Полина пригрелась и мерно засопела. Переживаний ей сегодня тоже хватило, даже с запасом на две жизни вперёд. Машину жалко. Не столько саму тачку, сколько добро, которое в ней осталось. Эдакое дежавю, которое снова закончилось встречей с Утилизатором. Хорошо хоть, рюкзак успел подхватить. К слову, вещи Стэпа и Полины тоже здесь. Вот ведь упёртые, даже мешок с кормом не бросили. Ну теперь его хотя бы будет кому жрать, если Хан вообще таким питается? Судя по тому, как он обгладывал лица выродков, их плоть ему больше по вкусу.

Ладно, не всё так плохо, как тогда. Сейчас при нас хотя бы серебро и целых пять сердец. Чёрт, они ведь так протухнут. Хорошо, что на улице всё ещё прохладно, да и времени прошло не очень много. Может быть, успеем их засушить, если не отберут. Да плевать, новых наковыряем, нам не вперво́й.

Интересно, куда нас везут?

Это была последняя мысль перед тем, как я отключился. Мерный рокот двигателя, покачивание и адреналиновый отходняк сделали своё. Я задремал, даже несмотря на неудобную позу. Мне снова снилось море, и на этот раз я чувствовал его запах. Слышал крики чаек, да так отчётливо, будто они кружились у меня прямо над головой.

А потом меня бесцеремонно пнули по ногам.

Открыв глаза, я натурально утратил дар речи. Вокруг, всюду, куда доставал взгляд, была вода. Лишь в одном месте обзору мешала громадная посудина величиной с пятиэтажный дом. Именно она и заставила меня подавиться возмущением.

— Вот это ни хрена себе! — вместо меня выразил эмоции Стэп. — Это что ещё за чудо такое⁈

— Круизный лайнер, — ответил Грог. — Поднимайте ваши жопы, мы прибыли. Добро пожаловать на борт и в штаб-квартиру последнего очага сопротивления.

— Чего? — не поняла Полина.

— Ой, тебя это вообще не касается, — отмахнулся собачник.

— Уи-и-и! — раздался восторженный писк из душа, а вскоре из притвора показалась довольная мордашка Полины. — Прикинь! Здесь горячая вода есть!

— Угу, рад за неё, — буркнул я, разбирая вещи в рюкзаке.

— Бука, — фыркнула девушка и исчезла за дверью.

Зашумела вода, а через некоторое время из ванной донеслось громкое пение. Я вздохнул и продолжил заниматься делом. Шмотки швырнул на пол, так как их уже пора было стирать, впрочем, как и те, что сейчас были на мне. Но с ними я повременю. Не голым же мне по палубам рассекать, в самом-то деле. А сердца уже капитально требуют внимания, так что надо бы их пристроить. Если не удастся продать, то хотя бы засушить.

Серебро в сейф. Да, номер нам достался — сам себе завидую. Уже и не припомню, когда я вот так, с комфортом… А ведь никогда. Дома у меня всё было ровно так, как и у большинства. Обычная кровать, обычные подушки, стенка в зале с неизменным набором фарфоровой посуды для чаепития. Здесь же…

На ум приходило только одно слово, которое выдала при входе в номер Полина: «вау». Одна кровать чего стоила. Да это даже не кровать, а натуральный сексодром. Она в ширину больше, чем в длину. Девушка с ходу её испытала, рухнула прямо с разбега, раскинув руки в стороны. Я не стал, так как был весь в грязи и засохшей крови.

Впрочем, глупо было бы, ведь мы на круизном лайнере и вроде как даже пятизвёздочном, если у лайнеров вообще есть такое понятие.

Разобрав автомат, я принялся вычищать нагар из ствола. Пока есть свободная минута, лучше ей воспользоваться. За время скитаний я чётко уяснил: оружие нужно содержать в идеальном состоянии и заниматься им в любую свободную минуту. А сейчас у меня времени с большим запасом, так что я раскидал автомат на все составляющие. Ударно-спусковой механизм тоже требует внимания, хоть и не так часто. А в последние дни ствол где только не побывал: и в грязи, и в лужах. В общем, лишним точно не будет.

Да, круто они здесь устроились. С комфортом и размахом. А ведь на лайнере ещё и несколько бассейнов есть. Что-то такое Грог мне вкратце рассказал, пока провожал до каюты. Рай. И это в то время, когда люди вокруг дохнут, словно мухи от дихлофоса.

