— Ну, не знаю. У меня так сразу не получится.

— А вы в столовой тренируйтесь, — предложила я.

— Это как?

— Он же почти всегда один за столиком сидит, а места не подписаны — кто куда хочет, тот туда и садится. Садитесь к нему, и посмотрим, что из этого получится. На крайний случай мы вам место за своим столиком можем оставлять.

— Не знаю. Как-то это странно.

— А по-моему — отличная идея, — поддержал Янисар. — Нас же приучают постепенно на приемах за столами себя правильно держать.

— Кого — вас? — уточнила девушка.

Ян прикусил губу, поняв, что проболтался, но решил идти до конца:

— Я юный герцог Янисар Устиец, но желательно этого не афишировать.

У Линары выпала из руки вилка. Она нервно подобрала столовый прибор и, опасливо оглядев нас, уточнила:

— Еще сюрпризы есть?

Я задумалась, но, ничего особо интересного не придумав, сообщила:

— Рамине всего семь лет. На этом пока все.

— Ну и компания у вас! — восхитилась Линара. — Действительно, после такого и Кайден не страшен.

И мы все тихо рассмеялись.

В конце дня я, ненадолго отпросившись у Элтара и получив удивленный ответ архимага, что он не собирается меня контролировать, снова пошла в магазин.

— Добрый вечер, девушка. Ваше постоянство бесконечно радует такого делового человека, как я, — замысловато поприветствовал меня торговец.

— И вам доброго вечера. Я еще один кристалл принесла.

— Оплату как вчера возьмете, или на этот раз деньгами? — уточнил мужчина, проверяя кристалл.

— Напополам, если можно — три емкости и одну медяшку.

— Отчего же нельзя? — протянул он мне оплату, убирая кристалл. — А не удовлетворите ли вы, уважаемая адептка, любопытство старого Алира? Зачем вам столько емкостей?

— Алир — это ваше имя? Очень приятно. Наталья, — проявила я вежливость и пояснила. — Я вчерашние кристаллы своим друзьям, с которыми учусь, раздала. А сегодня беру, чтобы не по одному приносить, а по несколько.

— Может, и магистерский возьмете? — попытался намекнуть на более активное сотрудничество торговец.

— Я бы с удовольствием, но пока резерв не позволяет. Скажите, а есть какие-то ограничения по приему кристаллов?

— Если не полный — не возьму, — неправильно понял меня Алир.

— Я не об этом. Допустим, полный ученический кристалл принесет девятилетний адепт. Вы его примете, или здесь есть какие-то ограничения?

— Если с медальоном будет, и ученический, то приму. А если, например, без медальона, или кристалл архимага сдать попытается, тут у меня сомнения, конечно, возникнут — вдруг ворованное. Мне неприятности со стражей не нужны. Есть желающие среди младших курсов?

— Скорее всего, есть. Я тоже учусь на первом курсе, и мы с ребятами на почте подрабатываем. Ученический все в группе залить уже могут. Я думаю, им такая подработка понравится, заодно и резерв при этом раскачивается.

— Ну так приводите своих друзей, я завсегда поставщикам рад.

В этот момент вошел новый посетитель магазинчика, и я поспешила покинуть тесное помещение, не мешая Алиру вести торговлю.

На следующий день, с удовольствием посоревновавшись в левитации самолетиков под руководством мастера Эрха и немного успокоившись на медитации, мы начали готовиться к претворению в жизнь плана нашей страшной мести. Теория магии стояла в расписании первым послеобеденным занятием.

Мне продемонстрировали сидящего в деревянной коробочке жука размером с ноготь мизинца, и Эрин снова спрятал ее в карман. Решено было пытаться закинуть грызя во время опроса, когда мастер ходил по рядам и в упор смотрел на отвечающего, сбивая того с мысли, потому как до доски, на которой он символы нам рисовал, далеко, и велик шанс промахнуться. Ребятам с соседнего ряда было поручено по нашему знаку отвечать нарочито долго и нудно, давая нам время для осуществления задуманного, а заодно отвлекая внимание завуча.

