— Будь вы простым смертным. Я бы вас просто прикончил. Дешевле встало. Но… — Хикару понизил голос, видно было, что сдерживается из последних сил. И все же сумел перебороть себя, продолжив почти спокойным тоном: — Но не графа. За это меня просто четвертуют. Как и тебя, такое предложившую.

— А откупиться? — совсем отчаявшись, спросила девушка, опустив глаза. — Всегда же…

— За убийство высшей знати нет штрафа. Только смерть. Как и за бунт. — Безгрешный откинулся на спинку кресла. В небольшом кабинете оно смотрелось слишком огромным. — Я не буду выкупать эту девочку или ее долг. Вы можете пройти законную процедуру присвоения через суд и, если ее никто не выкупит за оговоренную сумму — без проблем получите в полную собственность. Включая душу.

— На кой ляд она мне нужна? Своих-то девать некуда, и так четыре!

— А еще как я слышал, ваш батюшка собирается устроить бал в вашу честь. Если быть точным, то в ознаменование обретения родом Рейнхардов нового наследника, победившего дракона. Так что и появление настоящей супруги не за горами. Кстати говоря, мы решили, что за слизня я вам ничего не должен, ведь выступал нанимателем и пообещал любую вещь, которую вы увидите в подгороде. Независимо от ее стоимости.

— Слушайте, вы же почти владеете всем этим гребаным подземельем⁈ Просто возьмите и верните мне выигрыш!

— Думаете, я что, сру золотом? Почему, по-вашему, ограничивал ставки? Знаете соотношение? Если бы в последнее время не стала ставить принцесса и еще пара столь же богатых господ, даже расплатиться бы не смог! А вы сами, еще раз повторяю, САМИ поставили свои деньги не у меня и не у официального дилера, а у непонятного мошенника.

— Меня вполне устроит главный приз турнира в качестве компенсации.

— Нет его у меня, — поморщился Хикару, — его дает Вейшенг своей великой милостью. Деньги мне взять неоткуда, все, что мы с дракона собрали — уже продали. И большую часть пришлось отдать в казну. Все, давайте не будем об этом больше? Вы получили еще одну рабыню, а я избавился от головной боли. Вопрос решенный и дальнейшему обсуждению не подлежит.

— Потрясающе, — теперь уже настала моя очередь хвататься за голову. Прахом пошло и поместье Улсаста вместе с окружающими землями, и еще с десяток мелких участков. Хорошо хоть, дом в Уратакоте не поставил на кон. Да и десяти золотых было ой как жалко. — Выкупить поставленное я, надеюсь, смогу?

— А что там у вас, — немного оживился Безгрешный, — дом в городе?

— Нет, небольшой участок и дом в пограничье. — Я открыл Житие в разделе собственности для того, чтобы посмотреть его стоимость, и только потом сообразил, что там его уже быть не может. Права-то потеряны. — Поселок полукровок.

— Десять золотых, и он снова ваш, — улыбнулся Хикару. — Может, и остальное желаете выкупить? Завтра оно пойдет с молотка, и кто-то может дать больше.

— Учитывая, что стоил он пять и стоит на самой границе пустыни орков, сомневаюсь, что за него выручат даже первоначальную сумму. Пять.

— Девять, — предложил полуэльф, — и вам не придется тратить свое время.

— Пять. Мне и так не придется, я просто пришлю кого-нибудь из своих рабынь с охраной. Мне это ровным счетом ничего не будет стоить. Она еще и расскажет, как там живется, и цена упадет еще на два-три золотых.

— Как бы вам не пришлось за свою жадность расплачиваться, — покачал головой Безгрешный, — давайте сойдемся на семи с половиной?

— Это на две с половиной тысячи медных монет больше, чем он стоит. А мне еще возвращать поставленное дружинниками. Пусть будет пять с половиной, и мы закроем конфликт. Тем более что турнир я выиграл, а значит, прошел в полуфинал.

— Шесть. Это мое последнее предложение. То, что вы выиграли четвертьфинал, еще ничего не значит. Но удивлен, что у вас и это получилось. Надеюсь, не слишком переборщили с эликсирами? Завтра ведь урок у самой Энмиры, не хотелось бы, чтобы из-за отходняка вы пропустили занятия, ради которых все затевали.

