На самом деле моя пьяная болтовня была лишь первой частью развода. Сейчас он выйдет из бара и, скорее всего, остановится прикурить. И в этот момент ухватит краем уха беседу местных забулдыг, которые будут говорить о выродке-одиночке. Им уже должны были за это заплатить мои друзья. Вроде мелочи, но помогут закрепить нужную мысль. Ну и с утра, во время завтрака, кто-нибудь обмолвится или намекнёт на лёгкий способ заработать. А стоит Морзе сунуться к названному месту, как он увидит следы, подтверждающие присутствие изменённого. Не слишком явные, но достаточные, чтобы их заметил человек, занимающийся поиском всякого хлама.

Для верности я выждал двадцать минут и со стоном поднялся на ноги. Делая вид, что нахожусь в состоянии, близком к отключке, покинул кабак и тут же свернул к стене. А когда убедился, что следом за мной никто не пошёл, наконец-то выпрямился и направился к гостинице. Свою часть работы я выполнил. Надеюсь, всё получилось и завтра с утра Морзе помчится в Касимов на поиски одиночки. Хотя я до сих пор не понимал, что именно с ним сделали люди Старого и зачем вообще такие сложности.

День близился к закату. Примерно в обед в крепость явился Крюков в компании натуральных быков. Складывалось ощущение, что они перенеслись сюда прямиком из девяностых. Разве что по возрасту не подходили. Старый тут же пожелал увидеть нас. Но, как оказалось, вовсе не для того, чтобы узнать о ходе выполнения задания. Он привёз наш заказ. А отдав его, сослался на дела и куда-то свалил.

Оставшуюся часть дня мы разбирали оружие, вычищая из него консервирующую смазку. Занятие то ещё. Но в целом мы были очень довольны обновками. Двести пятый хоть и показался мне неудобным, но это было только на первый взгляд. Как только Полина навесила на него всё необходимое, я убедился в правоте её слов. Новое есть новое. Приклад более удобный, в рукоятке — комплект для чистки, с разборным шомполом. Про прицел вообще молчу. Четырёхкратный, с режимом ночного видения, тактический фонарик с режимом ЛЦУ.

— Да нам теперь сам чёрт не брат! — ухмыльнулся Стэп, двигая красной точкой по стене. — Круто! И чего мы раньше как лохи бегали?

— Нормально мы бегали, — буркнул я и отложил свой автомат. — Как думаете, Морзе повёлся?

— Да хрен его знает, — пожала плечами Полина. — Скорее всего.

— Да сто пудов повёлся, — отмахнулся Стэп. — Иначе Старый с нас бы уже три шкуры спустил. А он даже слова не сказал.

— Может, свалим, пока не поздно? — предложил я. — Какое-то предчувствие у меня не очень хорошее.

— Мы вчера от вас в соседний кабак пошли, — задумчиво произнёс Стэп. — К слову, там гораздо приличнее, чем в том, но не в этом суть. Там как раз бригада добытчиков отдыхала. Так вот они базарили, что в каком-то Гусе целое войско выродков остановилось. А ещё мне показалось, что на стенах — усиленный гарнизон. И вообще какая-то суета нездоровая. Дружина весь день ящики с патронами катает, будто нападения ждут.

— Я вам уже говорила. — Полина почесала переносицу. — Это часть плана, и вам нужно остаться здесь.

— Да с какого перепоя? — возмутился приятель. — Откуда они вообще узнают, были мы тут или нет?

— Вы меня подставите, — поморщилась девушка. — Я не должна была вам этого рассказывать. Крюков и так недоволен, что я раскрыта, а если узнает, что выдала финальную часть плана…

— И что он сделает? Уволит тебя? — спросил я.

— Да при чём здесь… Блин, ну как вы не понимаете. Он ведь перестанет мне доверять, а нам ещё его помощь понадобится. С Макаром, опять же, нужно как-то связаться. Давайте действовать по плану. Завершим работу, получим серебро и можем делать что захотим.

— Так ты теперь с нами? — спросил я, глядя девушке прямо в глаза.

— Мне кажется, ты уже давно это понял, — улыбнулась она.

— Три гада, — с умной рожей заявил Стэп.

— Дебил, твою мать, — хмыкнул я, а Полина расхохоталась в голос.

