Время уже перевалило за полночь, и мы все дружно собирались отправиться на боковую, когда дверь в доме с грохотом прилетела в стену, а на пороге объявился злой словно чёрт Ворон. Он обшарил гостиную гневным взглядом, который остановился на мне. Лицо скривилось в злобной ухмылке, а в руке появился пистолет.

— Ты! — Он указал оружием в мою сторону. — Ты чё, совсем берега попутал⁈

— Ворон, успокойся, — попросила Полина, которая отреагировала на появление приятеля раньше всех и взяла его на прицел прежде, чем в его руках появилось оружие.

— Успокоиться⁈ — Он покосился на Полину. — Ты считаешь это нормальным⁈

— Ты меня убивать, что ли, пришёл? — усмехнулся я, внешне оставаясь совершенно спокойным.

Я даже со стула не встал, когда увидел, кто явился на наш порог. Да и не было повода для беспокойства, ведь на стенах тишина, а чужаки здесь незаметно не появляются. А значит, ночным гостем мог быть либо сосед, у которого что-то случилось, либо перепивший после смены тракторист, который решил попросить добавки. Ворона, я, конечно, так скоро не ждал, но это даже хорошо, что он сейчас явился.

— Думаешь, не смогу? — выкрикнул он совершенно безумную фразу.

— Так… — Я поднялся из-за стола. — Ну-ка пойдём выйдем на воздух. Похоже, твои мозги ещё не окончательно восстановились.

— Брак, — нахмурив брови, бросила мне в спину Полина.

— Всё нормально, — заверил её я. — Мы просто поговорим. Пойдём, чего замер? — это уже предназначалось Ворону.

Видимо, я что-то нарушил в его планах своим крайне спокойным поведением. Он опустил пистолет и, бормоча что-то себе под нос, поплёлся за мной на улицу. Далеко уходить не стали и уселись на скамейку прямо под окнами. Я достал портсигар, в котором уже ровными рядами лежали самокрутки. Сунул одну себе в губы и протянул Ворону. Тот молча отказался, и я прикурил свою. Пару раз затянулся, выдохнул густой дым и посмотрел на собеседника.

— Извини, — произнёс я. — Но ты сам меня вынудил.

— Это не повод…

— Ты так не понял, за что? — перебил его я.

— В смысле? — Он посмотрел мне в глаза, и на его лице снова отразился пылающий внутри гнев и обида. — Ты пустил мне пулю в голову и бросил там, на обочине, как ненужный хлам!

— Всё так, — кивнул я и снова затянулся. — Но с чего вдруг я так поступил?

— Может, потому что ты псих?

— Ну… — Я покрутил пальцами в воздухе. — Это, конечно, многое объясняет, но не всё.

— Это было подло.

— Согласен, я немного перегнул, — кивнул я. — И за это я уже извинился. Хотя делаю такое крайне редко, практически никогда. Стэп немного рассказал о тебе и просил меня проявить лояльность. Поэтому мы сейчас сидим здесь и пытаемся найти точки соприкосновения. В любом другом случае ты бы сейчас выхаркивал серебряные пули.

— Я тебя не боюсь.

— Боишься, — покачал головой я. — А ещё уважаешь моё дело. Так что убери уже ствол, он тебе не поможет.

— Так, может, объяснишь тогда, за что ты продырявил мне башку?

— За подрыв дисциплины в отряде, — спокойно ответил я. — Мне глубоко насрать, что ты обо мне думаешь и как относишься. Но если мы собираемся провернуть то, о чём вы меня просите, командовать операцией буду я. А это значит лишь одно: моё слово — закон. Приказы не обсуждаются и не оспариваются. Если я сказал, что эти сердца мы оставляем себе, значит, так и будет.

— Но есть правила…

— Повторяю ещё раз, — с нажимом произнёс я. — В моём отряде действуют только мои правила. И говорю это в последний раз. Если тебя это не устраивает, можешь заниматься своими делами и идти на все четыре стороны. Поверь, я лучше тебя знаю, как нужно охотиться на выродков, и что мне для этого нужно. Вы не настолько неуязвимы, какими себя считаете.

— Ладно.

— Что ладно?

— Хорошо, твоё слово — закон. Я больше не стану лезть со своими советами.

— А вот это зря, — усмехнулся я. — Советы никогда не бывают лишними. Я просто оставляю за собой право принимать окончательное решение, вот и всё. А то, что ты устроил в машине, называется бунт. Ты не просто оспорил моё право быть командиром, но ещё и назвал меня преступником, в открытую назначив меня в свои шестёрки. Такое я тебе с рук спустить не мог.