— Пусть будет шесть, но тогда с условием, что без меня полуфинал не проводится. Учитывая, что у меня вскоре, возможно, будет важное дело…

— Да, граф одобрил ваш поход, — кивнул Хикару, мгновенно сообразив, что я имел в виду. — Не думаю, что он займет больше двух недель, но на всякий случай отложим следующий раунд на месяц. Тем паче того же попросил Маска.

— А это кто? — спросил я, изображая саму невинность. Но Безгрешного таким мелким трюком, к сожалению, было не обмануть. Он лишь усмехнулся и передал мысленно договор. Быстро пробежав глазами, согласился и тут же с облегчением увидел появление в Житии поместья Улсаста со всем содержимым. Вот только ценник его не радовал — два с половиной золотых. В три раза почти переплатил…

— Рад, что мы договорились, — самодовольно улыбнулся Безгрешный, — сделал гадость — в сердце радость. Сразу полегчало как-то. Вы же не обиделись на меня, ваше сиятельство?

— Нет, — пожал я плечами, — сами знаете, для меня это не сумма. Но надеюсь, впредь вы будете благожелательнее к владельцу души вашей бывшей воспитанницы. Все же ее душа будет напрямую связана с моей, и моя гибель повлечет и ее смерть.

— Могли и не напоминать, — помрачнел снова Хикару. — Если мы закончили, то прошу вас удалиться. Ночь на дворе, а своим походом вы всем нам сильно добавили работы.

— Всего хорошего, — взяв за шкирку остолбеневшую воровку, я вышел наружу. Надо придумать, что с ней делать. Не потащишь же домой? Там и так уже общежитие, да и очередной девице рады остальные не будут. С другой стороны, Лиски и Эвы сейчас нет, они еще пару дней минимум будут в госпитале. Место найти можно.

— Господин, я что сказать хотела. Может, ну ее? Просто выкинем? — тихо предложила Василиса. — Ну зачем нам эта черномазая?

— Вот уж от кого не ожидал такого. Она мне, по сути, в сто двадцать пять золотых обошлась. Ну или в тридцать пять. Смотря как считать. Думаешь, не найду ей применения?

— Так она ни к чему не приспособленная, — скептически посмотрела на девчушку Васька, — вся грязная какая да неопрятная. Ни по хозяйству, ни по дому ничего не умеет. Пока привязку не прошла, может, того, в бордель какой ее продать? Все доход будет, может, даже пять золотых выручить удастся.

— Что-то я понять не могу, ты что же это, себе такой жизни бы пожелала? — Девушка потупилась, отведя взгляд. — Нет же. Так чего другим такие ужасы предлагаешь? Найдется и с нее прок. Когда отойдет от шока. А пока ничего страшного. Сами разберемся. Переночует в гостиной, после отведем в суд. На тебе это, кстати, будет. А после, когда по закону все сделаем — уже решим. Ночь на дворе поздняя. Скоро просыпаться, а мы еще глаз не закрывали.

На том спор и закончился. Зайдя в дом, я нашел сундучок с монетами, который хранился у меня в комнате, за семью замками, и раздал причитающееся бойцам. Даже чуть сверху накинул. Не то чтобы много — но достаточно, чтобы смена оказалась веселой, и они, довольно галдя, удалились на заслуженный отдых. Куда и нам тоже уже было совсем пора.

Трия так соскучилась, что буквально повалила меня на пол, едва завидев. Отвязаться от настойчивой русалки не удалось даже в ванной, прием которой в итоге затянулся почти на час. И только тогда я сумел добраться до постели, совершенно вымотанный. Во всех отношениях. Даже недовольная Василиса, подобравшаяся под бок, была воспринята, лишь как мягонькая и теплая подушка, с которой так приятно было уснуть, обнимая.

Снилась какая-то жуткая муть. План демонов с его высоченными зданиями из стекла, камня и металла. С длинными чернеющими дорогами. Но, в отличие от моего путешествия, они не были развалинами. Тут и там прорывались к солнцу деревца. И главное — оно было! Жаркое, яркое, тысячекратно отраженное в зеркалах и стекле. Тысячи паровых карет мчались во все стороны. И только людей на улицах этого города не было видно.

Очнулся от острого замаха мочи. Да еще и теплой жидкости на голове. Дернулся, просыпаясь, и чуть не скинул Василису, сидящую на моем животе. Девушка держала в руках кисть и банку с черной краской, от которой и исходил запах.