— Ничего себе! — целых восемь томов всякого интересного, — обрадовалась я.

— Восемь? — добродушно усмехнулся библиотекарь. — Это восьмой том из двадцати шести.

— Да это ж за всю жизнь не прочитать! — вслух впечатлился Марек, в то время как я жадными глазами смотрела на фолиант.

— А это смотря какая жизнь, — задумчиво произнес над нами мужской голос.

Мы подняли головы и шарахнулись в стороны — возле нашего столика стоял мастер Кайден и как-то странно на нас смотрел. Если бы это был кто-то другой, я бы сказала — с надеждой, а так — просто странно.

— Господин Эшен, я закончил. Можете убирать книги, — сообщил он и покинул помещение.

Мы тоже поблагодарили библиотекаря и ретировались, поскольку уже смеркалось, а нам еще медитировать нужно. Ночью мне снова снился маг, стоящий с воздетыми руками в сошедшем с ума северном сиянии.

Работу с тремя предметами нам на левитации так и не показали, теперь мы двигали перья по кругу, а я откровенно скучала. Хотелось придумать что-то интересное, связанное с левитацией. В результате я задумалась, и перо вместо выписывания ровных кругов начало вальсировать. Очнулась только тогда, когда подошедший мастер Эрх поймал его пальцами. Виновато посмотрела на преподавателя снизу вверх, он вздохнул и унес перо с собой, велев левитировать теперь стилус. Я уж было подумала, что мастер догадался об авторе проделки с карикатурой, но перья к концу урока отобрали еще у восьмерых. Марек расстроился — ему оставили перо, а я потихоньку намекнула, что стилус можно и самому вечером левитировать для тренировки, если уж хочет быть великим магом и поднять заветную плиту. Мальчишка тут же загорелся решимостью держать стилус, пока не уснет. Ну-ну, резерв-то у нас пока даже на ученический кристалл не тянет.

На уроке мастера Гаруна мне таки удалось поведать всем историю про подозрительного мага. Преподаватель тут же усомнился в ее правдивости, но, получив энциклопедическую справку об авторе, заинтересовался и попросил сообщить, когда пойдем сдавать книгу. Впечатленный старательностью всей группы, на следующий урок он задал только половину главы, чем вызвал всеобщий вздох облегчения. Так что на обед мы отправились, переполненные гордостью за свою находку.

А на рисовании нас ждало новое задание. На розданных листах уже имелась довольно замысловатая фигура в левой верхней ячейке. И именно ее предлагалось перерисовать в оставшиеся графы. На доске сегодня ничего не показывали. Сначала это показалось просто странным, но сложности возникли при первой же попытке выполнить задание.

Раньше нам не приходилось задумываться, в каком порядке рисовать элементы и из чего можно легко сделать сложную фигуру. А тут было над чем поразмышлять, потому как попытка бессистемно перерисовать схему кусками вышла кривой и кособокой. Я покосилась на близнецов. Марек, упорно пыхтя, старательно перерисовывал схему частями. Тарек смотрел на первый кривоватый вариант и думал, вертя стилус в руках. Ну что ж, будем считать, что это головоломка.

Вспомнив все предыдущие схемы, я нашла две закономерности. Мы рисовали их снаружи внутрь, то есть вписывали мелкие фигуры в более крупные. И все фигуры, имеющие более шести углов, рисовались не цельно, а состояли из элементов попроще. Начав рисовать по такому принципу, вскоре я получила довольно сносно изображенную схему. Дальше работа пошла уже привычно. Не знаю, как остальным, а мне такое задание понравилось.

К концу урока мастер несколько раз прошлась по рядам и провозгласила: «Тарек, Наталья и Янисар — молодцы, для остальных показываю, как правильно рисовать эту схему». Что тут сказать — головоломку я решила правильно.

Поскольку сегодня чистописание было последним уроком, нас с Янисаром отпустили совсем после выполнения задания. Я шепнула мальчишкам, что сразу пойду на почту, чтобы, если там нет для нас поручений, вернуться к концу урока, забросила сумку в комнату и трусцой побежала на работу.

Посылок сегодня не было, а на почте меня ждало одно-единственное письмо — для архимага Элтара. Я удивленно посмотрела на почтаря.

