— Недоученный я маг, вот и все.

— Так какого демона вас понесло в этот поход?

— Да потому что никто из дипломированных не пошел! Совет магов приказал не посылать спасательную экспедицию, и никто из магов не решился пойти против него. А мне плевать на приказы Совета, хоть человеческого, хоть эльфийского, если они велят бросить тех, кому обещали помощь! — я уже кричала, не в силах больше сдерживаться. — Поэтому на выручку отправились не лучшие из лучших, а третьекурсники, и, если бы не Тэль, мы бы не дошли. Мы бы даже не вернулись! Уж точно не все, а, скорее всего, никто, потому что мы своих бросать не умеем!

Эльфы молча смотрели на меня, а я села прямо на каменный пол и, уткнувшись лбом в колени, наконец, расплакалась, выпуская терзающие душу страх и беспомощность.

— Так, что здесь происходит? — раздался у меня за спиной голос Тэля.

— Все нормально. Поняла, что нужно держаться подальше от Юных магов, пока они из-за меня не угробились.

— Они просто не успевают за тобой, Таль. Им ведь еще и расти приходится, а ты уже с магической элитой тренируешься.

— Скажешь тоже. Элин меня просто чтобы тебе не мешала позвал.

— Кайден на бои выходного дня пригласил тоже, чтобы кому-то не мешала? — ехидно поинтересовался жених, помогая мне подняться.

— Да и тут кое-кто уже интересовался, будете ли вы на следующих сборах, — добавил Майран.

— Это кто же?

— Милт. Я его в городе недавно видел. Говорит, должен в четырнадцати удержаться, так что у вас даже напарник уже есть.

— Будет, будет, — заверил Тэль. — Куда она денется…

— А я? — умоляюще посмотрел на Владыку Майран.

— Посмотрю на твое поведение. Ты зачем ее сюда притащил, не понимаешь, каким стрессом для нее увиденное было?

— Понимаю, — не стал перечить Черный доктор.

— Я его сама попросила, — вступилась я за телохранителя. — И ты велел без Майрана никуда не ходить, так что он вынужден был пойти со мной.

Тэль пристально посмотрел, намекая, что ему со мной все понятно, но тему разговора сменил, обратившись к Лирмантиниэлю:

— Каковы результаты исследования образцов?

— С высокой вероятностью найденный образец является измененным гибридом ковруна и водницы, — начал докладывать главный смотритель. — Обычно при встрече этих двух существ коврун погибает, но в данном случае, скорее всего, имело место внешнее воздействие неизвестной природы, запустившее процесс активного изменения обоих существ, в результате чего произошла ассимиляция водницы ковруном. На данный момент объект исследования потерял возможность к самостоятельному размножению, однако это может быть более поздним изменением, связанным со значительным увеличением веса и деградацией двигательного аппарата. Жидкий секрет нейролептических желез при испарении выделяет ингалянт, вызывающий жажду и сухость во рту. Предположительно, он распространяется в радиусе более километра, но проверить это в лабораторных условиях невозможно. Сам секрет, имеющий ярко выраженный снотворный эффект, за счет небольшого изменения уклона поверхности тела объект исследования собирает в центральной части, образуя заманчивый для своих жертв прозрачный водостой.

— А почему он сейчас белый? — удивилась я, разглядывая небольшую лужицу, которую нам старательно демонстрировал кусок в поддоне, радиально отклонив траву в центре.

— Это я его молоком накормить пытался, — недовольно глянув на меня, пояснил Лирман. — Есть не стало, собрало в центре и чуть не поймало хныта, еле успел перехватить. А вот стрекотунов ест, — показал он на странно свившиеся в перевернутое гнездо травинки у края. — У нас запас для молодых прыгунов имеется.

— Творог дать попробуйте, — предложила я. — Все не так вонять будет.

— И почему же вы считаете, что молоко ему не понравилось, а творог придется по вкусу? — заметно сдерживаясь, поинтересовался главный смотритель долины.

— Потому что мой недопереваренный ужин та полянка очень даже оценила и накрыла травой. Возможно, оно просто жидкую пищу не ест. Или ест ее другой поверхностью… — задумалась я. — Поляна была большая, псевдотрава на ней сочная, значит, содержит много жидкости, и раз оно секрет сливает в центр, то вряд ли впитывает влагу поверхностью. А вот отростки под ней шевелились, значит, функциональны и не столько деградировали, сколько сменили назначение. Их там довольно много, так что вполне могут добывать влагу из почвы.

