— А посылки у вас есть кому разносить? — перешел к сути своей идеи мальчишка.

— Тарек, у меня к вам претензий не было, но посылки — это не письма. Меня же клиенты жалобами забросают, если я мальчишкам с улицы их посылки доверю. Да и денег могут не заплатить — дадут вам по шее вместо оплаты, а мне потом ходить разбираться.

— Так мы теперь не с улицы, — спокойно заверил его Тарек, в то время как я и Марек молчали и делали умный вид. — Мы поступили в академию магии, и как только начнутся занятия, нам выдадут медальоны.

Господин Зиранд задумался, видимо, отъезд сына действительно создал ему проблемы.

— Мы еще и грамотные. Можем относить письма и читать их желающим прямо при доставке. Правда, у нас пока медленно получается, но мы тренируемся. А ещё Таль, то есть Наталья, тоже с нами учиться будет и тоже подработать хочет. Ее можно к солидным клиентам посылать, на ней же не написано, что она — первый курс, пусть думают, что выпускница, — продолжал агитировать почтаря Тарек.

— Если втроем работать, на каждого много не заработаете, медяшек по двадцать в месяц. — все еще сомневался господин Зиранд.

— Нам много не нужно, — вмешалась я в разговор. — Просто при активной раскачке резерва требуется дополнительное питание. На него названной вами суммы вполне хватит, поскольку нас еще и в столовой кормят. К тому же мы будем разносить все это вечером, когда все уже вернутся с работы. Наверняка так будет удобнее вашим клиентам.

— Ну, хорошо, — сдался почтарь. — Как выдадут медальоны — приходите.

Все оставшееся время до ужина мы гуляли по городу, и я сравнивала реальные улицы с перерисованной картой. Если буду разносить посылки, нужно научиться ориентироваться. Побывали в городском парке, побрызгали из фонтана на какую-то знакомую близнецам ребятню, полюбовались из-за высокого забора на дворец короля и довольные вернулись к ужину в академию.

Я предложила близнецам опробовать новую спортивную форму и полазить по полосе препятствий на спортивной площадке. А заодно почитать легенды о вампирах, лежа на травке, которая широкой полосой росла перед кустами. Учитывая недавно съеденный ужин, сначала пошли читать. Правда, моя попытка объяснить ребятам, почему не надо после еды проявлять излишнюю активность и что такое заворот кишок, не особо удалась, но пойти полежать с книжкой они согласились.

Процесс чтения выглядел забавно. Мы лежали на травке на животах, собравшись головами над раскрытой книжкой, под которую я подложила свою сумку. Ноги наши веером раскинулись в сторону площадки. Я честно пыталась читать без шпаргалки, но некоторые буквы еще забывала. Зато с ударениями при помощи мальчишек дело пошло быстрее.

Намучившись с моими спотыканиями на буквах и неправильным чтением слов, мы поменялись местами. Марек, конечно, не имел таких проблем, как я, но читал по слогам, так что иногда неясно было, сколько он слов произнес. В результате заклинание перевода не срабатывало, и мне приходилось переспрашивать. А вот Тарек читал хоть и медленно, но вполне нормально. И тут я нашла новый способ тренироваться читать и учить язык. Если я про себя читала слово в транскрипции, а вслух слышала прочитанное Тареком, то в голове у меня всё как бы складывалось в одно звуко-смысловое понятие и легко запоминалось.

Так с горем пополам мы осилили первую легенду, где рассказывалось, как люди подговорили одного из недавно обращенных вампиров напасть на главу клана. Новообращенный погиб, не причинив опытному вампиру вреда, но тот рассвирепел и казнил всех обращенных своего клана. После чего люди хитростью и обманом сумели уничтожить оставшихся троих «рожденных» вампиров, включая самого главу. В легенде это преподносилось как великая победа над силами тьмы. Я же считала, что подлость не заслуживает ничего кроме презрения.

