За время его рассказа мы вернулись к водопаду и теперь сидели на камне, где я впервые встретила его.

— Все изменилось в тот день, когда ты появилась на острове, — продолжил Тэль. — Поначалу я даже думал, что это галлюцинация, и заговорил не с тобой, а с самим собой. Но, к моему удивлению, ты ответила, а я по-прежнему не ощущал не только чуждости, но и обычного для большинства разумных диссонанса между словами и чувствами. Наверное, я действительно уже сходил с ума, потому что решил научить танцевать, даже считая тебя плодом своего воображения. А потом было почти забытое прикосновение живого тепла, невероятное ощущение единения в Иноларе и твоя искренняя, незамутненная радость, какая бывает только у детей. Ты не была частью меня, как Анли, но рядом с тобой я перестал чувствовать щемящую пустоту одиночества. Это очень трудно передать, Таль. Ты каким-то образом дополняешь меня, при этом оставаясь собой.

— Когда я услышала, как ты поешь, мне тоже стало очень одиноко, ведь я так же оторвана от родины, хоть и нашла здесь то, чего не могла обрести там. Может, поэтому нас и потянуло друг к другу. Теперь я понимаю, почему ты обрадовался тому, что я не из этого мира.

— Да. Тогда для меня это было важно. Я по-прежнему винил людей в смерти жены и дочери, но ведь именно ты разрушила наваждение и смогла вернуть меня к нормальной жизни.

— Ты поэтому все время ходил за мной? Боялся, что тебя опять перестанут видеть?

— Поначалу да, а потом… — на некоторое время эльф умолк. — Я давно уже не тот пылкий юноша, что отстаивал свое право на любовь перед дядей. У меня за спиной сотни прожитых лет, а на плечах бремя власти. Если я могу терпеть кого-то рядом с собой достаточно долго, это в определенной мере и есть для меня любовь, а общаться с тобой мне было легко… за исключением отдельных моментов.

Я надолго задумалась, пытаясь осмыслить все сказанное им.

— Тэль, скажи честно, ты не жалеешь, что сделал мне предложение? Тогда я нужна была тебе, чтобы прийти в себя, стать прежним, но теперь это создает только проблемы. А я не такая, как Анли, я не смогу раствориться в тебе, отказавшись от себя самой.

— И это хорошо, — заверил меня жених. — Ты не боялась спорить со мной, отстаивая свое мнение, а невероятно сильные и чистые эмоции заполняли пустоту во мне, пробуждая давно забытые чувства. И благодаря этому я снова ощутил себя по-настоящему живым. Я сделал предложение, потому что хотел быть рядом с тобой. Хотя если бы не роза, мне бы и в голову не пришло, что твои чувства ко мне так глубоки. До этого я думал, что интересен тебе просто в качестве экзотики.

— Но теперь-то с тобой все в порядке. Зачем я тебе?

— Ты хочешь уйти?

— Нет, я хочу понять. Для меня это важно.

— И я ценю это, Таль. Обычно никто даже не пытается понять меня, все просто подстраиваются, чтобы избежать сиюминутных конфликтов. Ты же совершенно другая. В начале мне казалось, что ты как открытая книга, но чем больше общаюсь с тобой, тем отчетливее понимаю, как много можно увидеть, умея читать между строк. Ты спрашиваешь, зачем нужна мне, но это неверный вопрос, и, если попробуешь ответить на него в отношении меня, сама это поймешь. Мне хорошо рядом с тобой. Да, временами нам бывает непросто, особенно тебе, но я готов тоже подстраиваться по мере возможности, поддерживать и ограждать от того, что для тебя неприемлемо. И я очень не хочу тебя потерять, — Тэль придвинулся ближе и осторожно обнял. — Ты останешься со мной?

— Конечно, — я немного развернулась и положила голову ему на плечо. — Ведь мне тоже хорошо с тобой, даже несмотря на то, что ты Владыка, и из-за этого все бывает непросто. Я люблю тебя, Тэль, очень люблю, хоть и поняла это значительно позднее, чем ваш волшебный цветок.

— Я тоже люблю тебя. По-своему, и, возможно, иногда со стороны этого может быть не заметно, но я люблю тебя больше жизни, моя будущая владычица.

