Я наполнил банку примерно таким же объёмом и тут же подлечился чёрным сердцем, предварительно пережав рану чистым концом полотенца. Кровь должна была остаться чистой, без примеси волшебного лекарства. Чтобы привлечь внимание альфы.

Почти всё было готово. Теперь оставалось дождаться Полину, которая должна достать внедорожник или пикап. А чтобы скоротать время, я выпросил у Митрича чаю и опустился на скамью с верёвкой в руках. Из неё нужно сплести удавку, притом такую, чтобы она затянулась мгновенно.

В голове уже окончательно сложилась картинка, как и где я буду брать главного выродка. И достанется ему очень крепко, что не может не радовать.

За пару часов до заката я отправился готовить сцену для будущего спектакля. Место под ловушку было выбрано, пока мы гуляли возле школы и осматривали позиции. Маршрут альфы тоже не секрет, но атаковать его в лоб — чистой воды самоубийство. Плюс нужно как-то защитить мысли. Однажды я уже столкнулся с подобным зверем и прекрасно помню, как он уворачивался от пуль, считывая наши намерения за доли секунды до выстрела.

Тогда мне повезло. Гнев затмил разум, заставляя моё тело действовать на уровне рефлексов. Но сейчас у меня чёткий план, и это может сыграть на руку противнику. Так что думать мне нужно о чём угодно, только не том, как поймать этого супервыродка.

Один из частых домов прекрасно подошёл под закладку с кровью. Это должно отвлечь внимание от основного действия. Я много раз видел, что делает с изменёнными жажда, и как при этом они реагируют на кровь. В такие моменты у них натурально съезжает крыша. И вся моя авантюра строится как раз на этом. Я словно фокусник, расставляющий декорации, чтобы отвлечь внимание зрителей для демонстрации главного шоу.

Банки на шкаф, чтобы повыше, чтобы разбились наверняка. Пол выстлан кафельной плиткой, что отлично подходит для этой цели. Лучше не придумаешь. Кровь от удара разлетится по всему полу, распространяя по округе дивный аромат скотобойни. От банок протянута тонкая капроновая нить, целая бобина которой заранее куплена на рынке. Её я протянул до места, где собирался спрятать машину.

Полина хорошо постаралась, и теперь подо мной сыто урчал дизельным двигателем пикап от компании Mitsubishi. Как раз то, что нужно для моих целей. Мощный кенгурятник, сваренный из толстостенной трубы, усиленный бампер, которым с лёгкостью можно сшибать пеньки. Шутка, конечно, на это не способен даже тракторный отвал, но забодать человека без критических последствий для машины вполне сгодится. Даже боюсь спрашивать, что ей пришлось сделать, чтобы достать это чудо японской инженерии.

Я загнал машину в проулок, который выходил на перекрёсток, и спрятал её за распределителем. Эдакое техническое строение с трансформатором внутри. Естественно, что его уже давно там нет, но само здание стоит и прекрасно скрывает меня от прямого взгляда.

Отойдя обратно на пересечение дорог, я посмотрел в проулок и удовлетворённо крякнул. Машины не видно. А на то, чтобы выбраться из укрытия, потребуется максимум секунда. Лишь бы движок не подвёл, запустился.

Так, осталось совсем чуть-чуть.

Снова в дом. И на входе, под самым порогом, закрепить личный привет, щедро обклеенный серебряной картечью. Хочется верить, что сам большой босс посчитает недостойным пачкать обувь в заброшке и отправит туда своих телохранителей. Всё-таки мне он нужен живым и частично здоровым.

Ну и последний штрих: удавка в кузове пикапа, которая уже прочно закреплена на раме. Действовать придётся быстро. Вряд ли мне дадут время на то, чтобы ворочать тяжёлое тело. Да и сам альфа наверняка попытается сопротивляться. Но мгновение, чтобы накинуть петлю, у меня точно будет. Вот теперь всё, остаётся только ждать.

Я вернулся к машине и закурил, в очередной раз огласив тишину надрывным кашлем. Чёрт, я когда-нибудь избавлюсь от этой мерзкой привычки⁈ Пожалуй, единственное, о чём я жалею в своей жизни, так это о том, что когда-то вставил в рот сигарету. Однако силы воли на это у меня не хватает. И ведь была прекрасная возможность, когда торчал на ферме у выродков, под землёй. Полгода не курил. Так какого хрена опять начал — сам не понимаю.

