— Прошу прощения, ваше высочество, но мы не можем войти, — раздался голос Дайки Логбора, — дверь закрыта на засов.

— Не может быть, — сухо ответила Чикако, — я точно помню, что оставляла ее открытой, — поднявшись, принцесса все же забрала у меня предложенный камзол и, накинув поверх своей «одежды», подошла к створкам, — действительно. Как так вышло? Милый, ты случайно не закрывал дверь после того, как вошел?

— Нет, мне как-то не до того было, — ого, я теперь для нее милый?

— Какое-то просто божественное провидение. Ладно, уже не важно, — с вздохом Силяфирель отодвинула в сторону массивный засов, за которым стояла целая процессия. Хорошо я хоть штаны успел надеть, — нет все вы мне тут однозначно не нужны, — остановила жестом руки Чикако ожидающих, — только принцы и принцессы. Остальные можете развлекаться не до вас сейчас.

— Значит, все уже свершилось? — тактично спросил седой эльф. Когда они начали входить, я аж поперхнулся. Так вот, что она хотела провернуть, разогреть и может даже в постель затащить, а потом вся эта толпа должна была ввалиться. Во главе с Логбором и Наоми. Стыд — это мягко скажем не то чувство, которое я бы стал при таком испытывать, тут на всю жизнь импотенцию заработать не долго.

— А то ты не слышал, — усмехнулась Чию, — для соблюдения протокола, Майкл, присаживайся, — она подвела меня за руку к стулу обычного вида и, дождавшись пока я сяду, устроилась у моих ног, — теперь ни у кого думаю вопросов не должно возникнуть.

— Значит консуммация брака была? — осторожно спросила моя мама.

— Да, вон там на простыни, — кивнула Силяфирель, — давай я тебе всех представлю…

«Хана, ты кого-нибудь помнишь? Из присутствующих?» — спросил я у призрака.

«Вроде… Нет, извини. Они все слишком молоды».

— Думаю, принцессу Золотого леса тебе представлять не нужно, — насмешливо спросила Чию, — Наоми Голдофирель, долгое время считавшаяся погибшей. Принц Ферундил. Принц Алинедил. Принц и принцесса Сиденельские. Здесь не хватает только принца Гренедила, но думаю, что совет старших можно считать открытым. Представляю вам моего законного супруга, естественно не зарегистрированного и не утвержденного Дланью. Майкл Силерантил известный сейчас, как Майкл Рейнхард, владыка подземья, убийца Короля-дракона и все прочее, что для нас не особенно важно.

— А еще первожреца Святогора, — сказала Наоми и поклонилась, коснувшись лбом пола, остальные, включая Чикако, последовали ее примеру, — как жрица Солнца, я рада приветствовать своего господина и повелителя.

Песец подкрался откуда не ждали. И что это все значит? Ну кроме того, что у меня нормального разговора с матерью не получится. Откуда они знают о том, что бог Света восстал? Вернее сказать, полубог, ведь у него была основа смертного. И откуда знают, что он повелел мне стать его первым и главным жрецом, братом и рабом в Свете? А демоны тогда тоже в курсе? Опасно, черт.

— Поднимитесь, я рад видеть здесь всех вас. Как рад принести добрую весть о возвращении нашего истинного отпускающего грехи повелителя.

— Да прибудет Свет с нами, — хором ответили принцы и принцессы. Черт, кажется, я знаю о религии, которую должен проповедовать безнадежно мало. Таким макаром и отступником стать не долго. Или и вовсе — раскольником и еретиком единственного живого бога. Не особенно доброго, между прочим, даже если от Гроаса в нем осталась частичка.

— Надеюсь, мы сможем пока обойтись без церемоний. Слишком близко демоны, слишком опасно поклоняться сейчас свету.

— Но разве вы не должны создать церковь Святогора в Уратакоте? — спросил настойчиво Логбор. Интересно, откуда он все это знает? Неужто Святогор сам приходил к эльфам? Слишком явно и слишком опасно. Не стал бы он поступать столь опрометчиво. Или стал бы? Что я, в конце концов, знаю о своем божестве, лишившем меня заклинаний света?