— Я понял, — осунувшись, буркнул Ворон и наконец убрал ствол. — Прости.

— Ну вот и отлично, — улыбнулся я, очень тщательно заплевал окурок, который бросил на землю и растёр ногой, чтобы не оставлять мусор. — Жрать хочешь?

— Как медведь бороться, — ощерился он.

— Пойдём, попрошу Марину, чтоб она тебе что-нибудь накрыла. Шапка твоя где?

— Вот. — Ворон вытянул её из-за пазухи и продемонстрировал мне.

Я хмыкнул, глядя на заклеенное серебристым скотчем отверстие от пули.

— Всё, двигай ужинать и отдыхай. Если всё нормально, завтра ближе к обеду отправимся реализовывать первую часть операции.

— Я тут подумал, кстати, — оживился он. — Ну, пока сюда шёл, времени было достаточно. В общем, есть одна идея.

— Ну, рожай уже, — огрызнулся я.

— Что если нам с Полиной попробовать внедриться в секту?

— Нет, — сразу отмёл я.

— Почему?

— Хотя бы потому, что альфа может вами управлять. Но даже не в этом проблема. Ты хоть представляешь себе, как там всё организовано? Я вот больше чем уверен, что в их структуре ступенчатая система управления. Вас даже на пушечный выстрел к Габриеле не подпустят. А чтобы доказать свою преданность и очень высокую полезность организации, вам потребуется не один год. Тем более мы не арест производить будем, для которого требуется собрать кучу улик и других фактов. Нам просто нужно её убить. А для этого достаточно знать, где и на какое время она появится.

— Я понял, — кивнул Ворон, даже не попытавшись отстоять свою идею.

— Ну вот и славно. А теперь жрать и спать. Завтра будет очень долгий день.

Как и обещал Стэп, Макар прибыл на рассвете. Сам лично я его приезда не видел, потому как был занят поеданием очень вкусных сырников от Марины. А затем, как всегда случается в подобных случаях, два часа носился по округе в попытке выловить старого друга. И куда бы я ни заявлялся, все как один утверждали: «Да вот буквально минуту назад ушёл», и отправляли меня на очередную точку, где он должен находиться. Эдакий квест в реальности.

В итоге я плюнул на всё и двинул ближе к складу. И едва я присел на скамейку и закурил, как из-за поворота вывернула его грузная фигура, припадающая на одну ногу.

— О-о-о, — радостно протянул он, — какие люди!

— Я тоже рад тебя видеть. — Я поднялся со скамьи и сгрёб приятеля в охапку.

Мы обнялись, похлопывая друг друга по спине.

— А ты совсем не изменился, — произнёс Макар, всматриваясь в моё лицо. — Всё такой же заросший, как партизан.

— Да я что-то это… — смутился я, почёсывая отросшую бороду. — Бриться лень, короче.

— Ясно всё с тобой, — кивнул он. — Надолго к нам или проездом?

— Проездом, — ответил я. — Не могу я без дела сидеть, свербит в одном месте.

— А Стэп нам все уши прожужжал, что это село — твоя идея.

— Моя, не спорю. Но вот третий день пошёл, как я здесь — и уже хочется поскорее свалить.

— Ну я в целом уже в курсе ваших приключений, Стэп рассказал. Ты ко мне за оружием пришёл?

— И это тоже. Мне информация нужна, по некой Габриеле. Ты же по-любому в теме. По району катаешься, в курсе слухов, новостей…

— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул он. — Такие вещи с наскока и не расскажешь… Может, чаю?

— А давай.

Макар кивнул и выудил из кармана огромную связку ключей. Безошибочно вытянул из неё тот единственный, который открывал замок на его вотчине, и вскоре мы уже входили внутрь.

Здесь всё выглядело ровно так, как и на любом складе, где он работал. Чистота, порядок, ровные ряды стеллажей и стол перед самым входом, чтобы без его ведома даже мышь не проскочила.

Первым делом он скрылся где-то в глубине, подсвечивая себе под ноги фонарём. Через некоторое время оттуда донёсся треск дизельного генератора. Макар вернулся с кружками в руках и чайником, в котором уже плескалась заварка. Усевшись за стол, он выложил на него бумажный кулёк с карамельками и выставил вазочку с домашним печеньем. Рядом мерно потрескивал электрический чайник, а я терпеливо ждал, когда Макар наконец начнёт выдавать информацию.