Какое-то время мы сидели молча, наслаждаясь удивительной близостью не только тел, но и душ, как бы здесь они ни назывались.

— Теперь ты знаешь обо мне все самое важное, — заключил Тэль. — Прости, что долго не рассказывал. Я боялся оттолкнуть тебя или напугать. Боялся, что тебя ранят мои чувства к Анли, что не сможешь понять и уйдешь или потребуешь выбирать между ней и тобой, а я не хочу… не могу выбирать, Таль. Вы обе — часть моей жизни.

— Как для меня ты и магия. Помнишь, мы об этом уже говорили.

— Я рад, что ты это понимаешь, и что, наконец, решился рассказать тебе все это. Теперь у нас не будет секретов друг от друга, так ведь?

— Так, — подтвердила я.

— Расскажешь, почему Райн был в боевой ипостаси? Против бестелесного она ведь ничем не поможет.

Я вздохнула.

— Таль, если ты не готова об этом говорить, я не буду настаивать. Хотя и не понимаю, чем заслужил твое недоверие.

— Я доверяю тебе, просто не хотела расстраивать. Все ведь относительно хорошо закончилось.

— Относительно?

— Не представляю, что теперь будет с Райном. Он ведь живет охотой, а без ноги это вряд ли будет возможно. Элтар, конечно, поможет, да и я тоже, но вряд ли он согласится жить на иждивении.

— Ты считаешь себя виновной в произошедшем?

— Нет. Поход организовывал он, а я пошла только потому, что беспокоилась за ребят. И там я тоже сделала все возможное, чтобы всех спасти, но так получилось, что спасти я могла всех, кроме себя. Я велела Райну забирать справочник и уходить в портал, а вместо этого он сменил ипостась и прыгнул в него вместе со мной.

— Ему ногу порталом отрезало? — догадался эльф. — Но почему тот схлопнулся? И как вы тогда уцелели?..

— Тэль, я ведь не умею открывать порталы. Я зачитала то заклинание, которым мы пробивали стационарный, точнее, то, которым только собирались пробивать. Пока его не закрепишь, он недоделанный и, если перестать контролировать точку входа, должен сорваться, насколько я понимаю. А судя по произошедшему, так оно и есть. Но Райн прыгнул с огромной скоростью, поэтому в портал не успела пройти только толчковая нога.

Владыка чуть отстранился и замер, пустым взглядом глядя куда-то вдаль.

— Прости, я не хотела, чтобы так получилось.

— Я знаю. Мне нужно подумать, — произнес он, чуть сжав мои пальцы в своей ладони.

На этот раз молчание длилось очень долго, и я все же не выдержала.

— Тэль, пожалуйста, не вини Райнкарда. Никто не мог знать, что мы встретим бестелесного, а с обычной опасностью вампир бы справился. Он и так покалечился, спасая меня.

— Не переживай, — слабо улыбнулся мой любимый. — У вампиров невероятная регенерация. Восстановление при такой травме, конечно, будет долгим и неприятным, но через пару месяцев он уже сможет аккуратно ходить, а через полгода, максимум год, и полноценно сражаться. Я думаю не об этом.

— А о чем? — у меня отлегло от сердца.

— Об Анли. Ведь в твоем случае однозначно первой закрылась точка входа, и вы прошли в портал. Пусть не без потерь, но прошли.

— И ты думаешь о том, почему с ней было иначе?

— Да. И вижу только одну вероятную причину, но выяснить, так ли это было в ее случае, теперь уже невозможно. Однако я обязательно прикажу просчитать такую вероятность.

— А мне расскажешь?

— Пойми, я не проверял случившееся лично. Да, я неплохой телепортист, можно сказать, даже хороший, но телепортационная артефакторика — это достаточно специфический раздел, и я в своих выводах опирался на предоставленное службой контроля экспертное заключение. Вот только, как показали события полугодовой давности, службе контроля тоже можно доверять не всегда. И сейчас я как никогда рад тому, что не начал тогда войну.

— То есть виноваты могли быть и не люди?

— Возможно, не только люди. А, возможно, и нет. Это, конечно, уже ничего не изменит, но я все равно хочу знать, что произошло на самом деле.

— Тэль, а та эльфийка… Почему ты назвал ее самозванкой? И вы ведь знакомы, да?