— То есть вас еще и под нее в походе заглянуть угораздило, — вздохнул Лирман.

— Вообще-то это я не удержался, — признался Тэль. — Понимаю, что был неправ, но так редко удается лично поучаствовать в подобных мероприятиях, что любопытство взяло верх. И я был осторожен.

— Вас хоть страховали?

— Да, — уверенно заявил Владыка, не уточняя, что в качестве страховки засчитал не особо боеспособную в тот момент меня. — Вы думаете, что погибшие маги попали под действие снотворного, напившись секрета? Неужели они могли не проверить водостой на содержание опасных веществ?- Концентрация нейролептического компонента недостаточно велика, чтобы артефакт показал угрозу. Секрет призван лишь задержать жертву на поляне и притупить восприятие внешних факторов, таких как легкое жжение от впрыскивания стрекательными клетками токсина, вызывающего нарушение работы переферийной нервной системы. Токсин, вероятнее всего, синтезируется из продуктов разложения, минуя процесс усвоения.

— Прямо как во сне, — с ужасом прошептала я.

— Что, простите? — обернулся ко мне главный смотритель.

— Ничего, извините, что помешала.

— Таль, а во сне были еще какие-то подробности помимо тех, что нам сейчас рассказали? — поинтересовался жених.

Я ненадолго задумалась и отрицательно покачала головой.

— Владыка, я прошу разрешения на повторное посещение обнаруженной зоны для разметки предупреждающего контура.

— Хорошо. Координаты есть, так что прыгнете сразу на место из нашего ближайшего поселения. Согласуйте время дезактивации телепортационной защиты.

— А разве этот контур не привлечет местную фауну? — шепотом поинтересовалась я у Майрана.

— Нет, он не магический. Просто специальные цветные лоскутки, которые устанавливают на колышках или привязывают к небольшим деревьям. По цвету можно определить класс и тип опасности.

В этот момент мою ногу что-то обхватило, заставив подпрыгнуть от неожиданности. Приземлилась я уже на летунец. На полу сидел на задних лапках и с удивлением смотрел на меня небольшой пушистый зверек с круглыми янтарными глазами. Он забавно склонил голову на одну сторону, потом на другую и, развернувшись к Лирману, что-то жалобно залопотал с придыханием, как будто хныча.

— Обижают тебя, маленький? — взял его на руки смотритель. — Ничего вкусного не дают, да еще и сбегают, а утром так самого чуть не съели.

Он достал из кармана и протянул зверьку кусочек сушеного мяса. Тот ухватил его передними лапками и начал жевать с видимым удовольствием.

— Да он у вас совсем ручным тут стал, — усмехнулся Тэль. — Как только умудрились?

— Видит плохо, потому и поймать смогли. Поначалу совсем почти слепой был, мы его подлечили и хотели в долину выпустить, а он ни в какую. Так и прижился.

Хныт доел угощение, спрыгнул на пол и, широко зевнув, направился куда-то в угол. Продемонстрированный при этом арсенал клыков меня впечатлил, да и когти там, судя по всему, были немаленькими. Впрочем, у кошек в моем мире тоже и когти, и клыки имеются, но это не делает их содержание дома таким уж опасным делом.

Еще несколько часов я провела с Тэлем, пообедав с ним у себя дома и прогулявшись по городу, а потом вынуждена была отправиться в Новоград доделывать те уроки, к которым не удалось подготовиться заранее, благо таких было немного. Да и ребят нужно было навестить, вряд ли им нормально рассказали о произошедшем, если только Ян по своим каналам что-то выяснил.

Юные маги за меня особо не переживали, поскольку история о появлении эльфов на балу облетела уже весь город, и мое присутствие среди них было отдельной темой для фантазии кумушек. Судя по рассказам ребят, дофантазироваться до реального положения дел горожанкам все же не удалось, хотя меня и записали в незаконнорожденные дочери Доремара. И даже то, что у нас с ним всего одиннадцать лет разницы, любительниц душещипательных историй не смутило.