Серия магических поединков, как и всегда, успешно помогла мне сбросить негатив, остатки которого я смыла, постояв минут пятнадцать под душем. Теперь, сидя в кресле с кружкой горячего отвара в руках и заметно успокоившись, я думала, что, наверное, зря так негативно отнеслась к предложению завуча. Два занятия с ним стоят и пяти пропущенных с Сальваром. Наверняка Кайден провел бы их действительно полезно и интересно. А извинения пусть и были бы неискренними, но уже то, что семикурсников вынудили бы их принести можно было использовать, преподнеся своей группе в нужном ракурсе. Вот только завуч очень правильно заметил, что сделанного не воротишь. А я похоже с ним сегодня наворотила… Но извиняться не буду. Если бы сразу предложил такую компенсацию, а не отнесся как к чему-то незначительному, может я и не завелась так, сразу согласившись. Впрочем нет, извинений от Сальвара перед группой я бы в любом случае потребовала. Не представляю даже как они теперь с ним на уроках заниматься будут. Он же для них врагом стал похлеще чем для меня Кайден когда-то.

— Мам, ты как? — первым делом поинтересовался появившийся из телепортационной Сандр.

— Нормально. Ребята как? Сильно расстроены? На предложение Кайдена согласились?

— Нет, конечно, — усмехнулся он. — Только мы там немного поспорили, куда именно ты ему предложила извинения засунуть. Скажешь? Или это совсем неприлично?

— Вы плохо обо мне думаете, — улыбнулась я. — Всего лишь в резерв.

— Правда? — по озадаченной мордашке сына было видно, что подобную версию они даже не рассматривали.

— Правда. Так как там ребята? Предложения по поднятию им настроения есть?

— Мам, тут такое дело. Меня попросили с тобой поговорить, чтобы ты ни во что не вмешивалась. Ну как в начале прошлого года, когда меня шпыняли и я подрался.

— Только тебя об этом поговорить просили? — удивилась я. — А Маугли где?

— С папой Райном о том же разговаривает.

— Ясно, значит все серьезно. Мстить будете? — с улыбкой посмотрела я на стоящего передо мной с очень серьезным видом мальчишку, выросшего в том числе и на моих рассказах об академии и Юных магах.

— Да.

— Тогда у меня два условия. Нет, даже три. Первое — вы завтра идете в библиотеку и штудируете там свод правил академии. Как будете готовы, всем устрою шквальный опрос, и действовать вы должны так, чтобы вас нельзя было обвинить в прямом нарушении этих самых правил. Второе — вся группа на территории академии постоянно ходит в абсолютниках. Это тяжело, по личному опыту знаю, но если вы собираетесь нарываться на старших, то просто жизненно необходимо. И третье — если вы не уверены в последствиях запланированного или в том, что пакость не выходит за рамки разумного, посоветуйтесь со мной. Если согласны на такие условия, буду стараться вас прикрывать, как только смогу.

— Мам, спасибо тебе! Ты самая лучшая! — забравшись в кресло, обнял меня сын.

— Даже боюсь представить, что ты ему такого пообещала, — усмехнулся, на ходу снимая китель, только что вернувшийся со старого континента Тэль. — А ужин у нас есть?

— Нет, но за то время пока ты переодеваешься, появится, — аккуратно ссаживая сына с колен пообещала я и отправилась на дворцовую кухню, чтобы лично выбрать для нас самое вкусное из приготовленного там.

Несколько дней все участники событий были уверены, что второкурсники проглотили обиду, а они в это время, как и обещали мне, зубрили академические правила и строили планы грандиозной мести так, чтобы напрямую ничего не нарушать. Как только группа доказала мне, что знает свод правил на зубок, я дала им отмашку и по академии прокатилась волна странных происшествий.