Первая часть затеи прошла безукоризненно. Мы со злорадными усмешками проследили, как жучок проваливается за шиворот преподавателя, а листок, сорванный утром для этой цели с куста на спортивной площадке, я шустро убрала под парту. Несколько секунд ничего не происходило, и выжидательно замершие адепты уже начали разочарованно вздыхать, когда мастер резко прогнулся в спине, сквозь зубы зашипев от боли.

Я только успела подумать, что жучок действительно не в меру кусачий, как в классе стало происходить совершенно невероятное и непредвиденное. Мастер начал сдирать с себя рубашку, даже не пытаясь расстегивать ее, а одним рывком оборвав пуговицы и следующим движением выдернув нижний край, заправленный в брюки. Изуродованная одежда полетела на пол. Кайден что-то быстро наколдовал, и сверху на него дунул сильный порыв ветра, сбросивший насекомое к рубашке.

Тяжело дышащий завуч поднял грызя, не касаясь его руками, и обвел нас шальным взглядом. Мы же во все глаза смотрели на него. А посмотреть было на что, более того — было чем восхититься. Без рубашки при каждом движении на корпусе перекатывались рельефные мышцы, сокращаясь от сбившегося дыхания, прорисовывался отчетливо видимый пресс. И было понятно, что это не результат накачивания в тренажерном зале или поедания стимуляторов, как у молодых людей в моем мире, а полностью рабочая упругая мускулатура.

Вот если бы не был таким вредным, был бы красивым, — засмотрелась я.

— Тоже такой пресс хочу! — восхитился Марек.

— Кто это сделал? — отошел от первого шока самый нелюбимый наш преподаватель.

Группа хранила абсолютное молчание.

— Я спрашиваю — кто это сделал? — повторил мастер Кайден, но так и не добился никакой ответной реакции.

Оглядев нас и поняв, что просто так мы не сдадимся, он решил зайти с другой стороны.

— Это насекомое крайне опасно. Были случаи, когда они съедали целые поселения. Жизненно важно уничтожить колонию, пока она не покинула первое гнездо. Если вы его принесли, значит, где-то в городе есть необнаруженная стражей колония. Я не буду никого наказывать за эту выходку, если вы мне расскажете, где взяли насекомое.

Адепты притихли, испуганно переглядываясь. Я же понимала, что мастер не стал бы так терпеливо с ними разговаривать, если бы опасность не была действительно велика. Иногда приходится признаваться в своих проделках, и, похоже, сейчас именно такой случай.

— Жука подсадила я. Но мне его принесли, потому что я не знала, где можно такого раздобыть. Эрин, расскажи, пожалуйста, где ты поймал грызя.

Кайден, буравивший меня взбешенным взглядом и явно уже пожалевший о своем обещании никого не наказывать, медленно глубоко вдохнул и так же медленно выдохнул, прежде чем повернуться к мальчишке. Тот сидел, сжавшись от страха, и косился на меня.

— Эрин, перестань бояться, ты же будущий маг, — видя, насколько адепт напуган, спокойным тоном попробовал немного подбодрить его завуч. — Просто скажи, где именно взял жука и насколько много ты их там видел. Если вспомнишь, когда грызи появились — это тоже очень поможет.

Все вопросительно уставились на мальчишку, а я с удивлением отметила для себя, что когда хочет, мастер Кайден очень даже умеет разговаривать с детьми.

— На пустыре, за старыми складами, где зимой зерно хранили. Там большая куча веток, и жуки из-под нее вылезают. Их там много в куче шевелится, но я туда не подходил близко, страшно было. Один ведь — это не смертельно, мы вас просто напугать хотели. Вот я и дождался, когда грызь к краю пустыря подползет. Там его и поймал. А видел я их первый раз… — мальчишка задумался, разглядывая потолок, — не, не помню точно. Но мы еще учиться не начали.

Едва услышав последнюю фразу, мастер Кайден нецензурно выругался и выскочил за дверь прямо как был — без рубашки. Порванная одежда осталась лежать на полу. Мы остались в полнейшем недоумении.

— И что теперь будет? — спросила Рамина.

— Не знаю, — ответила я, озвучивая мысли большинства присутствующих