На моих пальцах была кровь. Аки задели, и не единожды — на плечах и бедре были кровавые полосы от пуль. У девушки же был такой вид, будто для нее это просто комариные укусы.

— Аки… — проговорил я, но в ответ услышал только тихое и равнодушное «прости».

К ней с горящими зеленым руками уже бежал Женя. Посадив девушку на поваленное дерево, он принялся врачевать.

— Ничего страшного, — сказал он, пока ее раны медленно затягивались. — Царапины!

— Неважно. Аки, еще раз так сделаешь, — сказал я. — И…

Она подняла глаза.

— Что «и»? Выгонишь меня, да?

Я опешил. Смотрела она на меня как дикая кошка. Вот-вот обнажит клыки.

— … Или бросишь здесь? На самом пороге?

Ее личико задрожало, и она отвернулась.

— Аки… Ты что?.. — проговорила Саша, встав рядом. — Почему мы должны тебя бросить?

Она не ответила.

— Перенервничала, наверное, — сказала Метта, взвалив пулемет на плечо. На ней была военная форма, пулеметные ленты, перекинутые через грудь, и каска с надписью «War is never changed». Еще на пятерых, которые разгуливали тут и там, было не меньше железа.

Оставив Аки с ее тараканами, я направился к Свиридовой. Она стояла у уничтоженного броневика. Вернее, рядом с водилой, пластом лежащем в траве. Вокруг все было красным от крови.

— Бедняга… — вздохнула она. — А ведь хотел увольняться…

Водилу разрезало напополам. Видимо, проморгали одно из колес, и оно таки сделало свое дело.

Сняв у него с шеи покрасневший тор-медальон, Свиридова сунула его в карман, а затем посмотрела на наши мрачные лица.

— Не он первый, не он последний. Давайте быстрее. Устинов, как Акихара, жива?

Он поднял палец вверх, и Аки встала на ноги. Пересекшись с ней взглядами, я насторожился. Ее глаза были пусты.

— Дантист, Скарабей, — крикнула магичка, — вы чего там копаетесь⁈

— Погоди, — проворчал ушастик, ковыряясь в груди одного из юдов. — Последний…

Через минуту у него в пальцах сверкала сияющая геометрика. Таковых по итогу удалось извлечь всего четыре штуки.

— Ну ничего, мы только на пороге, — улыбнулся Скарабей, сунув все в сумку.

— Давайте быстрее! — крикнула Свиридова, подтянув ножны с мечом. — Не хватало, чтобы еще какая-нибудь дрянь прибежала на звуки боя.

Мертвого водителя мы завернули в плащ и оставили рядом с обломками бронетранспортера. Сами же, растянувшись цепью, направились через лес, превратившийся в настоящие джунгли.

— Как ни крути, но, говорят, смерть на пороге — хороший знак, — проговорила Акула, всматриваясь в заросли вокруг. — Значит, рейд будет удачным.

Мне такие приметы были даром не нужны. Первый бой был всего лишь проверкой на прочность, и чую, дальше будет только хуже. К счастью, состав нашей команды не пострадал.

Птицы заливались в сотни глоток, и вскоре эти певуньи начали действовать мне на нервы. Голосили как бешеные, чем страшно раздражали даже вечно спокойную Сашу.

— Да заткнитесь вы, твари! — но те и не думал замолкать.

— Без толку, — сказал Скарабей. — Привыкайте. В Зеленом секторе этим голосом говорит Амерзония.

— Какой противный у нее голос… — вздохнул Шаг.

Командир ухмыльнулся.

— Ты еще юдо-комаров не видел. Держи участки тела закрытым, малец.

И мало нам проблем, так еще и заросли на пути разрослись настолько плотно, что продираться сквозь них пришлось с помощью холодного оружия. Тяжести добавляли куски покореженного металла под ногами.

Растянувшись цепью, мы нещадно секли кусты мечами и так, шаг за шагом двигались вперед. Аки же, не оглядываясь, держалась обособленно. Глядя на ее ничего не выражающее лицо мне было тревожно.

Я пару раз пытался заговорить с девушкой, но она только качала головой, или отделывалась парой фраз. Даже Мила с Сашей смотрели на нее с опаской.

— Контузило ее что ли? — морщила Мила лоб. — Видели, как она бегала по кустам?

— Нет, — покачал головой Женя. — Она была в маскировке.

— Вот-вот. Ее легко могли подстрелить свои же. Что за глупость? На тренировках мы же отрабатывали тактику!