— Ну, ты ж его вроде не боишься, — смущенно проговорил тот и отвел глаза.

Я пожала плечами и понесла письмо по уже знакомому адресу. До конца урока вернуться все равно не успею, так что бежать не стала, а, пользуясь тем, что дорога уже знакома, попыталась медитировать на ходу. Кажется, даже получалось.

На этот раз дверь мне открыли не при помощи магии, а лично. Архимаг удивленно поднял бровь, я же пожала плечами и молча протянула ему письмо. Несколько секунд мужчина изучал обратный адрес.

— Проходи. Сейчас ответ напишу, отнесешь на почту, — велел он и двинулся внутрь дома.

Моего согласия не спрашивали, но я, в общем-то, и не имела ничего против. Пошел маг все в тот же кабинет со столом и огромным книжным шкафом, где я пришла в себя прошлый раз. Сев за стол, он углубился в чтение, совершенно не обращая на меня внимания. Я же воспользовалась случаем подробнее разглядеть помещение. Интересно ведь, как архимаги живут.

Кабинет был относительно небольшим, зато уютным. В стене напротив письменного стола имелось большое окно с тонкими, похожими на тюлевые, занавесками по краям. Тихонько подошла ближе, чтобы их рассмотреть. Это было какое-то замысловатое плетение из тонких ниток, необычное и очень красивое. По бокам от окна висели две картины: слева пейзаж с речкой, справа портрет симпатичной женщины в соломенной шляпке и с кулоном мага на шее. У противоположной от входа стены стояли еще два шкафа с книгами, а между ними удобное мягкое кресло и то ли огромный подсвечник, то ли торшер местного изготовления, но явно что-то осветительное. Перед креслом и частично под ним лежала пушистая шкура кого-то невезучего.

Покосившись на архимага, который быстро и сосредоточенно писал, я перешла ближе к книжным шкафам, стараясь не привлекать внимания, и начала разглядывать корешки. Прочитать удавалось не все, поскольку делать это вслух не решалась, чтобы не помешать хозяину дома.

— Нашла что-то интересное? — прозвучало прямо у меня над ухом.

От неожиданности я резко отшатнулась в сторону, оборачиваясь, и едва не упала. Мужчина невесело улыбнулся, чуть дернув уголком рта, и протянул мне ответное письмо.

— Можно идти? — уточнила я.

— Да, конечно, — он мотнул головой в сторону выхода, потеряв ко мне интерес. — Дверь за собой просто прикрой.

Я не стала задерживаться и пошла обратно на почту, но всю дорогу не могла отделаться от ощущения, что моя реакция огорчила этого могучего и великого мага. Ну, вот какое ему дело до посыльного с почты? Лезет же в голову всякая чушь. Я мысленно поругала себя за то, что придумываю разные небылицы, и занялась полезным делом, то есть попытками медитировать на ходу.

Почтарь удивился моему возвращению, но я протянула ответное письмо, и он понятливо кивнул. Спросив про близнецов, выяснила, что они приходили, но довольно давно, и ничего передать не просили. Подумав, решила на всякий случай зайти в корчму чтобы узнать, забрали ли они наш дополнительный паек.

А в корчме происходило что-то необычное. То, что за обильно накрытым столом сидели несколько богато одетых людей, и то, что Шрам сам им прислуживал, было как раз нормально. А вот то, что в углу за стойкой жались двое испуганных подавальщиков и по совместительству посыльных, на которых Шрам бросал грозные взгляды, было странно. Я пристроилась неподалеку, ожидая, когда у корчмаря появится минутка для меня. Но, выставив на стол оплетенную бутылку, он направился не ко мне, а к подавальщикам.

— Быстро решайте, кто понесет заказ. Он такой же клиент, как и все, а клиента нельзя заставлять ждать! — почти шепотом, чтобы не мешать остальным посетителям, прорычал корчмарь на своих работников.

— Не я! — в один голос выдали оба и зажмурились.

— Хозяин, ну вы же сами всегда ему заказы носили, — жалобно проныл паренек помладше.

— Да куда ж я от герцогов-то уйду? Совсем с ума сошли? — опешил Шрам.