— Я не чувствую Юань-Ци. — настойчиво повторила Юн.

— Потому что я ее не использую. — усмехнулся я. — Магия. Воплощение. Дар. Теперь нет никакой разницы. Осталось только понять, что я призвал против Цонга. И смогу ли это повторить при необходимости.

Дар. Емкое простое слово, которым я обозначил множество факторов. Вот только ни мне, ни кому-либо из живущих он оказался непонятен. Как хаос повлиял на Дар? Как он преобразуется? Есть ли следы в теле от его воздействия? Что делает тебя измененным… одаренным?

Очевидный ответ — хаос. Вот только она не являлась верной. Никто не знал, чем именно этот хаос является. Преподаватели академии и Сциллы предпочитали работать на уровне «после». Не задумывались о первоисточнике. Считали, что, если Дар есть — его можно раскрыть, обучить с ним обращаться. Но не более.

Наткнувшись на стену непонимания мне самому пришлось принять его как данность. Позже, если у меня будет достаточно времени, я в этом разберусь. Сейчас же важным было другое — развитие и контроль открывшейся способности. И вот тут наступало настоящее безумие.

Народ Неко от их менее развитых сородичей отличала не сила магии, а умение ее использовать. Создание урагана — сильная магия. Но изначально — это лишь несколько ветров, переплетенных в один узор. С каменным големом или ледяной метелью, ситуация получалась схожей. Сила, требуемая для создания одной сосульки или веера крохотных игл, требовалась одинаковая. Умение — совершенно разное.

Но даже обладая максимальным умением использование заклятий вызывало достаточные трудности. Оно отнимало жизненные силы. И я сам мог в этом убедиться, на примере Имаджин и Сифары. Длительное и чрезмерное использование заклятий приводило к иссушению. А если вовремя не остановиться — и смерти.

К счастью я отличался от неко. Мое тело, закаленное многолетними тренировками, поддерживали ядра Чжен и Сюэ-Ци. Кроме того, артефакт вживленный мне Мэй позволил регенерировать ткани с бешенной скоростью. Я не был бессмертным, что не раз доказывали мои враги. Но мог выдержать куда больше повреждений и усилий чем даже самые стойкие из героев пути жизни.

А потому я тренировался каждую свободную минуту.

Между приемами и совещаниями. Перед, после и вместо сна. Единственное что я никогда не пропускал — приемы пищи. Восстанавливающееся тело требовало строительного материала. Требовало сил и энергии. После очередной серии молний в каменную стену я сжирал несколько килограмм мяса, овощей и питательных злаков.

Я заставил себя воспринимать информацию. Как бы абсурдно или нелепо она не звучала. Вычленял из нее каждую крупицу знания. Того, что мог передать остальным. А сейчас — применить сам. Для быстрейшего роста. И Сциллы уже на третий день начали смотреть на меня с опаской. О да, я умел учиться.

Ритуал — выработанная формула взаимодействия. Для каждого человека он был разным. Раскрываясь во время тренировок и кропотливого изучения себя. Но когда я понял, что у него есть основа — стало куда проще. Стоило прочувствовать положение тела, в котором мне комфортнее выпускать молнию. Найти в себе ядро, которое отвечало за преобразование энергии тела в энергию грома, и я начал свой путь.

Для меня основой ритуала стал жест. Два вытянутых пальца — указательный и средний. И два сжатых, будто обхватывающих древко копья. Именно в этой форме я призвал молнию, что испепелила Цонга и чуть не прикончила меня. А дальше на нее насаживались положение руки, кисти, пальцев. Темп и направление жеста. И наконец форма обращения силы.

— Мы никогда не видели ничего подобного. — сказали Сциллы, когда я на пятый день пять раз ударил в мишень, стоящую в десяти метрах от меня. — Ваша скорость обучения просто поражает, господин Валор. Как вы смогли этого добиться?

— В этом нет ничего сложного, если всю жизнь ты только и делаешь, что тренируешься. — без ложной скромности ответил я. — К тому же, если бы у меня не было ядра Чжен-Ци, я скорее всего не смог бы пережить такой марафон. Навыки, старание и подготовка сделали меня таким какой я есть.