Наш разговор прервал Сим-сим:

— Контакт! Юды!

Следом позади прозвучал гул. И такой мощный, что аж земля затряслась. Все резко развернулись. У нас за спинами мелькал голубой огонек.

— Опять⁈ — зашипел Шах, подбрасывая свой сияющий молот. — Что ж, выходите…

Парни уже вскинули пушки, но тут Свиридова замахала руками:

— Стоять! Уходим! БЫСТРО!

— Что⁈ — оглянулась Мила, с пальцев которой уже текли струи жидкого огня. — Мы же…

Гул приближался. Земля буквально ходила ходуном. Огонек рос.

— Зараза… — сплюнул Скарабей и рванул за Свиридовой. — Бегом!

Не став спорить, мы побежали вслед бойцам — судя по звукам к нам двигалось нечто нехилое. Через метров двести бойцы, озираясь, остановились. Мы тоже. Все вскинули оружие.

Из кустов позади раздавалось душераздирающие звуки — скрип металла, гул и треск ломающихся веток. Ближе огонек не подходил: мелькал среди деревьев, исчезал и вдруг снова появлялся.

— Что там за шар?.. — спросил Шах, вглядываясь в заросли. Ему ответила Акула:

— Это Мусорщик.

Мы переглянулись.

— Какой еще к черту Мусорщик⁈ — удивился Шах. — Не помню я на тренировках никаких мусорщиков! А ты, Мила?

Она замотала головой. Все взглянули на Свиридову.

— Потому что на тренировках фиксируются только моменты боя, а ЭТОТ всегда приходит после, — сказала она. — Пошли. Сейчас все увидите.

Ничего не понимая, мы последовали за ней. Скоро вышли на пригорок, откуда виднелось место недавнего боя. В клубах поднимающегося дыма виднелся покореженный бронетранспортер, а еще куча юдов, лежащих вперемешку с чудами.

Вдруг один из юдов дернулся.

— Не добили? — спросил Шах, но тут дернулся еще один, и на наших глазах два раскрученных юдо-колес потащило куда-то прочь. Следом за ними поползли еще пятеро.

— Они живы⁈ — охнула Саша, но Свиридова покачала головой:

— Спокойно. Сейчас все увидите.

И мы увидели. Затрещали кусты, и на открытое место выкатился гигантский металлический шар. Он напоминал свернувшегося ежа, но вместо иголок у него были слои покореженного металла, сквозь который били лучи голубого света. От этой твари и исходил гул.

Там где проезжал этот Мусорщик, останки юдов начинали двигаться — и «ползли» прямо к нему.

— Он собирает тела павших юдов, — сказала Свиридова. — Как мощный магнит. Видите?

В самом деле, одно из подбитых юдо-колес притянуло прямо к нему, а затем с отвратительным скрежетом его начало «наматывать» на тело странного существа до тех пор, пока он не стал его частью. Тоже самое произошло с «трактором», и со всеми, кого мы таким трудом разобрали на части.

— Так он и катается по полям битв, собирая «металлолом», — продолжила Свиридова. — Зачем — не знаю. Он не опасен, если его не провоцировать, но и на «глаза» ему лучше не попадаться. А если попытаться его убить…

Хохотнув, Акула щелкнула затвором и прицелилась прямо в тварь, что не спеша каталась по полю боя туда-сюда.

— Не смей! — рявкнул Скарабей и толкнул ее в бок. — Совсем с дуба рухнула⁈ Подорвать нас схочешь?

— Далеко же…

— Далеко. Но рванет он мама не горюй! Еще и половина Амерзонии пожалует в гости. Опусти винтовку!

Фыркнув, Акула послушалась командира.

— Зануда… Давайте хоть отойдем подальше. Если рванет, нам же лучше. Вся гадость хлынет прямо к пепелищу, подальше от нас!

Но Мусорщик уже исчез за деревьями. Акула сплюнула.

— Пойдемте, черт с ним, — кивнула Свиридова, и мы охотно направились дальше. Скоро джунгли вновь сошлись стеной, а пение птиц превратилось в пытку.

— Дайте я шлепну хоть одну тварь! — простонала Саша, вытаскивая лук, но ее тут же остановила Свиридова.

— Терпение, госпожа Айвазовская…

— Заткните их, Юлия Константиновна, — и Саша зажала уши руками.

Но магичка только покачала головой. Она хотела что-то ответить, но где-то вновь послышались выстрелы, и мы залегли. Сим-сим однако стоял прямой как палка.