– Ну так шабены их постоянно используют как накопители. Да и включенные в любое украшение камни удесятеряют силы амулета или вложенного заклинания.

– Вот и отлично! Поэтому предлагаем вам уникальный камень, изысканный в дальних пределах великого Эфира. Называется он аллакэрр.

После этих слов девушка чуть приоткрыла плащ и достала из кармана мужской рубахи кусочек «вечного» вещества. Небольшой, с полмизинца взрослого мужчины.

Господин Тискан не стал ничего переспрашивать или уточнять, хотя и ухмыльнулся при этом слишком уж пренебрежительно. Мол, я только по одному цвету определяю стоимость того или иного камня. Достал лупу, вставил ее в глаз и принялся сосредоточенно рассматривать осколок. Пару раз недоуменно хмыкнул, бормоча еле слышно:

– Синий… Почему он такого насыщенного синего цвета?..

Крутил, вертел, подставлял в лучи света разными гранями. Потом вопросительно глянул на клиентку, поднеся аллакэрр к витринному стеклу:

– Можно?

– Да режьте на здоровье, – разрешила та. – Если стекло, конечно, не бронебойное.

Лавочник провел осколком по стеклу и, кажется, перестарался. Хоть надрез получился всего в треть ширины, дальше стекло пошло змейками и лопнуло. Зато на линии разреза только веер мельчайших пылинок поблескивал.

– Ого! В самом деле очень твердый, – согласился Тискан. – Но вот его цвет говорит только об одном: камень скорей всего расколется при обработке. Так что могу дать за него два… – он окинул фигуры угрюмо помалкивающих спутников улыбающейся дамы и со вздохом расщедрился: – Четыре золотых.

Но только обрадовавшийся Дим попытался спросить, хватит ли этого на ночлег и ужин для троих, как напоролся на такой гневный взгляд Алексы, что заткнулся на вздохе. При этом заподозрил не без основания, что отныне сможет говорить только как Отелло.

Кстати, вспомнив о друге, он вдруг подумал:

«Интересно, сможет ли самый лучший переводчик преобразовать мычание мохнатика в понятные для всех слова?»

Тогда как землянка перешла непосредственно к торговле:

– Уважаемый Тискан, вы, наверное, хотите ограбить бедную девушку, думая, что раз она прекрасна, то ей и денег не надо? Так я вам подскажу истинную цену этого камня! – Она его взяла своими пальчиками и приподняла на уровень своей весьма роскошной, но сейчас прикрытой плащом груди: – Здесь и сегодня его должны купить за восемьсот золотых. Завтра он будет стоить в полтора раза больше.

– Это кто кого хочет ограбить?! – возопил старикан, явно нервничая и перехватывая костыль удобнее, словно собрался им драться. – Драгоценностей по такой цене не существует! Так что можете смело уходить отсюда вместе со своей фальшивкой.

Его последние восклицания были услышаны еще одним посетителем, вошедшим в лавку. И он чуть ли не с порога рассмеялся:

– Опять собираешься бить на жалость, показывая изувеченную ногу? – К радости людей и пса, переводчик и для них переводил слова «постороннего». – Ха-ха! Так ведь все уже давно знают, что ты ее не отращиваешь заново именно для таких вот случаев.

– Чего приперся так рано? – доброжелательно откликнулся хромой. – Договаривались позже заглянуть в трактир…

– Да настроения нет торговать, – признался гость. Казалось, он не то родственник, не то друг-конкурент ушлому Тискану. – Все недавний торг перед глазами стоит, на котором этот спесивый шабен новые камни выставил. Живут же люди! По таким несусветным ценам новинки скупают!

На клиентов он и внимания не обратил, зато сразу заметил лопнувшее стекло и сочувственно развел руками, как бы вопрошая коллегу: что это у тебя тут упало?

– Ерунда, не обращай внимания… А вот по таким торгам я не хожу, не по средствам скупать разности иных миров. Только и слышал, что новые камни «вечными» зовутся. Может, ты мне расскажешь, что там в них особенного?

– О-о! Удалось даже один в руках подержать! Структура – первый раз такую красоту видел, он прочнее алмаза, его цвет – насыщенный синий…

Он хотел еще что-то добавить, но замолк после странного шипения со стороны хромого. Глянул на его бледнеющее лицо и проследил за его многозначительным взглядом. Сам наткнулся взглядом на осколок, поддерживаемый женскими пальчиками, присмотрелся и очень смешно судорожно сглотнул. Этим себя и выдал окончательно.