Я упорно гонял мысли о чём угодно, но только не о предстоящей операции. Однако это невероятно сложно. Мозг будто специально каждую секунду норовил отклониться и вернуться к какой-нибудь детали. И я усилием воли снова и снова заставлял себя думать о всякой ерунде. Не так-то это просто, как мне казалось.

Зато ждать я умел. Не сказать что любил, но выбора особого не было. Всё же бо́льшая часть охоты, притом любой, даже не на двуногого зверя, — это ожидание. За прошедшие годы данное мастерство я отточил до идеального состояния. Тем более сейчас оно не доставляло дискомфорта. Гораздо сложнее валяться в грязном месиве талого снега где-нибудь во второй половине марта.

С сомнением я посмотрел на небо, где вместо алой полосы заката в нашу сторону двигалась чернота. Да и ветер к вечеру поднялся, не предвещая ничего хорошего. Нет, дождя я не боялся, просто в данный момент он способен испортить мне все планы. Запах крови приглушит или заставит нашего альфу изменить планы. Вот не пожелает тот выползать из своей норы в непогоду — и что тогда? Впрочем, сидеть так я могу очень долго. Рано или поздно ему придётся выйти на улицу и посетить завод.

Я бросил взгляд на часы и подобрался. До выхода цели остался час с небольшим. На улице окончательно стемнело, и со стороны школы донеслись голоса, заставив меня нервничать. Что, если альфа решил выйти пораньше и прикрыться обычными работягами? С него станется. Эх, жаль, что я не умею читать чужие мысли, сейчас бы мне это очень пригодилось.

Подняв бинокль, я поднёс его к глазам и принялся рассматривать изменённых, которые беспорядочной толпой двигали в сторону мукомольного. Не найдя среди них цели, я как-то расслабился и выдохнул. Всё идёт в рамках задуманного.

— Я на месте, — шикнула рация голосом Полины.

— Принял, — ответил я. — Пернатый там как?

— Всё по плану.

— Ждём.

Отложив рацию, я снова поднёс к глазам окуляры и осмотрел крышу заводской заброшенной пятиэтажки. Прошёлся по окнам, но так никого и не обнаружил. Если стрелок профи, то светиться он не станет. Надеюсь, Полина заметит его быстрее, чем он подстрелит меня. Чёрт, вот опять все мысли только о предстоящем деле…

— Я узнал, что у меня есть огромная семья… — принялся я вспоминать стишок из известного фильма.

Как бы странно это ни выглядело, но я успел позабыть простые и такие понятные строки. Мозг моментально включился в игру, сменив направление мыслительного процесса. Вот уж действительно прав был герой киноленты Данила Багров, когда зачитывал этот стих в любой непонятной ситуации.

Спустя всего двадцать минут я вспомнил его полностью и теперь гонял в голове, словно мантру. После двадцатого раза со стороны школы снова послышалось какое-то движение. Я напрягся и чуть было всё не погубил. Но успел переключиться обратно на стихи. Рука подхватила тонкую капроновую нить, а бинокль припал к глазам. Уши пытались уловить сторонние звуки, но увы, кругом было тихо.

— Чёрт, да где этот сизокрылый! — одними губами прошипел я.

Дверь школы распахнулась, и на пороге появился он. Я поспешил скрыться за угол и, стараясь не производить лишнего шума, рванул к машине. Стихотворение набирало обороты, превращаясь в скороговорку, но мне было плевать, главное — не засветить мысли об операции.

Где-то на пределе слышимости раздался рёв двигателей, и напряжение начало отпускать. Дружина всё-таки выдвинулась на место будущей схватки.

Пора…

Я протянул за нить и обратился в слух. Ночью звуки разносятся хорошо, и я отчётливо уловил сытый хлопок разбившейся банки с кровью. Точнее, двух. Снова поднял бинокль к глазам и уставился на пустынный перекрёсток. Вскоре в поле зрения вошли четверо и замерли, глядя на дом, из которого ветром выносило густой запах крови. Мне показалось, что я даже заметил голодный взгляд альфы, который с опаской осмотрелся, будто почувствовал неладное. В мозгу тут же продолжило крутиться незамысловатое стихотворение о Родине. Адреналин ударил в кровь, заставляя руки трястись. Тело требовало действий, но пока рано.