По большей части они происходили с семикурсниками, для начала не сумевшими после первого урока выйти из собственного класса и проторчавшими там всю перемену пока не сообразили вылететь через окно. Понятное дело, что ловко заблокированная при помощи самых обычных деревянных клинышков, вставленных возле петель, дверь не открылась не только для них, но и для мастера. За обедом у семикурсников в кружках замерз изначально горячий отвар, да так качественно, что при переворачивании вывалился у экспериментатора на стол одной большой ледышкой. А еще у всей их команды постоянно развязывались шнурки, у кого они имелись, конечно же. На третий день этого безобразия я даже рискнула аккуратно намекнуть адептам что повторение одного и того же уже не смотрится интересно, но они только загадочно заулыбались, переглядываясь. А спустя еще два дня семикурсники не сумели выйти из-за стола в столовой, потому что оказались привязаны шнурками друг к другу. Тем, у кого в обуви их не имелось, вокруг лодыжек были завязаны тонкие, но прочные веревки с проволочной сердцевиной, перерезать которую при помощи магии адептам удалось далеко не сразу. И самое главное, что при этом никто из проказников ни разу не попался. Семикурсники прекрасно понимали, кто им пакостит, закрывали шнурки накладками из твердых иллюзий, злились, и грозились насадить малышню демонам на рода, а эта самая малышня только злорадно улыбалась в ответ, строя все новые планы.

Меня вызвал к себе Кайден и потребовал утихомирить группу, на что я вежливо поинтересовалась у него кто именно из ребят и какие правила нарушил, пообещав обязательно провести с ними разъяснительную беседу. Кажется, завуч заподозрил, что разъяснять я буду не как плохо они себя ведут, а что нужно делать, чтобы не попадаться, и велел проваливать из его кабинета.

Сальвару адепты тоже не забыли обидных и слов и для начала он стал спотыкаться в самые неожиданные моменты совершенно на ровном месте. Когда это произошло на лестнице и маг чуть не скатился с нее, чудом успев зацепиться за перила, я сделала дома внушение Сандру и Маугли о недопустимости серьезного травматизма, велев передать мои слова всем остальным. Тем более что, падая, Сальвар мог покалечить еще и тех, кто неудачно оказался рядом. В общем на лестницах больше ни с кем ничего не происходило. Зато в коридорах мастер начал не только спотыкаться, но и поскальзываться, а однажды вернулся в учительскую, ругаясь на чем свет, и на его кожаной бандане красовались тринадцать разноцветных детских сосок. Все были разными и по некоторым особенностям дизайна я могла даже предположить кого из обиженных им адептов символизируют семь изображений. Остальные идентификации не поддавались, а значит я все же недостаточно хорошо знаю своих подопечных.

— Ну что вы так расстраиваетесь? Просто активируйте исходное состояние, — едва сдерживая улыбку посоветовал Сорин. — Или вы не накладываете его на одежду?

— Думаете вы тут один такой умный? Оно не убирается ни исходным состоянием, ни реактивами!

Я схватила ведомость и быстро вышла из учительской, чтоб остальные не видели довольного выражения на моем лице. Ведь это значило, что адепты сообразили сначала активировать исходное состояние, сделать рисунки, качественно их закрепить и потом снова наложить исходное состояние, и говорило о понимании ими базовых магических процессов и умении выстраивать эффективные цепочки заклинаний. Кажется, у отца одного из моих адептов имелась собственная кожевенная мастерская в городе, так что в стойкости рисунка тоже можно было не сомневаться. За креатив и проявленную смекалку я ребят через полуархимагов похвалила, но попросила больше никому одежду безвозвратно не портить.

Тем временем мои тоже начали спотыкаться и поскальзываться в коридорах, но ничуть этому не расстроились, восприняв это как элемент игры и дополнительную тренировку. Один из семикурсников, живущих в общежитии пришел с утра с синими губами и ртом, пугая всех встречных. Я тут же отвела Маугли в сторону, опасаясь, что это тоже что-то кожевенное и вредное для здоровья, но выяснив, что ребята использовали натуральный пищевой краситель, успокоилась.

В день финала, на который вся группа собиралась идти болеть против семикурсников, почти все второкурсники выглядели сонными и уставшими. Тут уже даже я забеспокоилась не решили ли они сорвать поединки и все ли в порядке с ареной на полигоне.