На самом-то деле и второй лавочник оказался ушлым и умелым в плане поторговаться, потому что уже в следующее мгновение через силу улыбнулся и продолжил как ни в чем не бывало:

– Ну что ты! Эта подделка и рядом не лежала с «вечными».

То есть сразу «включил соображалку» и стал подыгрывать приятелю. А может, у них имелась договоренность о том, как сбивать цену продавца. Но пели они дуэтом неплохо.

– Вот и я так сразу сказал, – авторитетно пробасил Тиска́н. – Хотя и предложил по доброте душевной целых четыре золотых.

– Повторю для особо тупых! – отчеканила девушка, поигрывая камешком, дающим яркие отблески. – Название «вечные» относится ко всей группе подобных драгоценных камней. А камень с данной структурой называется аллакэрр. Хотя необразованный шабен Райзек об этом знать никак не мог. И вот этот осколок сегодня и сейчас стоит восемьсот золотых.

Оба лавочника засмеялись в унисон. На что Алекса отреагировала своеобразно. Решительно убрала камешек в карман и двинулась к выходу со словами:

– Пошли, парни!

– Ладно, мы можем чуток прибавить к цене! – тут же раздался голос второго дельца. Девушка остановилась вполоборота и поинтересовалась, изображая недоумение:

– Зачем прибавлять? Нам больше не надо. Мы свое слово держим: восемьсот – значит восемьсот.

– Нет, вы нас не поняли! – залебезил хромой. – К своему предложению прибавить…

– Не интересует!

Но ей даже развернуться толком не дал так и не представившийся другой лавочник:

– Хорошо! Мы согласны! Берем за восемьсот!

От прозвучавших слов Тискан закатил глаза и собрался падать в обморок. Но коллега подскочил к нему, затолкал за прилавок и стал шипеть в самое ухо что-то весьма убедительное. Увы, переводчик на такую тихую речь не отреагировал и ничего не перевел. Зато Дмитрий, обладающий уникальным слухом и абсолютной памятью, запомнил каждую звуковую модуляцию. Вдруг да пригодится?

Коллеги тем временем пришли к консенсусу, и гость быстро покинул лавку. А хромой Тискан стал выгребать монеты из ящиков со словами:

– Такой суммы у меня при себе нет, но сейчас брат принесет недостающую часть. Пока давайте пересчитаем, что есть…

Оказалось, нет и половины, триста шестьдесят насобиралось. Мало того, никто из троицы иномирцев и представить себе не мог, как выглядит золотая монета Титана Хайкари. Не подсунут ли им липу хитрые лавочники? Если в этом мире существуют такие шабены, как Райзек Бавэл, то здесь могут подделать что угодно.

Заметив скепсис и сомнения на лицах клиентов, лавочник не на шутку испугался:

– Вы что, мне не верите?! Подождите чуточку, и брат примчится! Вот увидите! А чтобы вам не скучно было, выбирайте любой товар, который вам нравится! Отдам по себестоимости, клянусь!

Сразу же барышню словно подменили:

– Так уж и по себестоимости?

– Могу предоставить приходные книги! – с готовностью предложил хромой.

– Хорошо, попробуем… Я буду показывать пальчиком на любую вещь, а вы мне сразу называете цену. Если потом сверимся и что-то не сойдется, мы расстаемся взаимно неудовлетворенные. Зеер гут?

Последний вопрос магический переводчик тоже перевел верно. То есть вставки иных языков разбирал на «раз-два». И вскоре послышалась скороговорка названных цифр. Дмитрий шел следом, запоминал все сказанное и сразу откладывал в сторону понравившийся товар. В том числе три самых лучших переводчика, по заверению торговца. А один так сразу надел себе на запястье и включил, сказав:

– Надо же провести испытание.

С того самого момента он уже слышал прямо у себя в ушной раковине негромкий, отчетливый перевод каждого слова, произнесенного хозяином лавки. В разы получалось удобнее и комфортнее, чем при пользовании устройством собеседника. Недаром каждый стремился купить подобную штуковину.