Снаружи послышался какой-то шум, крики, но наши окна выходили наружу, и посмотреть, что там происходит, мы не могли. Впрочем, кроме любопытного Стэпа это больше никого не интересовало.

Мы окончательно разобрали обновки, распихали всё по рюкзакам, а часть старья и того, что я счёл лишним, отложили. Если всё будет нормально, завтра сплавим это в оружейную лавку и свалим наконец из этой дыры. Хотя, надо признать, эта крепость уже начала мне нравиться. Хорошо здесь, спокойно. Может, и стоит отыскать что-то подобное, где можно осесть и начать новую жизнь.

Мои размышления прервал стук в дверь. Я даже не удивился, когда обнаружил за створкой Крюкова. В и без того тесном номере стало вообще не протолкнуться, когда он вошёл.

— Здрасьте, — кивнул Степ и посторонился.

— Случилось чего? — спросил я.

— Нет, — покачал головой Старый. — Просто зашёл рассчитаться. Задание выполнено, молодцы.

Он бросил на кровать тугую перевязь из серебряных пруточков. Судя по виду, там было не меньше килограмма. В нашем понимании не прям какое богатство, но всё же неплохо. А если учесть, что работа была плёвой, — и подавно.

— А это тебе лично от меня. — Крюков протянул мне ключ явно от какой-то машины. — Улица Илюшкина, дом пятьдесят семь. Проверь бардачок. И ещё кое-что: сегодня ночью на крепость нападут. Так что если хотите уйти, сейчас самое время.

— Мы останемся, — помотала головой Полина.

— Рад это слышать, — кивнул Старый, — Просто хочу, чтобы вы понимали: атака будет серьёзной, и мы можем не выстоять. Их оказалось больше, чем я рассчитывал.

— Это ведь ты их навёл? — спросил я, глядя Крюкову прямо в глаза.

— Ты просто не понимаешь, что поставлено на кон, — ответил он. — Это гораздо важнее всех наших жизней. Скоро ты сам всё поймёшь.

Крюков развернулся и хлопнул дверью, оставляя нас в глубокой задумчивости, из которой меня вывел сытый лязг затвора.

— Ну что, мальчики, готовы положить пару сотен выродков? — с кривой ухмылкой произнесла Полина, с глухим стуком ударив прикладом винтовки о пол.

— Можно подумать, ты оставила нам какой-то выбор, — хмыкнул Стэп.

— Мы всё ещё можем свалить, — задумчиво пробормотал я.

— Я не хочу, — помотал головой приятель, — Может, мы сегодня подохнем, а может, и нет, но дело это точно правое. В конце концов, мы ведь занимаемся этим не только ради серебра.

— Серьёзно? — Я приподнял брови, глядя на приятеля.

— Ну а ты чё думал?

— Ладно, — вздохнул я и улыбнулся. — Три гада, говоришь?

Как правило, перед буйством природы всё вокруг замирает. Стихает ветер, звери разбегаются по своим норам, а птицы перестают летать. Даже вечно копошащиеся муравейники превращаются в мёртвые кучи. У людей точно так же.

В ожидании приближающейся смерти мы сидели по местам, каждый погруженный в собственные мысли. Кто-то тихо шептал молитву, возможно, единственную, которую знал. Я тихо курил, наслаждаясь каждой затяжкой, словно она может стать последней.

На стену согнали всех, кто хоть как-то мог держать в руках оружие. Пацаны в возрасте от четырнадцати лет уже считались полноценными бойцами. Те, что помладше, вместе с женщинами занимались набивкой патронов в ленты и магазины. Во время боя они будут утекать быстрее, чем вода через дуршлаг. И порой обязанность «подай патроны» гораздо важнее меткого стрелка. Тем более в той неразберихе, что нам предстоит.

Я скосил взгляд на Полину. Девушка сидела у бойницы, опираясь спиной о стену. Взгляд сосредоточен, но смотрит куда-то в пустоту. По другую руку от меня расположился Стэп. Он тоже молчит, но его поза расслаблена, словно ему всё до фонаря.

— Вижу! — раздался крик, и стена наполнилась шорохом и металлическим лязгом затворов.

Я тоже поднялся и прильнул к бойнице. За оружие я не переживал, у нас было время привести его к нормальному бою. Всё отрегулировано, пристреляно и готово пускать выродкам кровь. Вот только они что-то не спешат.