Решив, что после ужина прошло достаточно времени, мы пошли на полосу препятствий и с удовольствием по ней полазили. Я попыталась показать мальчишкам, что такое подтягивания, используя имевшийся турник, особо в этом не преуспела — не столько подтянувшись, сколько подпрыгнув — но суть действия они таки уловили, и упражнение им понравилось. Описать подъем переворотом на словах не вышло, а показать я уж и не пыталась, ясно, что мне такое не по силам. Зато выяснила, что и кувыркаться мальчишки не умеют, хотя падают ловко, как молодые коты. Тут нам снова пригодилась травка, на которой мы и развалились, накувыркавшись до пятен перед глазами и полной неспособности стоять на ногах.

Немного придя в себя, мы принялись за вторую легенду по тому же принципу, что и раньше. Я стала значительно меньше спотыкаться на звуках, но ударения все еще составляли проблему. И решить ее можно, насколько я поняла, только большим количеством практики.

Во второй легенде рассказывалось о маге, придумавшем защитный знак, который не позволял вампирам войти в помещение. Рисовать знак полагалось на внутренней стороне двери, видимо, чтобы вампир заранее не догадался. И даже черно-белое изображение такого знака имелось. В принципе, ничего особо сложного — мне вполне по силам.

Пока дочитали вторую легенду, начало ощутимо смеркаться, а освещения в комнатах не было, только в коридорах. Видимо, чтобы адепты вовремя спать ложились. Так что мы, быстренько подхватившись, побежали умываться и спать.

Оставшиеся до начала учебы четыре дня прошли примерно так же, как и этот — за чтением легенд о вампирах, гуляниями по городу и беготней по спортивной площадке. Количество адептов прибывало каждый день, знаменуя окончание каникул и приближение учебы. Преподавателей в столовой тоже заметно прибавилось. Скорее всего, часть из них на каникулы покидали стены альма-матер, как и адепты.

Сдав в последний день взятые в библиотеке книги, мы не стали брать новые, а настроились на учебные будни, ну, и поход на почту. А в комнату ко мне так никого и не подселили.

Утром первого учебного дня я встала незадолго до сигнала подъема. Вот уж действительно проспать нереально — я даже в умывальной подпрыгнула, а просыпаться от такого — просто жуть. Сегодня вместо первого урока значилось построение в холле. Я сразу сложила в сумку учебники и письменные принадлежности, перекинула ее через плечо и пошла завтракать.

И вот угораздило меня прийти в столовую сразу за мастером Кайденом! Шарахаться вроде неудобно. Пристроилась за ним на раздачу и вежливо поздоровалась вполголоса: «Доброе утро, мастер Кайден».

И тут вокруг нас разлилась тишина — даже ложки на ближайших столах брякать о тарелки перестали. Преподаватель слегка повернул голову и зло покосился на меня.

— Для меня — безусловно, а вот для вас, адептка, вряд ли, — процедил он сквозь зубы и, забрав полагающийся завтрак, ушел к преподавательским столам.

Вот что я опять не так сказала? С мастером Линарой же здоровались, и все нормально было.

Взяв свою порцию, обнаружила, что привычный столик занят, а близнецов нигде не видно. Как-то неудачно первый учебный день начинается, еще не хватало опоздать для полноты картины. Быстро поев, поспешила в холл, но оказалась там не первой. У стены грустно сидела на корточках совсем маленькая девочка — на вид лет шести, перед ней была стопка учебников и бумаги. Девочка подняла на меня глаза, вздохнула и снова уставилась на учебники. Я не решилась заговорить, но пристроилась рядом.

Постепенно холл заполнялся адептами. Часть из них проходила в боковые двери, часть толпилась у расписания. Пришли озирающиеся в поисках меня близнецы, и я помахала им рукой. Постепенно стала формироваться группа ребят, вместе с нами жавшихся к дальней от расписания стене, а остальные адепты покидали холл, спеша на занятия.

Раздался одиночный удар колокола, одновременно с ним в вошли ректор и мастер Кайден. Мы нестройной гурьбой сгрудились в центре холла. Мастер Кайден при виде нашего варианта построения презрительно скривился, и тут даже я была с ним согласна, но организовать быстро ничего не могла. Зато мог ректор. Он спокойно велел нам выстроиться по росту от расписания к противоположной стене — мое место в этой шеренге сомнений не вызывало, место пришедшей самой первой девочки — тоже. Мы были на противоположных концах, а вот остальные начали активно меряться ростом.