Не так мало на самом деле. И надеюсь, что гораздо больше чем окружающие. Я был к нему ближе всего, получил часть воспоминаний, когда дотронулся до саркофага. Вот только прямо сейчас вспомнить ничего не могу, будто вылетело все из головы. Нужно потом сесть и спокойно все обдумать. Вспомнить все. Понятно, что это не моя память, слишком она была чужда. Непонятна, неестественна. Какие-то сражения, лишения, тысячи лиц.

Проверка интеллекта. База: 10 (+3 инта, +3 элита, +4 общий). Бонус: −9 (-3 гений, −6 несколько слушателей). Бросок: 3. Требование: 4. Успех.

— Пока появление Святогора надо держать в тайне. Насколько это вообще возможно, — сказал я, — возвращение нашей церкви должно стать для демонов неприятным сюрпризом. Как и мой брак с Чикако. Так что за пределами этого круга говорить об этом категорически запрещено. Когда вы вернетесь в свои королевства, то сможете начать тайную подготовку и создание ячеек.

— Мы будто культисты Сукрама! — возмутился Алинедил, красивый мужчина, одетый в красивый сюртук с узором из тысячей мелких деталей, — наш бог ожил! Мы должны показать себя! Объединиться и выступить против демонов единым фронтом!

— С кем объединиться? — насмешливо спросила его Чию, — дварфы работают на них. Орки ненавидят нас одинаково. Кочевники и дикари с равным удовольствием будут грабить и убивать всех подряд. А нас слишком мало, мой муж верно заметил во время встречи — время прошло. Пусть великих демонов почти не осталось — это не значит, что Империя стала слабее.

— Совсем наоборот. Раньше они опирались лишь на собственную магию подчинения, силу, выносливость и живучесть. Сейчас — они вооружены боевыми дирижаблями, паровыми танками, сотнями воинов в паровых доспехах с мортирками и свинцеплюями. Они объединили вокруг себя дварфов, людей и даже полукровок. На их стороне воюют орочьи дружины Войны. Нет, нападать на столь подготовленного противника нельзя.

— Значит, нужно восстанавливать нашу веру, — горячо заявила Наоми, и я увидел в ее глазах огонь фанатика, которого не замечал никогда. Хочу или нет, но теперь точно нужно поговорить с ней наедине. Тем более, что несмотря ни на что остальные к ней похоже прислушиваются. У меня слишком много пробелов в жизни и слишком мало достоверной информации.

Проверка интеллекта. База: 10. Бонус: −9. Бросок: 3. Требование: 1. Потрясающе.

— Нужно, но делать это следует максимально осторожно. И в первую очередь среди людей и дварфов, подтачивая государственность Длани, — сказал я, — это должна быть тихая работа, незаметная, сродни той, что ведут шпионы и дознаватели. Нам нужна ячейка в каждом пограничном городе. Дом добрых дел, где дают приют бездомным и путникам. Место, где обездоленные получат пищу и кров. Работу и надежду. Там будут должны действовать наши миссионеры.

Принцы и принцессы начали оживленно переговариваться, обсуждая идею, а мне стало совершенно понятно, что все сказанное будет исполнено. Может и не сейчас, позже, но в наилучшем виде. Из того, чего они смогут добиться.

— Сейчас же прошу меня оставить наедине с Голдофирель, у нас есть тема, которую стоит обсудить.

— Согласна, — кивнула мать, она попробовала улыбнуться, но уродливый шрам, который я ей оставил на лице, не позволил губам подняться. — Нам о многом нужно поговорить.

— Здравствуй, — я замялся, подбирая более подходящее слово, учитывающее нашу историю, — мама.

— Здравствуй, Майкл, — ответила она, ничуть не смутившись.

— Вот значит как. Ни сыночек, ни родной, даже ни сын. Понимаю, история у нас не самая простая, но все же ты меня родила и воспитала.

— Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не перейти с «ты» на «ваше святейшество», — улыбнулась Голдофирель, — наш род с самого основания служил жрецами при дворе Силерантилов.

«Это правда, прекрасно помню, как с трудом избегала их интриг у Золотого Трона. Они вечно норовили меня в жертву принести лишь бы своего божка призвать. Да и потом, после падения Восток регулярно с ними сражался. Они слишком яро распространяли свою веру. Сыны Света, культ солнцеликой Джайны — это все результат их трудов».