— Брак! — донеслось из душа.

— Что? — неохотно откликнулся я.

— Не потрёшь мне спинку?

— Нет.

— Ну почему-у?

— Занят.

— Ну и дурак.

Отвечать я не стал. Вместо этого принялся собирать оружие. Капнул масла в нужные места, установил пружину, погонял затвор и, защёлкнув ствольную коробку, несколько раз похолостил. Всё работало мягко, без усилий и закусов, как и положено. С этим стволом покончено, настало время дробовика. Ему тоже знатно досталось. Я разве что пистолет в эти дни не использовал, но его тоже разберу и вычищу, на всякий случай.

Я как раз заканчивал с оружием, когда из ванной выбралась Полина. Из одежды на ней было только полотенце на голове. Девушка сладко потянулась, сексуально прогнувшись в пояснице, и плюхнулась на кровать. Тело очень плавно утонуло в перине, что в очередной раз привело её в щенячий восторг. Она даже встала и повторила падение.

— Кайф, — выдохнула она. — Боже, спасибо тебе! Какой же это кайф!

— Ты здесь будешь? — поинтересовался я, заполняя магазин пистолета патронами.

— А ты куда собрался? — Она уставилась на меня, приподнявшись на локтях.

— Сердца нужно пристроить и одежду какую-нибудь замутить. У тебя размер какой?

— Сорок первый. Иди ко мне, а?

— Позже, — отказался я. — Вначале дела.

— Уверен? — Полина хитро прищурилась, и запустила руку себе между ног.

Она выдала сладкий стон, запрокинув голову, и расставила ноги ещё шире.

— Вот займись пока, если тебе неймётся, — усмехнулся я. — Никого не впускай из каюты не выходи. Я скоро.

С этими словами я поднялся из кресла, привычным движением сунул пистолет в кобуру и, подхватив пропитанный кровью узелок из простыни, вышел за дверь.

— Импотент! — донеслось в спину.

И снова я пропустил оскорбление мимо ушей. На некоторое время замер в коридоре и попытался вызвать в памяти что-нибудь отвратительное, чтобы у меня внизу всё расслабилось. Получалось не очень. Перед глазами всё ещё стояла обнажённая Полина. Вот ведь дьяволица! Ну ничего. Вернусь, отмоюсь и вставлю ей по первое число.

Осмотревшись, я выбрал левую лестницу и отправился на поиски хоть кого-нибудь, кто подскажет мне, куда деть сердца. У Стэпа я их забрал сразу, как только мы поднялись на борт. Пусть отдыхает, ему тоже неслабо досталось. Да и толку от того, что мы будем шататься вдвоём, никакого.

Поднявшись, я сразу обнаружил человека, который курил, облокотившись на борт. И не какую-то самокрутку, а нормальную сигарету. Мысли тут же переключились в другое русло, и я прямой наводкой направился к нему.

— Здорова. — Я остановился рядом. — Угости сигареткой.

— Травись, не жалко. — Он протянул мне пачку «Золотой явы». — Это вас на рассвете привезли?

— А что, так заметно? — усмехнулся я.

— Ну, вообще-то, да, — улыбнулся в ответ он. — Кого-то ищете?

— Да, мне бы лавку какую или где тут у вас торговля ведётся.

— Торговля? — Он удивлённо приподнял левую бровь. — Братан, ты, верно, не совсем понял, куда попал.

— Да мне никто толком ничего и не объяснил, — пожал плечами я. — Короче, у меня пять сердец, которые добыты два дня назад. Если с ними ничего не сделать, то они испортятся.

— Тогда тебе вниз нужно. На склад, к Макару.

— Макару? — Я не поверил своим ушам. — Это не толстый такой, хромой?

— Он самый. Знакомы?

— Судя по всему, — хмыкнул я. — Да уж, мир стал очень тесным.

— Ну вот ему сдашь. Он тебе квиток на премию выпишет.

— И большая премия?

— По сотке за штуку.

— Это же грабеж! — возмутился я. — Они в крепостях по четыре сотни уходят!

— Ну можешь выбросить, — усмехнулся мужик. — Ты здесь живёшь и жрёшь бесплатно, плюс патроны любые за счёт казны. Неужели будешь из-за пары грамм серебра бодаться?

— Не, ну если только так, — смутился я. — Ладно, спасибо…

— Стой.

— Что ещё?

— Там курить нельзя. Только на открытых палубах.