-Ци. Но, господин, на это могут уйти годы.

— У меня нет даже месяцев. — ответил я, прикрыв бесполезные глаза, и потерев переносицу. — Вы должны начать лечебные процедуры немедленно.

— Как прикажете, господин. Я отправлю за концентрированной эссенцией, и мы начнем закапывать. — сказала Хотрару, поднимаясь. — Я бы посоветовала вам отдохнуть несколько дней, но понимаю, что это невозможно. В любом случае, постарайтесь не перетруждаться. Иначе последствия могут стать только хуже.