— Вы станете великим магом. — довольно сказала старшая из Сцилл. — Вас можно будет приводить в пример всем ученикам. Как старым, так и новым.

— Вряд ли у вас будет много учеников, имеющих больше одного ядра. — усмехнулся я. — Но когда я вернусь — обязательно возьму несколько перспективных учеников под крыло. Сейчас — не то время.

— Вы собираетесь вернуться на войну, господин? — удивленно спросила Сифара. — Но разве ваши генералы не справляются без вас? Я слышала они продвигаются сквозь джунгли без остановок и перерывов. Неужели ваше присутствие там столь необходимо?

— Я покинул своих людей помимо воли и должен к ним вернуться. Возможно новые навыки помогут мне справится с главным врагом. — сказал я, выпив пол-литра питательной настойки. — Увы, его я не смогу доверить ни одному из своих бойцов. Даже навыков владыки может оказаться недостаточно для боя с Силерантилом.

— Вы сможете совершенствоваться в пути. — уверенно заметили Сциллы. — Ваш Дар должен развиваться и достичь небывалых высот.

— Постараюсь оправдать ваше доверие. — кивнул я, поднимаясь. — Благодарю вас за науку. Если бы не ваши объяснения, я не смог уловить суть.

— Мы благодарим вас. Смотреть как вы поглощаете знания — истинное удовольствие. — улыбаясь ответили Сциллы. Поняв, что им больше не место во дворе кланового дома они поднялись и благородно удалились. Их охрана и любопытные ученики ждали снаружи. Но сегодня представления они не получат.

— Господин, все готово в дорогу. — сказал Хироши, появляясь во дворе. Он обратил внимание на обгоревшие камни, но ничего не спросил. Видно до сих пор считал себя ответственным за потерю мною Юань-Ци. Чтож, сейчас я не собирался его переубеждать. Тем более, что дорога предстояла не слишком дальняя.

— Хорошо. Отправляемся. — сказал я, снимая тренировочную форму и облачаясь в свой генеральский доспех. Кузнецы Бома уже привели его в порядок. Восстановили содранные пластины и усилили кирасу. При этом умудрились не сильно утяжелить всю конструкцию. Что в бою было не менее важно.

Сломанную во время последнего боя с Цонгом Грозу я сменил своей старой глефой, подаренной Гуань=Юнь на свадьбу. Но от ружья отказываться не стал. Наоборот, за пять дней мне изготовили его усовершенствованную версию. Без утяжеляющего лезвия, но с барабаном повышенной емкости.

Заряжать ружье все так же приходилось, разбирая барабаны. В начале у каждого снималась задняя стенка. Затем вставлялось крохотное ядро. За ним — порох. И заканчивала все небольшая порция чистой селитры для воспламенения при ударе. После вся конструкция закручивалась. Барабаны менялись достаточно легко, чтобы не думать о дальнейшем усовершенствовании конструкции. К тому же у нас не хватало ресурсов.

Выйдя за порог, я обнаружил небольшую армию из полутора сотен героев и золотых воинов. Все те кто сопровождал меня в бою с Цонгом и «не оправдали» высокого доверия. Хотя в действительности, сделали ровно то, на что я рассчитывал. Они привлекли внимание обезьян, сумели отбить их атаки и нанесли несоизмеримый урон. Но объяснять это им — не требовалось.

— Поехали. — приказал я, взбираясь в седло Чимба. Лев довольно рыкнул, повернув морду, и я с готовностью его погладил. Всадников набралось не больше двадцати, из которых десять — личная охрана, включая Хироши. И на самом деле она тоже не требовалась. Остров вновь стал достаточно безопасен даже для крестьян. Вот только статус заставлял таскать с собой воинов, которых в случае сражения скорее всего придется защищать мне, А не наоборот.

Когда процессия уже выдвинулась из Дома света, я получил гневное сообщение от Юн. Вернее, оно было вполне обычным. На первый взгляд. «Удачной дороги, господин. Возвращайтесь в целости…» Вот только за этой короткой фразой крылось куда больше. Я так и представлял девушку, брызжущую ядом. Троеточие в конце, и обращение Господин вместо Дорогой, прямо говорили о ее настроении.